Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Поддержка агрессивной политики Германии правящими кругами Англии

Главной политической силой в Англии, наиболее последовательно проводившей курс на превращение Германии в антисоветский плацдарм международного империализма, была консервативная партия, в первую очередь ее крайне реакционное крыло, так называемые «дайхардовцы» — «твердолобые». В. И. Ленин в работе «Вооружения и капитализм» относил английских консерваторов к числу тех буржуазных политиков, «которые составляют тесную международную шайку, подстрекающую народы к соревнованию в деле вооружений...» {575}. Последующие события в полной мере подтвердили глубокую историческую обоснованность ленинской оценки.

Разжиревшие на войне английские монополии стремились сохранить завоеванные международные позиции и установить британское мировое господство. Однако экономическое положение Великобритании не соответствовало этим грандиозным замыслам.

Содействие правительства Англии подготовке Вермахта. Немецкий офицер на стажировке в английском военном лагере. Ольдершот. 1935.
Содействие правительства Англии подготовке Вермахта. Немецкий офицер на стажировке в английском военном лагере. Ольдершот. 1935.

Первые послевоенные годы характеризовались углублением кризисных явлений в английской экономике. Во второй половине 1920 г. в Англии начался экономический кризис. Индекс промышленного производства, равнявшийся в 1920 г. 90,5 (1913 г. — 100), упал в 1921 г. до 61,5 процента. В годы временной стабилизации капитализма английская экономика не сделала сколько-нибудь значительного шага вперед. Ее серьезно подорвали платежи по американским займам, составившим в годы первой мировой войны огромную сумму — 850 млн. фунтов стерлингов.

В 1929 г. Англию, промышленное производство которой едва достигла довоенного уровня, охватил мировой экономический кризис. Объем промышленной продукции в 1932 г. сократился на 17,8 процента. Особенно пострадали от кризиса старые отрасли промышленности. Так, выплавка чугуна упала с 7,59 млн. тонн в 1929 г. до 3,57 млн. тонн в 1932 г. Индекс прибылей акционерных компаний сократился почти на 25 процентов по сравнению с 1924 г.

Углубление кризиса в английской экономике имело непосредственную связь с политикой возрождения германского промышленного и военного потенциалов, проводившейся правящими кругами. Английские монополии стремились создать в Германии выгодную для себя сферу приложения капиталов и рынок сбыта. В то же время английская буржуазия рассчитывала использовать германский финансово-промышленный капитал [164] в роли конкурентоспособного экономического противовеса французскому капиталу, своему главному сопернику в Европе.

Некоторые западные исследователи заявляют, что «Англия старалась смягчить франко-германские разногласия» {576}. Анализ событий опровергает такой тезис.

Глубоко прав Э. Тельман, который писал, что согласно концепции, выработанной английскими правящими кругами, «противоречия между отдельными государствами, и в первую очередь между Францией и Германией, должны быть использованы в интересах мировой политики Англии» {577}.

Английские трудящиеся боролись против все нараставшей нищеты, безработицы и бесправия, против нового нажима реакционных сил, выступали в поддержку Советской России и национально-освободительного движения народов колоний Британской империи, которое особенно активизировалось в Индии, Египте и Ираке.

В 1919 г. произошло первое после войны крупное выступление английского рабочего класса — всеобщая забастовка рабочих промышленности Клайда (Шотландия). В Глазго она вылилась в ожесточенную схватку бастующих с полицией. Всеобщую стачку объявили железнодорожники. Попытка правительства использовать войска против бастующих окончилась неудачей: солдаты братались с рабочими, поэтому воинские подразделения пришлось вернуть в казармы. Усилилось влияние профсоюзного и лейбористского движения.

Крупнейшим достижением английского рабочего класса в годы подъема классовой борьбы было создание в 1920 г. Коммунистической партии Великобритании — авангарда английских трудящихся.

Опытная английская буржуазия, используя характерный для рабочего движения Англии оппортунизм лейбористских лидеров, перешла в контрнаступление. Усилились репрессии против бастующих. В стране один за другим принимались чрезвычайные антирабочие законы. Однако трудящиеся Англии оказали мощный отпор реакции, которая была вынуждена маневрировать. Свидетельство тому — формирование в 1924 г. первого лейбористского правительства и последующее признание им Советского Союза.

Забастовочное движение продолжало нарастать и принимало все более массовый характер. В 1926 г. Англию потрясла первая в ее истории всеобщая стачка. В 1931 г. на нескольких кораблях военно-морского флота Англии, находившихся в гавани Инвергордон (Северная Шотландия), произошло восстание матросов.

Экономическое положение трудящихся Англии было тяжелым. К 1932 г. количество безработных достигло 3,5 млн. человек {578}. Стоимость жизни возросла почти в полтора раза по сравнению с 1914 г. Часть трудящихся получала заработную плату ниже прожиточного минимума. Около 20 процентов населения могли обеспечить себе лишь нищенские нормы питания, близкие к рациону, установленному для заключенных в шотландских тюрьмах {579} (в Шотландии население, подвергавшееся национальной дискриминации, жило особенно бедно). В последующие годы страну охватила более мощная волна классовой борьбы пролетариата. Новой формой этой борьбы стали знаменитые «голодные походы» в знак протеста против [165] экономической политики правительства. В феврале 1934 г. в Лондоне по призыву компартии был проведен конгресс единства действий, который принял программу конкретных требований английских рабочих и безработных к правительству. После окончания конгресса состоялась грандиозная демонстрация рабочих в Гайд-парке, в которой участвовало около 200 тыс. человек. Боевая демонстрация трудящихся прошла под лозунгами борьбы против безработицы, голода, фашизма и войны.

Политику ремилитаризации и поддержки фашизма в Германии английские правящие круги рассматривали и как важный фактор для подавления антиимпериалистической борьбы трудящихся Европы, возведения плотины против большевизма и создания более благоприятных условий для разгрома рабочего движения внутри страны. «Волны классовой ненависти, — писал прогрессивный английский историк Р. Арнот, — захлестывали сторонников британских официальных устоев... Большевики — вот кто был для них самым опасным врагом» {580}.

Реакционная внутренняя и внешняя политика английских правящих кругов способствовала созданию и активной деятельности фашистских организаций в самой Англии. Английский фашизм не имел широкой массовой базы и использовался монополистическими кругами Англии в качестве резервного орудия укрепления своей власти. Вместе с тем фашистское движение в стране рассматривалось реакционной английской буржуазией как одна из эффективных форм поддержки международного, особенно немецкого, фашизма.

Предшественниками фашистских организаций в Англии явились различные экстремистские группировки, которые правящие круги использовали для борьбы с рабочим движением. Одной из них был «Британский имперский союз», выступавший под националистическими лозунгами и с программой фашистского толка. Прообразом фашистских штурмовых отрядов были «специальные» части «черно-пегих» и «вспомогательные отряды», участвовавшие в 20-е годы в подавлении национально-освободительной борьбы ирландского народа. В эти части вербовались, как правило, уголовники или бывшие офицеры. В 1923 г. в кругах, близких к лидеру правого крыла консервативной партии герцогу Нортумберлендскому, создается организация «Британские фашисты», деятельность которой правительство разрешило официально. Ее программа ставила своей задачей «препятствовать распространению коммунизма и большевизма». В августе 1924 г. организация насчитывала более 100 тыс. человек, которые объединялись в мелкие группы, возглавляемые командирами. В их обязанности входило «принимать энергичные меры против революционных элементов в своем районе». Этой организацией, как и многими ей подобными, руководили представители военщины, парламентариев, бизнесменов Англии. В 1924 г. председателем «Британских фашистов» стал бригадный генерал Блэкени. Наибольшую активность организация проявила в период всеобщей забастовки в 1926 г.

В конце 20-х — начале 30-х годов в Англии появились и другие фашистские и профашистские организации. В 1928 г. были созданы «Имперская фашистская лига», издававшая газету «Фашист», «Национал-социалистская лига», организация «Зеленые рубашки» и некоторые другие. Основной костяк «Британских фашистов» и различных фашистских групп влился в созданный в 1932 г. «Британский союз фашистов», наиболее крупную фашистскую организацию Англии в 30-е годы. Руководитель союза британский «фюрер» миллионер О. Мосли был членом исполкома лейбористской партии и входил в состав правительства Макдональда. В мае 1930 г. он вышел из правительства и попытался использовать недовольство [166] рядовых членов лейбористской партии, чтобы захватить в ней руководство и сделать себе карьеру. Когда эти попытки провалились, Мосли объявил о создании новой партии, которая затем превратилась в «Британский союз фашистов». Подражая Гитлеру, Мосли изложил свою программу в книге «Великая Англия», изданной в 1932 г. Внутриполитическая программа Мосли сводилась к подчинению рабочего класса диктатуре «корпоративного государства». В ней содержалась социальная демагогия, рассчитанная на различные слои населения: безработным он обещал работу, мелким предпринимателям — защиту от «рабочих-большевиков», капиталистам — новые прибыли. Мосли выдвинул шовинистический лозунг «Англия превыше всего» и поклялся добиться установления британского мирового господства.

Программа Мосли привлекала в ряды фашистов главным образом представителей мелкой буржуазии, разочарованных своим положением, а также различные деклассированные элементы и военщину. В первые два года существования партия росла довольно быстро, хотя количество ее членов хранилось в тайне. Но известно, что к началу 1934 г. в Англии было не менее 400 действующих отделений «Британского союза фашистов», насчитывавших в среднем по 50 человек {581}.

По примеру гитлеровцев Мосли ввел для членов своего союза специальную партийную форму (черную рубашку) и сформировал так называемые «оборонительные силы» с соответствующими штабами. Английские фашисты проводили митинги в Манчестере, Ливерпуле, Бирмингеме, Шеффилде и других крупных городах Англии. Нередко они кончались избиением тех, кто выступал против фашистских молодчиков. Английская полиция в этих случаях, как правило, становилась на сторону чернорубашечников.

В 30-е годы в Англии кроме «Британского союза фашистов» появились новые ультраправые организации. Видное место среди них занимала группа «Имперская политика», созданная парламентариями во главе с Р. Бэнксом. Ее члены были ярыми сторонниками политики умиротворения агрессоров и злобными врагами Советского Союза, Группа издавала ежемесячный обзор международных отношений, содержавший клевету на СССР и превозносивший фашистские режимы в Германии и Италии.

Осенью 1935 г. в Англии было создано «Общество англо-германского содружества». В него вошли представители английского финансового капитала (среди них руководители крупнейших банков) и ряд видных деятелей консервативной партии. Общество вело пропаганду за сближение Англии и гитлеровской Германии. Один из его руководителей — лорд Лондондерри заявил, что общество считает своей задачей содействовать заключению пакта между Англией, Францией, Италией и Германией, то есть добиваться того, что впоследствии было осуществлено консерваторами во главе с Чемберленом в Мюнхене.

Британские правящие круги, и в особенности консервативная партия, заняли покровительственную позицию по отношению к английскому фашизму. «Поскреби консерватора — и ты обнаружишь фашиста» {582} — эти слова Ллойд-Джорджа никогда не теряли актуальности. Фашистские организации создавались на деньги крупных английских капиталистов и пользовались их поддержкой. В частности, «Британский союз фашистов» в основном существовал на средства газетного магната лорда Ротермира; материальную помощь и разностороннюю поддержку союз получал из Германии и Италии. [167]

Рабочий класс Англии давал решительный отпор фашистским вылазкам. 9 сентября 1934 г., когда в Гайд-парке собралось около 2,5 тыс. сторонников Мосли, трудящиеся Лондона организовали контрдемонстрацию, в которой участвовало до 150 тыс. человек. Фашистский митинг был сорван. Характерно, что выступление трудящихся Лондона произошло вопреки усилиям реакционных лейбористских и профсоюзных лидеров, саботировавших антифашистскую борьбу рабочего класса. Генеральный совет британских профсоюзов препятствовал участию членов профсоюзов в контрдемонстрации против Мосли, но сила рабочего единства сорвала эту акцию оппортунистических лидеров британского рабочего движения {583}.

Английская буржуазия всеми способами показывала свое расположение к итальянскому, а затем и германскому фашизму. В 1923 г. английский король за услуги, оказанные контрреволюции, пожаловал Муссолини одну из высших наград Англии — орден Бани. В 1928 г. руководитель крупнейшей английской монополии «Импириэл кемикл индастриз» А. Монд, находясь в Риме, заверил сторонников дуче: «Я восхищаюсь фашизмом, потому что он обеспечивает социальный мир». Черчилль заявил на пресс-конференции в Риме, что он «очарован Муссолини» {584}. Это заявление вызвало восторженные отклики в итальянской прессе, которая особенно восхваляла Черчилля за то, что «он распознал истинный дух фашистского движения» {585}.

Английская реакция всячески поддерживала нараставшее фашистское движение в Германии и способствовала приходу Гитлера к власти. Особое рвение проявили английские магнаты Детердинг и Ротермир, уже много лет финансировавшие германский фашизм. Осенью 1930 г. Ротермир выехал в Германию, где встретился с Гитлером. Затем он опубликовал в немецких и английских газетах статью, в которой ратовал за приход гитлеровцев к власти. «Переход политического влияния в Германии к национал-социалистам выгоден и для всей остальной Европы, — писал Ротермир, — ибо таким образом воздвигается еще один оплот против большевизма...» Размах истерической кампании английской реакционной печати в пользу нацизма вызвал отрицательную реакцию даже в немецкой буржуазной прессе. «Если ориентироваться только на английские газеты, — писала «Кёльнише цайтунг» 15 октября 1930 г., — то создается мнение, будто в Германии, кроме национал-социалистов, нет никакой другой партии, которая имеет хоть какое-либо значение».

Активизировались контакты английской буржуазии с представителями нацистского руководства. На встречах британские деятели всякий раз находили «достижения Гитлера замечательными». В 1932 г. с визитом к Гитлеру собирался Черчилль {586}. В Англию был приглашен Розенберг, а затем Риббентроп. Встречу последнего с лидером консерваторов Болдуином организовал на своей даче в 1933 г. председатель английской консервативной партии лорд Дэвидсон, который и засвидетельствовал, что она «прошла успешно» {587}.

В конце 20-х — начале 30-х годов усилился процесс оказания Англией прямой помощи становлению германской военной машины. Условия для этого были созданы всей предыдущей деятельностью английской реакционной буржуазии: активным участием Англии совместно с США в планах Дауэса и Юнга, укреплением связей английских и германских картелей, [168] прогерманской дипломатической деятельностью Англии, важнейшим актом которой стал Локарнский пакт, тайной и явной поддержкой нарушений правительством Веймарской республики военных ограничений, установленных Версальским договором.

Состав английского правительства начала 30-х годов, где доминировали консерваторы, в полной мере соответствовал целям дальнейшей активизации антисоветской, фактически профашистской внешней политики. Список его членов напоминал перечень представителей крупнейших военных концернов, фирм и банков. Премьер-министр С. Болдуин был совладельцем военных заводов «Болдуине лимитед». Министр финансов Н. Чемберлен занимал директорское кресло военной фирмы «Бирмингем смолл армс компани». Крупным акционером химического концерна «Импи-риэл кемикл индастриз» был министр иностранных дел Саймон. Военный министр Хейлшем, министр внутренних дел Гильмур, а также министр колоний Кэнлиф-Листер имели тесные связи с военно-промышленным концерном «Виккерс». Руководящая верхушка буржуазной Англии, у руля которой вскоре встал Н. Чемберлен, с наибольшей последовательностью проводила опаснейшую для Англии, но выгодную для своих карманов политику ремилитаризации Германии и поощрения нацизма.

Буржуазные историки и мемуаристы, особенно из числа британских консерваторов, пытаются оправдать эту политику. Бывший премьер-министр Великобритании, один из видных деятелей консервативной партии — Г. Макмиллан писал в своих мемуарах: «Первые акции гитлеризма не давали повода для беспокойства. Более того, мы знали Муссолини и фашистскую Италию, и результаты казались неплохими... Естественно, никому не приходило в голову прочесть «Майи кампф» {588}.

Но у Макмиллана короткая память. Английская реакция по-иному встретила погромные действия гитлеровцев, пришедших к власти. В Англии нашлось немало явных доброжелателей фашистского режима. В одном из документов германской дипломатии такими доброжелателями названы: королевский двор, аристократия, значительная часть духовенства, военные и другие влиятельные круги Англии {589}.

Гитлеровскому режиму была обеспечена широкая финансовая поддержка лондонского Сити. Английский банк стал выполнять роль учреждения, под гарантии которого виднейшие фирмы Великобритании снабжали Германию в кредит медью, алюминием, никелем и другим сырьем, необходимым для военной промышленности. В конце 1934 г. банк предоставил германскому рейхсбанку заем в 750 тыс. фунтов стерлингов. «Финансисты считали, — писала 6 декабря 1934 г. газета «Дейли уоркер», — что это является единственно возможным средством для подавления растущего недовольства германских рабочих и крестьян...»

В декабре 1934 г. после встречи главы английского нефтяного треста «Ройял датч шелл» с Гитлером была заключена сделка между германскими промышленниками и англо-американскими нефтяными магнатами: последние предоставили Германии нефтепродукты в размере ее годового потребления за 1934 год. Английские концерны «Импириэл кемикл индастриз» и «Виккерс» снабжали германскую военную промышленность сырьем и стратегическими материалами, «Бритиш петролеум компани» — алюминием. Поставки осуществлялись как открытыми, так и тайными путями, в частности через Канаду. Этот факт был вскрыт генеральным секретарем компартии Великобритании Гарри Поллитом в связи с расследованием королевской комиссией частного производства и торговли оружием, которые [169] приняли скандальные размеры. Выступая на заседании комиссии, Г. Поллит обратил внимание присутствовавших на то, что сам председатель комиссии Д. Бэнкс является акционером английского концерна, замешанного в спекуляциях оружием {590}.

Автомобильная компания «Роллс-Ройс» передала гитлеровскому правительству, якобы для «коммерческих целей», партию новых моторов типа «Кестрель», применявшихся на боевых самолетах. В апреле 1934 г. компания «Армстронг-Сиддли» продала Германии авиамоторы, созданные в результате шестнадцатилетних исследований английских инженеров {591}. А в мае гитлеровцы разместили в Англии заказ на 80 мощных авиационных моторов этой компании. В ответ на запрос в парламенте министр иностранных дел Саймон объявил, что выполнение заказа «не противоречит условиям существующих международных соглашений». Из Англии в Германию ввозились самолеты, танки, пулеметы. Несмотря на то что перевооружение Германии принимало угрожающие размеры и она готовилась официально объявить о легализации строительства военно-воздушных сил и введении всеобщей воинской повинности, английское правительство, и в первую очередь консерваторы, продолжали поддерживать формулу «равноправия» в вооружениях {592}.

Активную прогерманскую роль играли английские военные круги. Имперский генеральный штаб установил тесные контакты с командованием гитлеровского вермахта. По свидетельству тогдашнего военного атташе Германии в Лондоне, командование британского генштаба считало, что «Германии следует использовать благоприятный шанс для того, чтобы в перспективе навести порядок в Европе» {593}. Английские военные представители в Германии открыто выражали свое удовлетворение наращиванием германских вооруженных сил. «16 марта 1935 года, — писал в своих воспоминаниях Гудериан, — я был приглашен на вечернюю беседу к английскому военному атташе (в Берлине. — Ред.). Незадолго до моего ухода из дома радио передало правительственное сообщение о введении вновь всеобщей воинской повинности в Германии. Беседа, которую я вел в тот вечер с английским атташе и присутствовавшим при этом моим знакомым офицером из Швеции, была чрезвычайно оживленной. Оба эти офицера выразили полное понимание, когда я сказал, что немецкая армия с удовлетворением встретила радостную весть о введении всеобщей воинской повинности» {594}.

Формально английское правительство направило в связи с введением в Германии всеобщей воинской повинности ноту с «возражениями». Но, по существу, она означала скрытое одобрение действий гитлеровцев. «Если германское правительство, — писала 20 марта 1935 г. «Правда», разоблачая политику английского империализма, — демонстративно отвергло какие бы то ни было гарантии безопасности и бешено вооружается, чтобы навязать Европе новую войну, то оно осмелилось на этот шаг только благодаря позиции британского империализма... Английский империализм всеми силами мешает согласованным действиям тех, для кого вооружения фашистской Германии являются непосредственной опасностью». [170]

24 — 26 марта 1935 г. в Берлине состоялись переговоры Саймона с Гитлером. Они происходили в присутствии лорда хранителя печати Идена и английского посла в Берлине Фиппса. Со стороны Германии присутствовали также Нейрат и Риббентроп. Гитлер произнес длинную речь, в которой требовал для Германии мощной армии, флота и авиации, «необходимых для решения проблемы жизненного пространства», в том числе и за счет СССР. Он выдвинул также требования: ликвидировать «польский коридор», присоединить к Германии северные районы Чехословакии и Австрию. Во время переговоров Гитлер поставил вопрос о возвращении Германии прежних колоний, что вызвало возражение со стороны Саймона, и о пересмотре соглашения о морских вооружениях. Хотя в этой агрессивной программе, изложенной Гитлером, просматривались явные очертания военной угрозы и для западных стран, она соответствовала главному намерению британского империализма — направить германскую военную машину на Восток, против СССР. Гитлер был доволен встречей, а также другими контактами с английскими министрами. «Мы поняли друг друга» {595}, — доверительно информировал он своих приближенных.

Материалы немецких дипломатических документов того времени убедительно свидетельствуют о том, что гитлеровская Германия опиралась на Англию как на основную международную силу в своей подготовке к войне. Германский посол в Лондоне докладывал на Вильгельмштрассе {596} в марте 1935 г.: «Сейчас достигнуто фактическое равенство прав для Германии в вооружениях на суше; задача германского государственного руководства состоит в том, чтобы завершить это огромное достижение... Ключ к положительному решению находится в руках Англии» {597}.

Дальнейшие события не заставили себя ждать. 18 июня 1935 г. правительство консерваторов, возглавляемое Болдуином, подписало англогерманское морское соглашение, которое представляло собой крупнейший акт поощрения английским империализмом гонки вооружений и агрессивных планов фашистской Германии.

Англо-германское морское соглашение не было «самым неожиданным актом», как пытался утверждать У. Черчилль {598}. Оно преднамеренно открывало возможности фашистской Германии для огромного, фактически безграничного, увеличения ее морских сил. Соглашение было заключено, несмотря на официальный протест Франции, и стало одним из звеньев предательской политики английских правящих кругов по отношению к своему французскому союзнику {599}.

Соглашение было в первую очередь направлено против СССР, так как вело к резкому изменению стратегической обстановки на Балтийском море в пользу Германии. Это отмечалось в английских и американских официальных кругах {600}. Одновременно оно изменяло соотношение сил и на Северном море, что создавало потенциальную угрозу со стороны Германии как Англии, так и Франции. При содействии английских правящих кругов гитлеровская Германия ковала оружие, которое в конце [170] концов было обращено не только против СССР, но и против Англии и Франции и их союзников.

Международное коммунистическое движение правильно оценивало происходившие события и своевременно предупреждало трудящихся о последствиях реакционной внешней политики английских правящих кругов. «Проводимая английским национальным правительством линия поддержки фашистской Германии, в особенности же англо-германское морское соглашение», — писал в конце 1935 г. Р. Палм Датт, — привела к такой обстановке, которая способствует осуществлению германских «планов насчет Австрии и Юго-Восточной Европы» {601}. Последующие события подтвердили этот вывод.

Следует отметить, что не все представители правящих кругов Англии выступали в поддержку курса на ремилитаризацию Германии, но мнение противников такого курса не оказывало влияния на политику консерваторов.

Решительным и последовательным борцом против самоубийственной политики поощрения английскими правящими кругами возрождения германской военной машины и фашизма выступала Коммунистическая партия Великобритании, которая опиралась на антивоенное движение трудящихся масс.

Английский народ ответил на возраставшую опасность войны новым усилением борьбы против реакционной внутренней и внешней политики правительства. В июне 1935 г. в Англии были подведены итоги так называемого «плебисцита мира», в котором, несмотря на отрицательное отношение к нему правительства, консервативной партии и реакционной прессы, приняло участие 11,5 млн. человек. Подавляющее большинство участников плебисцита высказались за коллективную безопасность, разоружение и действенные санкции против агрессивных государств. «Несомненно, — отмечал Г. Поллит в своей речи на VII конгрессе Коминтерна, — того же результата можно было достигнуть при организации подобного голосования против фашизма» {602}. Однако монополисты Англии и правительство консерваторов не посчитались с мнением народа. С твердолобым упорством они продолжали следовать антисоветскому курсу, поощряя германскую экспансию и фашизм.

Нацистское руководство, учитывая линию консерваторов, делало соответствующие выводы для своих агрессивных планов. Гитлер, по утверждению западногерманского историка С. Хаффнера, считал, что «захват жизненного пространства за счет России» он может осуществить с помощью самого надежного его союзника — Англии {603}. Формировавшееся на антисоветской основе англо-германское сотрудничество явилось одним из немаловажных факторов, способствовавших превращению Германии в главный очаг второй мировой войны.

Оглавление. Рождение Второй мировой войны

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.