Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Коммунистические партии оккупированных Германией стран

Движение Сопротивления в оккупированных странах возникло как закономерный ответ на агрессию фашистских захватчиков. Оно отражало возросшую роль народных масс в мировом историческом процессе. Политика оккупантов, их «новый порядок» угрожали жизненным интересам народов. Поэтому борьба против фашизма стала насущной задачей всех, кому была дорога судьба своей страны. В авангарде этого движения выступали коммунистические партии, которые придавали ему организованность, гибкость и целеустремленность.

Движение Сопротивления носило глубоко национальный характер, поскольку его задача заключалась в освобождении народов от ига иноземных захватчиков. Вместе с тем оно было интернациональным явлением: во-первых, это движение стало составной частью войны государств и народов антифашистской коалиции против агрессивного блока; во-вторых, оно было объединено общей целью борьбы за свободу и независимость; в-третьих, в войне против фашистских агрессоров решающую роль играл Советский Союз, вокруг которого концентрировались все прогрессивные силы мира; в-четвертых, движущими силами освободительной борьбы народов выступали прежде всего рабочий класс и крестьянство при гегемонии пролетариата.

Активно включились в освободительную борьбу трудящиеся славянских стран. Связанные с русским народом узами вековой дружбы, они всеми доступными средствами поддерживали Советский Союз в борьбе против гитлеровской агрессии. Состоявшийся в Москве 10 — 11 августа 1941 г. Всеславянский митинг призвал усилить борьбу против фашистских захватчиков. В принятом на нем обращении говорилось: «Братья угнетенные славяне! Пусть пламя священной борьбы могучим шквалом встанет над всеми славянскими землями, порабощенными и порабощаемыми гитлеризмом! Пусть каждый клочок славянской земли станет могилой врагу и базой для освобождения от гитлеровского гнета!» {586}.

Откликом на призыв этого митинга явилось усиление движения солидарности народов Югославии, Польши и других славянских стран с Советским Союзом.

В Югославии освободительную борьбу с самого начала возглавила коммунистическая партия. В то время она насчитывала в своих рядах [211] свыше 12 тыс. коммунистов. Кроме того, Союз коммунистической молодежи объединял около 30 тыс. юношей и девушек. 22 июня 1941 г. Политбюро ЦК КПЮ на состоявшемся в Белграде заседании рассмотрело новую военно-политическую обстановку и приняло решение обратиться к народу с призывом завершить организационную подготовку к вооруженной борьбе. 27 июня был сформирован Главный штаб народно-освободительных партизанских отрядов Югославии (НОПОЮ) во главе с Генеральным секретарем ЦК КПЮ И. Броз Тито. Решение о переходе от отдельных актов саботажа и диверсий ко всеобщему вооруженному восстанию против оккупантов было окончательно принято Политбюро ЦК КПЮ 4 июля. Коммунистическая партия ставила перед партизанскими отрядами задачу «неустанно развивать сопротивление народа, поднимая народные восстания и возглавляя такие восстания в качестве их боевого ядра» {587}.

1 июля началось восстание в Сербии. В ходе его были освобождены целые районы, вскоре объединенные в обширную свободную территорию с центром в городе Ужице. В сентябре сюда передислоцировался Главный штаб народно-освободительных партизанских отрядов. Западная Сербия превратилась в политический центр восстания в Югославии и служила базой снабжения партизанских отрядов оружием и боеприпасами. В июле народные восстания охватили также Черногорию, Словению, Боснию и Герцеговину, Хорватию.

КПЮ вела борьбу за создание широкого народно-освободительного фронта. На ее призыв откликнулись рабочие, крестьяне, городская мелкая буржуазия, интеллигенция. По-иному отнеслась к нему средняя и крупная буржуазия. Лишь небольшая группа из состава левого крыла буржуазной сербской демократической партии и отдельные деятели из других буржуазных партий Сербии и Черногории поддержали создание народно-освободительного фронта. Отказалось сотрудничать с КПЮ руководство мелкобуржуазной хорватской крестьянской партии. Многие ее деятели поддержали власть, установленную усташами {588}.

С развертыванием партизанской войны югославские патриоты вынуждены были вести бои не только с немецкими и итальянскими войсками, но и против многочисленных формирований предателей (усташей и домобранов {589}, отрядов генерала М. Недича {590}, четников {591} Д. Михайловича). Однако действия изменников народа не могли остановить рост движения Сопротивления. Борьба югославских патриотов принимала все более массовый характер.

Важную роль в создании повстанческих вооруженных сил сыграли решения, принятые на совещании Политбюро ЦК КПЮ и Главного штаба народно-освободительных партизанских отрядов Югославии совместно с представителями военного руководства разных областей страны в сентябре 1941 г. в деревне Столице. Совещание выработало единую организационную структуру повстанческой армии. Главный штаб был преобразован в Верховный штаб народно-освободительных партизанских отрядов Югославии, а штабы в национальных областях — в главные штабы. Совещание разработало также планы дальнейших боевых операций, освобождения новых районов, расширения базы восстания и укрепления [212] народного освободительного фронта {592}. Было решено создавать народно-освободительные комитеты, которые объединяли бы всех патриотов и являлись политическими органами вооруженной борьбы против фашистских захватчиков и их пособников.

Немецкое командование, обеспокоенное широким размахом вооруженной борьбы в Югославии, в сентябре предприняло наступление с целью ликвидации партизанских сил в Западной и Центральной Сербии. Против партизан было брошено 80 тыс. солдат. В ходе карательной операции оккупанты творили чудовищные злодеяния. Так, в городе Крагуеваце за один день они расстреляли 7 тыс. граждан, в городе Кралево убили 2 тыс. человек.

Несмотря на жестокий террор оккупантов и предателей, освободительная война в Югославии продолжала усиливаться. К осени 1941 г. было освобождено около трети ее территории.

В Югославии борьба против гитлеровцев почти с самого начала приняла характер массовых вооруженных операций. Это обусловливалось следующими обстоятельствами: во-первых, еще в предвоенные годы прогрессивные силы Югославии прошли серьезную школу классовых боев против внутренней реакции; во-вторых, во главе рабочего класса стояла коммунистическая партия, пользовавшаяся авторитетом и доверием трудящихся, с первых дней оккупации развернувшая подготовку восстания; в-третьих, в обстановке безудержного террора оккупантов и их пособников, грозившего физическим уничтожением целых народов (сербов, словенцев и других), население видело в вооруженной борьбе единственный путь к своему спасению и обретению свободы и независимости страны; в-четвертых, большую роль в подъеме освободительной борьбы народов Югославии сыграла традиция славянской солидарности, их глубокая любовь к Советскому Союзу, вера в его помощь и незыблемую дружбу. Немалое значение имели благоприятные географические условия страны (наличие гор и лесов) и другие обстоятельства.

В Греции душой движения Сопротивления оккупантам также стала коммунистическая партия. После нападения Германии на СССР ЦК греческой компартии обратился к народу с манифестом, в котором призвал поддержать Советский Союз в его борьбе против фашистской агрессии {593}.

В начале июля 1941 г. в Афинах состоялся пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Греции. Германский фашистский оккупационный режим «и его лакеи — антинациональное правительство Цолакоглу, — говорилось в решениях пленума, — ведут греческий народ к катастрофе. В этих условиях важнейшая задача греческих коммунистов состоит в том, чтобы организовать борьбу народа... с целью свержения чужеземного, фашистского рабства. КП Греции зовет греческий народ, все партии и организации в единый национальный фронт освобождения для изгнания немецко-итальянских оккупантов из Греции, свержения марионеточного правительства Цолакоглу и оказания повседневной поддержки Советскому Союзу...» {594}.

Коммунистическая партия разработала платформу для объединения всех национальных сил, независимо от их политических взглядов. Однако в августе — сентябре лидеры ведущих буржуазных партий отвергли [213] предложение компартии о создании Национального фронта, заявив, что сопротивление оккупантам якобы не только не полезно, но даже вредно. КПГ сделала все возможное для достижения единства действий с руководством социалистической и аграрной партий, Союза народной демократии. 27 сентября все эти четыре партии объявили об образовании Национально-освободительного фронта (ЭАМ), который своей главной задачей определил освобождение нации от чужеземного рабства и завоевание полной независимости Греции. В программе ЭАМ намечалось после освобождения страны создать временное правительство с целью проведения выборов в учредительное собрание и обеспечения народу свободного выбора формы государственного правления.

Не покорился оккупантам и мужественный албанский народ, насчитывавший в 1941 г. всего около миллиона человек. В стране развертывалась борьба против фашистских захватчиков и марионеточного правительства Ш. Верляци. В городах и промышленных центрах действовали подпольные группы Сопротивления. В труднодоступных горных районах укрывались небольшие партизанские отряды (четы). Они находились еще в стадии формирования и редко вступали в открытые вооруженные схватки с врагом.

В Албании действовало несколько коммунистических групп, возникших еще в середине 30-х годов и состоявших в основном из интеллигенции и учащейся молодежи. Они пока были малочисленны и разобщены. Для этих групп были характерны проявления сектантства и междоусобной борьбы.

8 ноября 1941 г. на нелегальном собрании представителей коммунистических групп в Тиране было провозглашено создание Коммунистической партии Албании. В принятой резолюции подвергались резкой критике допускавшиеся ранее ошибки и выражалась решимость строить партию нового типа, опирающуюся на организационные принципы марксизма-ленинизма {595}.

Коммунисты поставили перед собой цель — бороться за создание народной демократической Албании, хотя конкретные формы государственного устройства в то время еще не были определены.

В крайне тяжелых условиях вели борьбу коммунисты и все прогрессивные силы Польши. В 1941 г. гестапо еще более усилило террор против польского народа. Все левые организации, действовавшие в глубоком подполье, были ослаблены арестами руководителей.

Серьезные трудности освободительной борьбы польских патриотов объяснялись прежде всего отсутствием марксистско-ленинской партии. Правда, в ряде городов и районов возникли подпольные коммунистические организации. Однако они пока действовали разрозненно.

Сильное влияние в стране имело консервативное буржуазное подполье. Ведущее место в нем принадлежало делегатуре польского эмигрантского правительства в Лондоне и так называемому политическому согласительному комитету (ПСК), представленному четырьмя партиями: Стронництво народове (партия крупного капитала), Стронництво працы (партия мелкой буржуазии), Стронництво людове (крестьянская партия, главенствующие позиции в которой занимали кулацкие элементы) и Девица ППС (польские социалисты). Правые буржуазные партии создали в Польше Союз вооруженной борьбы, который с начала 1942 г. стал называться Армией Крайовой (АК).

Правые лидеры буржуазного подполья, на словах выступавшие против оккупантов, на деле стремились удержать народ от активных выступлений. Они пропагандировали теорию «двух врагов», стремясь убедить [214] народ в том, что будто бы противником Польши является не только Германия, но и СССР. Польские реакционеры хотели дождаться того момента, когда будут обескровлены и фашистская Германия и Советский Союз, чтобы затем при поддержке западных держав восстановить буржуазно-помещичье государство в границах, существовавших до 1 сентября 1939 г., то есть до воссоединения Западной Украины и Западной Белоруссии с Союзом ССР.

Большое влияние на население Польши оказало советско-польское соглашение от 30 июля 1941 г., содержавшее обязательства по оказанию взаимной помощи в войне против Германии. Весть об этом с удовлетворением была встречена прогрессивной польской общественностью и явилась серьезным стимулом для развития антифашистского движения в стране. «Симпатии огромного большинства народа были решительно на стороне советских войск. Повсеместно выражались пожелания быстрых успехов и победы Советской Армии над гитлеровскими войсками» {596}.

Несмотря на жесточайшие репрессии, в Польше появлялись все новые и новые организации патриотов. В Варшаве начала действовать «Группа бюллетыновцев», издававшая подпольный печатный орган «Бюллетын радиовы». По ее инициативе в конце августа был организован Союз освободительной борьбы во главе с коммунистами М. Спыхальским, Ю. Бальцежаком и другими. Союз выступил с призывом создать Национальный фронт, развернуть партизанское движение, организовывать саботаж и диверсии. Однако буржуазное подполье отвергло это предложение {597}.

Летом 1941 г. в польской столице и ее окрестностях развернула деятельность антифашистская группа, получившая в ноябре название «Пролетарий» и возглавлявшаяся доктором А. Фидеркевичем. В ее составе было немало коммунистов {598}. Сплочение коммунистов шло также в Домбровском бассейне, в Кракове, Люблине, Лодзи и других городах и районах. Повсюду закладывались основы их сотрудничества с левыми социалистами и радикальным крылом крестьянского движения.

К концу 1941 г. руководимое коммунистами подполье объединяло уже 5 — 6 тыс. активных бойцов, ставших вскоре костяком марксистско-ленинской партии польского рабочего класса {599}.

Основными формами движения Сопротивления в Польше летом и осенью 1941 г. являлись саботаж и диверсии в промышленности и на транспорте. В июле — сентябре на большинстве предприятий «генерал-губернаторства» выпуск продукции сократился на 30 процентов; в октябре и ноябре было зарегистрировано около 10 тыс. актов саботажа {600}.

В середине 1941 г. движение Сопротивления активизировалось в чешских землях и в Словакии. Это прежде всего выражалось в усилении борьбы рабочего класса, который к тому времени начинал занимать ведущее место среди патриотических сил страны. Вновь созданный подпольный Центральный Комитет компартии {601}, в состав которого вошли Я. Черны, Ю. Фучик и другие, в обращении к народу рассматривал фашистскую агрессию против СССР как нападение на родину всех [215] трудящихся — страну социализма. Подчеркнув, что Советская Армия ведет войну за освобождение всех порабощенных народов Европы, ЦК КПЧ призвал трудящихся усилить сопротивление захватчикам.

За пределами страны, в Советском Союзе, действовало руководство КПЧ во главе с К. Готвальдом. Оно организовывало и направляло борьбу с оккупантами в Чехословакии.

В «независимой» Словакии господствующее положение занимали клерикальные фашистские элементы во главе с И. Тисо, опиравшиеся на нацистов. Компартия Словакии находилась в подполье. Оккупантам и их пособникам удалось уничтожить ее Центральный Комитет. В начале августа 1941 г. был создан новый ЦК КПС, в состав которого вошли Я. Осога, О. Крайняк, И. Лиетавец. В своем обращении к словацкому народу он призвал трудящихся включиться в борьбу на стороне Советского Союза против немецкого и словацкого фашизма. «Защита отечества социализма, — говорилось в обращении, — является самой революционной задачей трудящегося народа и порабощенных народов всего мира» {602}.

В Чехии и Моравии была развернута широкая антифашистская пропаганда. Вновь стала выходить подпольная газета «Руде право» — центральный орган компартии; издавалась нелегальная литература.

Подъему освободительного движения немало способствовало также советско-чехословацкое соглашение от 18 июля о взаимной помощи в войне против общего врага. Усилия коммунистической партии и всех патриотических сил страны не были напрасными. Большинство чехов заняло непримиримую позицию по отношению к оккупантам.

Часть крупной буржуазии, получавшая огромные прибыли от военных заказов, продолжала экономическое сотрудничество с оккупантами. Лондонское же эмигрантское правительство во главе с Э. Бенешем, выступавшее за восстановление в стране домюнхенских порядков, выражало интересы тех буржуазных кругов, которые не поддерживали гитлеровцев. Поэтому руководство компартии установило с ним контакты. Однако взаимопонимания по главным вопросам борьбы за освобождение Чехословакии эти контакты не дали. Коммунисты всемерно добивались расширения национально-освободительного движения, придания ему подлинно массового характера, тогда как лондонские эмигрантские круги призывали народ к пассивности, ориентировали его на ожидание помощи от западных держав. Такая политика сторонников Бенеша вызывалась их боязнью того, что руководство национально-освободительной борьбой полностью перейдет к пролетариату во главе с компартией.

На призывы коммунистов развернуть борьбу против оккупантов рабочий класс ответил усилением саботажа и диверсий на предприятиях и железных дорогах. Эти акты имели большое значение в связи с тем, что Чехия и Моравия представляли крупный арсенал нацистской военной машины и важный транзитный район. Наиболее эффективной формой саботажа было замедление темпов работы. Практическое осуществление лозунга коммунистов «Працуй помалу!» («Работай медленно!») вызвало снижение производительности труда на 20 процентов. Несмотря на строжайшее запрещение забастовок, в конце июня — начале июля 1941 г. их волна прокатилась по всей стране. В результате агитации коммунистов начались волнения среди словацких солдат, которых марионеточное правительство посылало на советско-германский фронт. Стремясь подавить сопротивление, оккупанты усилили террор в стране. Чтобы обезглавить национально-освободительную борьбу, они основной удар наносили по [216] компартии. Лишь в октябре 1941 г. число арестованных коммунистов достигло 10 277 человек {603}.

В обстановке подъема освободительной борьбы в сентябре 1941 г. по инициативе ЦК КПЧ был создан Центральный национально-революционный комитет Чехословакии (ЦНРК). В него вошли представители социал-демократической партии, профсоюзных и других оппозиционных организаций. В своем воззвании ЦНРК призывал образовать единые местные органы руководства движением Сопротивления — национально-революционные комитеты, приступить к формированию вооруженных отрядов революционной гвардии.

После нападения Германии на СССР усиливается движение Сопротивления во Франции. В первое время оккупации страны значительная часть французского населения еще питала иллюзии в отношении режима маршала Петэна, верила в то, что он якобы воплощает наименьшее зло. Французская компартия, находясь в подполье, подвергалась преследованиям, многие ее руководители оказались в тюрьмах. Организации Сопротивления, создаваемые компартией, были почти полностью лишены помощи извне оружием и деньгами.

Настойчиво преодолевая эти и другие трудности, компартия Франции проводила курс на объединение всех патриотических сил страны в Национальный фронт. Решение этой задачи осложнялось крайне пестрым политическим составом участников освободительной борьбы. Разрозненные организации действовали в подполье и зачастую даже не знали о существовании друг друга. Так, в южной, неоккупированной зоне, контролируемой правительством Виши, еще летом 1940 г. возникли буржуазные группы, оформившиеся затем в организации «Комба», «Либерасьон», «Франтирер» и другие. Здесь центром Сопротивления стал Лион. В северной, оккупированной зоне действовали такие организации, как «Органи-засьон сивиль э милитер», «Либерасьон Нор», «Се де ла Резистанс».

Активное участие в движении Сопротивления рабочего класса усилило в нем ведущую роль компартии. ФКП пользовалась в народе большим авторитетом. Она была единственной в стране политической партией, не запятнанной сотрудничеством с врагом. Лидеры всех остальных партий в большей или меньшей степени скомпрометировали себя пособничеством вишистам и оккупантам.

Во многих работах буржуазных авторов, посвященных французскому Сопротивлению, утверждается, будто Французская коммунистическая партия вступила в борьбу против гитлеровцев только после нападения Германии на СССР. Конечно, с началом Великой Отечественной войны Советского Союза резко повысилась активность коммунистов в освободительном движении. Однако, как известно, ФКП подняла знамя Сопротивления значительно раньше. Ее деятельность в условиях оккупации началась с развертывания сети подпольной печати, прежде всего с издания «Юманите». Она стремилась также через профсоюзы использовать легальные формы борьбы, в частности забастовки. Крупнейшей была стачка 100 тыс. шахтеров в мае — июне 1941 г. Вместе с тем партия развернула работу по укреплению партийных ячеек, налаживанию связи подпольного ЦК с местными партийными организациями. В конце 1940 г. ФКП приступает к подготовке условий для перехода к вооруженной борьбе с гитлеровцами. Во всех областях страны создаются особые вооруженные группы. Они начинают совершать акты саботажа и диверсий. Все эти группы вскоре объединились в «Специальную боевую организацию» (ОС), существовавшую до мая 1941 г. На ее основе ФКП создает массовую боевую [217] организацию — «Франтирер э партизан франсэ» (ФТПФ) с воинской дисциплиной и единым командованием, действовавшую на основе четких оперативных планов.

Одновременно ЦК ФКП опубликовал принятое им 15 мая обращение, в котором содержался призыв к созданию Национального фронта борьбы за независимость Франции — политического объединения всех патриотических сил, независимо от их партийной принадлежности и взглядов. Так в результате усилий компартии возник «Фрон насьональ». Хотя Национальный фронт и не объединил пока все силы французского Сопротивления (это произойдет позднее и на другой основе), тем не менее он привлек в свои ряды кроме коммунистов много других патриотов и стал крупнейшей, наиболее массовой, влиятельной организацией среди всех течений и групп освободительной борьбы.

С конца июня 1941 г. движение Сопротивления во Франции не только ширится, но и принимает более решительные формы. Только за июль оккупационные власти зарегистрировали 21 нападение на немецкие воинские эшелоны. Выполняя директивы ЦК ФКП, бойцы ФТПФ все чаще пускали в ход оружие.

Гитлеровцы и полиция Виши обрушивали на патриотов массовые репрессии. В тюремные застенки и концентрационные лагеря были заточены десятки тысяч людей. Патриоты подвергались зверским истязаниям и казням.

22 октября 1941 г. в Нанте и Шатобриане оккупанты расстреляли 50 заложников, большинство из которых были коммунисты. Рабочие ответили на это забастовками протеста. В декабре были казнены видные деятели компартии Люсьен Сампэ и Габриэль Пери. Но каждое злодеяние нацистов и их пособников лишь увеличивало ряды участников французского Сопротивления.

Что касается деятельности некоммунистических организаций и групп Сопротивления, то она не отличалась активностью. В большинстве своем они придерживались тактики «аттантизма» {604}.

В Лондоне французские буржуазные эмигранты, порвавшие с вишистским правительством, образовали центр антигитлеровского движения. В сентябре 1941 г. был создан Национальный комитет «Свободная Франция» во главе с генералом де Голлем. Французская коммунистическая партия сочла необходимым установить с ним сотрудничество, чтобы обеспечить единство всех сил нации в борьбе против фашизма.

Признание Советским правительством Национального комитета «Свободная Франция» явилось серьезной поддержкой освободительной борьбы французского народа и способствовало ее дальнейшему развитию.

Ширилась борьба против оккупантов в Бельгии. В ноябре 1941 г. в Брюсселе состоялась встреча представителей коммунистов, католиков, либералов, на которой было принято решение о создании «Фронта независимости». Объединив все демократические силы освободительного движения, он вскоре превратился в боевую организацию бельгийского Сопротивления, которая возглавила борьбу патриотов за изгнание фашистских захватчиков, за национальную независимость страны.

По инициативе Коммунистической партии Бельгии еще в конце 1940 г. была создана «Бельгийская армия партизан», построенная по военному образцу. В ее составе было много бывших бойцов интернациональных [218] бригад, сражавшихся в Испании. Партизанские отряды совершили ряд крупных диверсий против оккупантов.

В стране действовали и другие группы Сопротивления («Бельгийский легион», «Секретная армия» и другие), поддерживаемые эмигрантским правительством в Лондоне. Однако их действия ограничивались главным образом сбором разведывательных данных для английского командования. Как отмечает бельгийский прогрессивный историк Ж. Дебрувер, «уже во время войны эти группы готовились к борьбе против коммунистов в послевоенное время. Руководство этих групп с самого начала ставило своей целью предотвратить захват власти коммунистами после освобождения» {605}.

Все более активизировалось движение Сопротивления в Нидерландах. Этому способствовали проникавшие в страну известия о героической борьбе Советской Армии.

Гитлеровцы, до нападения на Советский Союз заигрывавшие с населением, перешли к открытому террору. Были запрещены все политические партии, кроме «национал-социалистского движения Мюссерта», откровенно поддерживавшего фашистские порядки. Компартия, запрещенная еще в июле 1940 г., подверглась новым жестоким преследованиям. И все же, несмотря на репрессии, в стране усиливалось антифашистское движение. Широкий размах получило издание и распространение нелегальных материалов. В 1941 г. в Нидерландах выпускалось 120 нелегальных изданий {606}, в том числе «Де Ваархейд», «Хед Пароол», «Фрей Нидерланд». Потерпела неудачу попытка гитлеровцев поставить под свой контроль профсоюзные организации страны. 25 июля 1941 г. рейхскомиссар А. Зейсс-Инкварт решил направить туда нацистских комиссаров. В ответ на это почти все члены профсоюзов по призыву руководства покинули свои организации. Оккупанты были вынуждены 12 августа распустить профсоюзы.

Рухнули надежды оккупантов и на возможность опереться на так называемую нидерландскую унию, созданную голландскими коллаборационистами в июле 1940 г. В результате роста антифашистских настроений среди ее членов (она насчитывала около 600 тыс. человек) уния потеряла для оккупантов свое значение и в конце 1941 г. была распущена.

Коммунисты явились инициаторами создания «милгрупп» (военные группы) для совершения актов саботажа и уничтожения изменников.

Позже, чем в других странах Западной Европы, начался переход к активным методам борьбы против оккупантов в Дании. Страна формально не находилась в состоянии войны с Германией. Для маскировки оккупационного режима нацисты сохранили здесь все институты государственной и местной власти. Продолжали легально действовать политические партии, за исключением коммунистической, запрещенной в августе 1941 г.

Правительство во главе с правым социал-демократом Т. Стаунингом проводило коллаборационистскую политику, которая преподносилась датскому народу как единственно «реалистичная» и «оправданная». Оно открыто заявило о поддержке крестового похода против большевизма {607}. Был сформирован добровольческий корпус «Дания», включенный в состав немецких эсэсовских войск для действий на территории СССР. Датские власти начали преследование патриотов. Только в конце [219] июня 1941 г. было брошено в тюрьмы и концентрационные лагеря 520 коммунистов {608}.

Несмотря на жестокие репрессии, в стране развернулась борьба против гитлеровских захватчиков и предателей — коллаборационистов. С конца июня 1941 г. начала выходить нелегальная газета компартии «Ланд ог фольк» («Страна и народ»). Она разоблачала предательскую политику правительства Стаунинга и лживую нацистскую пропаганду, публиковала материалы с рекомендациями форм и методов борьбы с оккупантами.

15 ноября, когда Дания присоединилась к «антикоминтерновскому пакту», коммунисты организовали в Копенгагене массовую демонстрацию протеста против этого позорного шага датского правительства.

Активизировалась борьба норвежских патриотов. Преодолевая сопротивление реформистских лидеров, коммунисты Норвегии устанавливали контакты с социал-демократическими и профсоюзными организациями, вырабатывали формы сотрудничества с ними в борьбе с оккупантами. В авангарде движения Сопротивления шел рабочий класс. Коммунисты создали сеть подпольных диверсионных групп и партизанских отрядов, в которые входили представители разных слоев населения. Совместно с организациями «Мильорг» и СОЕ {609} они совершали диверсии на важных в военном отношении объектах. Однако многие нелегальные организации, находившиеся под руководством буржуазных партий и социал-демократов, вплоть до конца войны действовали изолированно от компартии.

Как и в других странах, в Норвегии сторонником активной борьбы с оккупантами выступала лишь коммунистическая партия. Консервативное буржуазное и социал-демократическое руководство движения Сопротивления отвергало любые формы вооруженной борьбы, тормозило развертывание массового партизанского движения. Еще в июне 1941 г. в письме в Лондон на имя короля Норвегии оно требовало прекращения поставок вооружения для левых организаций страны.

Однако норвежское движение Сопротивления продолжало нарастать. 10 сентября в столице вспыхнула забастовка 25 тыс. рабочих крупнейших заводов. Гитлеровцы ввели в Осло чрезвычайное положение, произвели массовые аресты и расстреляли профсоюзных лидеров В. Ханстеена и Р. Викстрёма {610}. Невзирая на террор, в середине ноября провели забастовку студенты столичного университета.

Таким образом, с началом Великой Отечественной войны Советского Союза против фашистской Германии движение Сопротивления в оккупированных странах заметно активизировалось. Во многих из них были образованы национальные фронты, охватывавшие значительные социальные слои, общественные и политические организации. Отличительным признаком движения Сопротивления на новом этапе войны явилось начало вооруженной борьбы против оккупантов.

В авангарде освободительной борьбы народов выступали коммунистические партии. Их влияние и авторитет непрерывно возрастали. [220]

Оглавление. Агрессия против СССР. Крах стратегии «молниеносной войны»

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.