Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Коммунистические партии Германии, Японии, Италии во второй мировой войне

Готовясь к войне против СССР и других государств, гитлеровцы развернули массовую обработку солдат и населения Германии в духе расизма и шовинизма. Временные успехи немецко-фашистских войск на советско-германском фронте летом и осенью 1941 г. были широко использованы нацистской пропагандой для прославления «непобедимого вермахта» и «величайших побед».

Эти хвастливые реляции усиливали шовинистический и военный угар в стране.

Когда немецкие войска развернули наступление на Москву, нацистская газета «Фёлькишер беобахтер» опубликовала статью под крикливым заголовком «Военный крах большевизма», в которой утверждалась версия о полном военном поражении СССР. «Советский Союз, потерявший к тому же важнейшие центры военной промышленности, не в состоянии залечить еще раз свои смертельные раны. Приговор над ним произнесен» {627}. Тогда, осенью 1941 г., большинство немцев верило, что война скоро закончится победой Германии.

Германская коммунистическая партия находилась в исключительно трудных условиях. Многие коммунисты были расстреляны либо брошены в тюрьмы и концентрационные лагеря. В заключении находился и вождь немецкого рабочего класса и компартии Эрнст Тельман.

Центральный Комитет КПГ, действовавший в Советском Союзе под руководством В. Пика, 24 июня 1941 г. обратился к народу своей страны с воззванием, в котором охарактеризовал нападение на СССР как тяжкое преступление фашизма. Он подчеркнул неизбежность поражения германского империализма и указал на необходимость слияния немецкого Сопротивления с борьбой советских людей и международным антифашистским движением {628}.

Развернутая программа действий за выход из национальной катастрофы и спасение нации была сформулирована в обращении ЦК КПГ к народу Германии и ее вооруженным силам от 6 октября. Центральный Комитет призвал трудящиеся массы взять судьбу страны в собственные руки, покончить с войной путем активных антифашистских действий и свержения гитлеровского режима, создать свободную, демократическую, миролюбивую Германию. «Создание такой Германии, — говорилось в обращении, — будет подлинной, самой большой победой немецкого народа в этой войне» {629}.

На антифашистов гитлеровцы обрушили жестокие удары. Если в феврале — апреле 1941 г. гестапо арестовывало ежемесячно в среднем по 750 человек {630}, то в июне число арестованных составило 8817, в августе — 10131, в сентябре — 11609, в октябре — 10 776, в ноябре — 10 421 человек {631}.

Серьезные трудности в развертывании антифашистского движения вызывала политика правых лидеров социал-демократической партии Германии (СДПГ), которые выступали с позиций антисоветизма и антикоммунизма. Группа правления партии в Лондоне во главе с Э. Олленхауэром в конце июня 1941 г. открыто выразила свое согласие с мнением Г. Трумэна, заявившего, что пусть-де вермахт и Советская Армия истощат [225] друг друга в изнурительных боях, а западные державы потом станут «господствующим фактором нового политического преобразования мира» {632}.

Однако многие функционеры и рядовые члены социал-демократической партии, несогласные с политикой этих деятелей, совместно с коммунистами активно включились в антифашистскую борьбу.

Летом и осенью 1941 г. ЦК КПГ направил в Германию в качестве своих уполномоченных группу опытных инструкторов, среди которых был А. Ковальке {633}. Уполномоченные установили связи с некоторыми нелегальными партийными организациями (такими, как группа Р. Урига {634} — в Берлине, Г. Шумана {635} — в Лейпциге и другими), передали им директивы ЦК и оказали помощь в развертывании антифашистской работы.

Политическая и организационная деятельность ЦК КПГ была, как и прежде, направлена на руководство антифашистской борьбой в Германии.

Наиболее активно действовала антифашистская организация Шульце-Бойзена — Харнака. Возглавлялась она старшим лейтенантом Харро Шульце-Бойзеном, служившим в министерстве авиации, и старшим правительственным советником экономистом Арвидом Харнаком. Основной ее целью было объединение оппозиционных сил в единый фронт антифашистских борцов. Она действовала не только в районе Берлина, но и имела связи с антифашистскими группами на периферии — в Эссене, Дортмунде, Лейпциге, Ганновере, Мюнхене, Гамбурге, Касселе, Кёльне, Магдебурге. В Берлине эта организация была связана с группами антифашистов, работавших на важных военных предприятиях, в частности АЭГ, концерна Сименса, а также в руководящих органах вермахта. Ядро групп составляли коммунисты. Вместе с ними действовали социал-демократы, беспартийные служащие, студенты и деятели искусства, солдаты и офицеры. Члены организации вели агитационно-пропагандистскую работу, печатали и распространяли листовки, устанавливали связи с военнопленными и насильственно угнанными в фашистскую Германию иностранными рабочими, организовывали саботаж на военных предприятиях.

Организация Шульце-Бойзена — Харнака действовала в тесном контакте с группой «Внутренний фронт», руководимой уполномоченным ЦК КПГ Шарлоттой Бишоф.

С осени 1941 г. начал выходить журнал «Внутренний фронт», издававшийся на немецком языке, а также на других языках для военнопленных и угнанных в Германию рабочих с целью вовлечения их в совместную борьбу против нацизма и войны {636}. «Внутренний фронт» был частью организации Урига, которая только в Берлине имела ячейки на 22 предприятиях. Ее связи тянулись также к антифашистам ряда германских городов и за рубеж — в Нидерланды, Данию, Австрию и Чехословакию {637}. [226]

Антинацистские организации действовали также в Саксонии, Тюрингии, Баварии, Приморском районе и в других местах. Важную роль в руководстве нелегальными организациями КПГ и всем антифашистским движением в стране играл немецкий народный радиопередатчик ЦК КПГ. Он вел передачи с территории СССР с 10 сентября 1941 г. до конца войны {638}.

Антифашистское движение развертывалось и в Италии. Однако летом 1941 г. прогрессивные силы здесь еще не были сплочены в единый фронт, так как коммунистическая партия — главная сила Сопротивления была серьезно ослаблена в результате жестокого террора. На свободе оставалось лишь несколько сот коммунистов. После вступления Италии в войну против СССР партия активизировала борьбу за объединение патриотических сил.

В октябре 1941 г. на юге Франции состоялась конференция, на которой коммунистическую партию представляли Э. Серени и Д. Доцца, социалистическую — П. Ненни и Дж. Сарагат, организацию «Справедливость и свобода» — С. Трентин и Ф. Нитти. Участники конференции обратились к соотечественникам с призывом сплотиться для борьбы за немедленное заключение сепаратного мира, за независимость страны от гитлеризма, завоевание политических свобод и создание правительства, отвечающего воле и интересам итальянского народа. Они решили образовать Комитет действия по объединению всех прогрессивных сил страны {639}.

Борьба за единство антифашистского фронта Италии имела большое политическое значение. Однако возможности для проведения в жизнь выработанной программы оставались пока ограниченными. В тот период только руководители компартии имели связь со страной. Три раза в неделю по радио из Москвы обращался к итальянским трудящимся П. Тольятти (под псевдонимом Марио Корренти).

В августе 1941 г. представитель заграничного центра ИКП У. Массола нелегально прибыл в Милан и установил там связь с коммунистическими организациями. С этого времени промышленные центры Северной Италии стали снабжаться инструкциями и пропагандистскими материалами.

С осени 1941 г. итальянские коммунисты начали издавать журнал «Клич Спартака». В его первом номере, вышедшем 24 октября, в период, когда гитлеровская армия рвалась к Москве и вся фашистская печать кричала о неминуемом падении столицы Советского Союза, с непоколебимой уверенностью было заявлено, что никогда фашистам не удастся занять Москву, разбить армию советских рабочих и крестьян. В журнале публиковались призывы и документы компартии, речи советских руководителей, информация о положении в Италии и за рубежом.

В Японии, несмотря на разгул реакции, прогрессивные силы не прекращали борьбы против политики милитаристов. Взяв курс на большую войну, правящие круги страны ликвидировали остатки демократических свобод и распустили все политические партии. Были «самораспущены» также профсоюзные организации и создано «Общество содействия трону через производство», контролируемое предпринимателями. Этот период в японской истории получил название «анкоку дзидай», то есть «период тьмы». Но реакции не удалось полностью подавить рабочее и демократическое движение. Хотя сопротивление народа и не носило организованного характера, оно продолжалось в различных формах. По данным официальной статистики, в 1941 г. произошло 330 трудовых конфликтов, часть которых вылилась в открытые забастовки. Неспокойно [227] было и в деревне. В 1941 г. в стране было зарегистрировано 3308 арендных конфликтов, в которых участвовало 32 289 человек {640}.

Однако антивоенные выступления не имели единого направляющего центра и поэтому носили разрозненный характер. Центральный аппарат компартии был разгромлен полицией еще в 1935 г. Оставшиеся на свободе коммунисты и профсоюзные активисты в глубоком подполье продолжали вести политическую и организационную работу на отдельных предприятиях. Исследователь антивоенного движения в Японии Тосио Итоя писал: «Рабочий класс Японии оказывал в годы войны сопротивление в самых различных формах, но большинство выступлений было разрозненным и не смогло подняться до организованной антивоенной борьбы» {641}.

Вступление в войну Венгрии, Румынии, Финляндии за чуждые их народам интересы вызвало в этих странах новую волну недовольства трудящихся политикой правящих кругов. Коммунисты развернули активную работу по сплочению сил для борьбы за прекращение войны, свержение фашистских режимов и установление демократических порядков.

Активно выступали против преступной авантюристической политики хортистов венгерские антифашисты. Вопреки официальной злостной антисоветской пропаганде и террору симпатии трудящихся были на стороне Советского Союза. Так, в сводке следственного отдела жандармерии города Дебрецена от 2 июля 1941 г. отмечалось, что большая часть трудящихся «восприняла весть о начале войны против Советского Союза с надеждой на победу Советов и тем самым на осуществление желаний рабочих» {642}.

Большую роль в организации движения Сопротивления в стране играло заграничное бюро ЦК Коммунистической партии Венгрии. В газете «Правда» 10 июля 1941 г. оно изложило задачи коммунистов и других прогрессивных сил Венгрии в антифашистской борьбе. Под руководством этого бюро с сентября 1941 г. на территории СССР начала действовать радиостанция имени Кошута. Она систематически вела передачи на Венгрию, разоблачавшие авантюристический курс политики хортистов и призывавшие к борьбе против фашизма {643}. Компартия проводила также работу по изданию и распространению пропагандистских материалов.

Венгерские коммунисты требовали немедленного заключения сепаратного мира, выхода из агрессивного блока, равноправия и права всех народностей страны на самоопределение, создания независимой, свободной и демократической Венгрии.

Трудности борьбы антифашистов усугублялись предательской политикой правых лидеров венгерской социал-демократической партии (ВСДП) и реформистских профсоюзов, которые призывали рабочих «ждать, слушать, терпеть», поддерживать правительство и «напряженно трудиться», а «подстрекателей» передавать полиции.

Однако вопреки политике правых лидеров в рядах ВСДП и профсоюзов происходил процесс размежевания. Росло влияние коммунистов в легальных социал-демократических, профсоюзных и других массовых организациях, особенно в Союзе молодежи, возглавлявшемся коммунистом Э. Шагвари.

Коммунисты активно добивались создания широкого фронта независимости для объединения различных слоев венгерского народа. Стремясь [228] обеспечить союз рабочих и крестьян, компартия установила тесную связь с Национальной крестьянской партией (НКП), представлявшей главным образом интересы бедных слоев крестьянства, предпринимала шаги к установлению контактов с левым крылом партии мелких сельских хозяев (ПМСХ) — организации зажиточных крестьян и кулачества, ряд видных представителей которой выступал за разрыв с нацистской Германией и выход из войны.

Усиливалось антифашистское движение в Румынии. Вовлечение кликой Антонеску страны в войну против СССР принесло новые тяготы румынскому народу. Бывший дипломат фашистского режима Румынии А. Крецяну писал, что война вызывала «глубокое недовольство диктаторским режимом, который послал сынов, мужей и отцов умирать... ради прихоти Гитлера» {644}. Против антисоветской войны выступали не только трудящиеся массы, но и часть румынской буржуазии, которая была связана экономическими интересами с Англией, Францией и США.

Основной задачей действовавшей в подполье компартии Румынии было создание единого фронта борьбы против фашизма и войны. 6 сентября 1941 г. коммунисты выступили с развернутой программой объединения всех антифашистских сил — «Платформой единого национального фронта румынского народа против фашистских оккупантов и военно-фашистской клики во главе с предателем Антонеску». В программе были сформулированы следующие главные требования национального фронта: прекращение войны против СССР, переход Румынии на сторону антигитлеровской коалиции, свержение фашистской диктатуры и образование правительства национальной независимости, отмена Венского арбитража, наказание лиц, ответственных за втягивание Румынии в захватническую войну {645}.

Эти требования составили политическую основу объединения всех патриотических сил страны. Правые же социалистические лидеры и руководители буржуазно-помещичьих партий (национал-либеральной и национал-царанистской), лишь формально находившиеся в оппозиции к режиму, не откликнулись на предложение компартии.

В Болгарии все более усиливалось недовольство народных масс антинациональной политикой правящих кругов. Нараставшую борьбу трудящихся возглавляла Болгарская рабочая партия.

22 июня 1941 г. ЦК БРП обратился с воззванием к народу, призвав его к непримиримой борьбе против германских и болгарских фашистов, против попыток вовлечь Болгарию в войну на стороне гитлеровцев, поставить на службу агрессору ее военно-экономический потенциал. «...Ни в коем случае не допустить использования своей земли и своей армии в разбойничьих целях германского фашизма» {646}.

24 июня Политбюро ЦК БРП приняло решение о развертывании вооруженной антифашистской, народно-освободительной борьбы. Началось формирование партизанских групп и отрядов. В городах и селах создавались боевые группы для проведения диверсий и организации массового саботажа в промышленности и сельском хозяйстве. Были намечены меры к развертыванию работы партии по разложению царской армии и привлечению ее на сторону народа {647}.

Для руководства вооруженными акциями создавались специальные военные комиссии при ЦК и окружных комитетах БРП. В помощь местным [229] кадрам заграничное бюро ЦК БРП переправило в Болгарию группу опытных военных и политических работников, в том числе полковника Ц. Радойнова, участника войны в Испании. Он возглавил Центральную военную комиссию при ЦК БРП {648}. Большую пропагандистскую работу вели организованные летом и осенью 1941 г. на территории СССР радиостанции «Христо Ботев» и «Народен глас» {649}.

Огромное значение в развитии антифашистского движения в стране имела деятельность заграничного бюро ЦК партии во главе с Г. Димитровым. Оно намечало стратегию и тактику борьбы, организовывало радиопропаганду, переправляло в Болгарию пропагандистскую литературу и информационные материалы.

Активную борьбу против антинациональной политики правящих кругов страны вела Коммунистическая партия Финляндии. Вскоре после начала войны исполком КПФ опубликовал обращение к народу, в котором разоблачал истинный характер событий: «Война со стороны Финляндии является не «оборонительной войной», как пытаются утверждать рюти, таннеры, маннергеймы и рангели {650} — агенты германского империализма в нашей стране, а наглой разбойничьей войной против Советского Союза и всего мира... Армия Финляндии преступно используется для осуществления гитлеровских планов мирового господства» {651}.

В крупнейших промышленных центрах страны — Хельсинки, Тампере, Турку — коммунистам удалось создать подпольные типографии и наладить выпуск нелегальных газет и листовок {652}. Компартия призывала трудящихся всеми средствами препятствовать ведению преступной войны, организовывать антивоенные забастовки, политический и экономический саботаж. Коммунистическая пресса подчеркивала необходимость выхода из войны на основе установления дружественных отношений с СССР. Она разъясняла народу, что только победа Советского Союза обеспечит независимость и свободу Финляндии.

Коммунисты вели большую организационную работу, главным образом среди рабочих. «Борьба компартии, — отмечал В. Песси, — способствовала образованию антивоенной оппозиции в Финляндии и подготовила почву для того поворота, который совершился по окончании войны» {653}.

Антивоенные настроения охватывали также определенные круги социал-демократической партии, лидеры которой (Таннер и другие) приняли решение об участии в войне на стороне Германии. Против таннеровского руководства выступила группа из шести депутатов парламента — социал-демократов, получившая название «шестерка». Она отражала оппозиционные настроения в своей партии. В сентябре 1940 г. все эти депутаты были исключены из партии {654}, а в конце 1941 г. арестованы по обвинению в государственной измене и приговорены к длительному тюремному заключению {655}.

В связи с затягиванием войны антивоенные настроения охватывали все более широкие слои населения, проникали в армию, способствовали росту дезертирства солдат. [230]

Таким образом, несмотря на чудовищный террор, коммунистические партии стран агрессивного блока развернули активную борьбу против антисоветской войны, за сплочение народных масс в национальные антифашистские фронты, за поражение фашистских режимов. Коммунисты разоблачали авантюристические планы Германии и ее союзников, показывали, что гитлеровцы толкают народы к национальной катастрофе. Проводя такую политику, компартии этих стран выступали как подлинные защитники интересов своих народов, вносили огромный вклад в общее дело борьбы против оголтелых сил мировой реакции, возглавлявшихся нацистской Германией.

Свои особенности имела борьба и деятельность компартий в нейтральных странах.

Генеральной линией в стратегии и тактике Коммунистической партии Испании являлось предотвращение вступления страны в войну против Советского Союза. Идея последовательного нейтралитета была тем стержнем, вокруг которого компартия стремилась объединить все силы, выступавшие против участия Испании в войне.

Одним из первых антивоенных документов, имевших общенациональное значение, был манифест ЦК КПИ, изданный в августе 1941 г. Он призывал испанцев объединить свои усилия, чтобы «помешать вступлению Испании в войну и бороться против помощи, оказываемой диктатурой фашистским державам» {656}. Политика объединения усилий нации была направлена не только к тому, чтобы помешать Франко втянуть испанский народ в трагическую военную авантюру, но и к тому, чтобы «расчистить путь к свержению диктатуры генерала Франко и восстановлению демократии в Испании» {657}.

Коммунисты Швеции, Турции и других нейтральных стран проводили политику, направленную на предотвращение вступления своих государств в войну.

Оглавление. Агрессия против СССР. Крах стратегии «молниеносной войны»

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.