Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Освободительная борьба народов Азии и Африки против фашизма

Вовлеченным в войну народам колониальных и зависимых стран Азии и Африки было значительно труднее определить свое отношение к мировому конфликту, чем народам Европы. Только после вступления в войну Советского Союза и создания антифашистской коалиции начала проясняться расстановка общественных сил в колониальном мире. Народы колоний постепенно стали связывать перспективы национально-освободительного движения с исходом войны, осознавать свою заинтересованность в разгроме блока агрессоров. Япония захватила в Китае, Юго-Восточной Азии и на Тихом океане огромные территории с населением около 400 млн. человек. Японская оккупация убедительно показала народам азиатских стран, что «желтый» империализм не лучше «белого», что он является не менее жестоким эксплуататором.

Азиатские народы не получили обещанной политической независимости. В Малайе и Индонезии вся власть была сконцентрирована в руках японского командования. Местное «самоуправление» в Бирме и на Филиппинах во всем подчинялось военной администрации захватчиков, а марионеточные правительства оккупированного Китая (правительство Маньчжоу-Го, нанкинское «правительство» Ван Цзин-вэя, «автономное» правительство Внутренней Монголии) строго контролировались японскими милитаристами. Политические партии, за исключением некоторых коллаборационистских, были распущены. В ряде стран новые колонизаторы использовали для управления прежнюю колониальную администрацию. Так, во Вьетнаме продолжали действовать вишистские власти. Недовольные оккупационным режимом подвергались жестокому террору и репрессиям.

Английские танки перед отправкой на фронт
Английские танки перед отправкой на фронт

В то же время политический режим в странах Юго-Восточной Азии характеризовался некоторыми уступками националистическим силам из привилегированных классов, делалась ставка на феодальную верхушку — султанов и на крупную буржуазию. Используя национальные противоречия, японские власти формировали из представителей некоторых народностей полицейские силы для борьбы с партизанами.

Оккупационный режим был направлен на максимальную экономическую эксплуатацию захваченных территорий, их сырьевых ресурсов и рабочей силы. За короткое время японские монополии прибрали к рукам наиболее важные рудники, предприятия, железные дороги и порты. До 60 — 70 процентов урожая крестьяне вынуждены были сдавать властям, получая взамен не имевшие реальной ценности, наскоро отпечатанные захватчиками денежные знаки. Население фактически было обречено на голод. На строительстве военных объектов в джунглях Бирмы, Таиланда, [420] Новой Гвинеи гибли от непосильного труда и болезней сотни тысяч принудительно мобилизованных рабочих.

Эксплуатация, игнорирование экономических интересов населения подвластных территорий, безжалостная карательная политика японских властей приводили к тому, что первоначальный оптимизм или безразличие по отношению к новым поработителям в ряде стран Юго-Восточной Азии сменялись ненавистью и стремлением к борьбе против них.

Именно так развивались события в Бирме. Японцы, захватив страну при поддержке Армии независимости Бирмы (АНБ), созданной мелкобуржуазной Народно-революционной партией (НРП), отказались выполнить данное этой партии обещание о предоставлении стране независимости. В июне 1942 г. были распущены комитеты свободной Бирмы — центральные и местные органы самоуправления, возникшие повсеместно после бегства английских колониальных чиновников. АНБ, насчитывавшая до 23 тыс. солдат и офицеров, также была распущена, пропаганда независимости объявлена преступлением, вся власть сосредоточена в руках японской военной администрации {550}.

Руководители НРП не сразу порвали с японцами. Многие из них вошли в созданное в августе марионеточное правительство, возглавлявшееся представителем правого, буржуазно-националистического крыла освободительного движения Б a Mo. Бывшие командующие АНБ Аун Сан и Не Вин, возглавив Армию обороны Бирмы (АОБ), сформированную японцами для несения гарнизонной и пограничной служб, решили использовать свое положение, чтобы собрать силы и создать национальную бирманскую армию для борьбы с оккупантами.

Вооруженную борьбу с японскими захватчиками возглавляли бирманские коммунисты. С сентября в дельте реки Иравади и на севере страны начали действовать руководимые ими партизанские отряды. Важным шагом к созданию единого антифашистского фронта патриотических сил явилось установление в конце года контактов бирманских коммунистов с командованием Армии обороны Бирмы, в результате чего было принято решение о подготовке армейских частей к борьбе с японцами.

Национально-освободительное движение в странах Азии приобрело самые различные формы. В целом лето и осень 1942 г. характеризовались его дальнейшим углублением и развитием. Росло число акций по срыву мероприятий оккупантов, создавались новые нелегальные антияпонские организации. В Корее их насчитывалось более 180 {551}. В промышленных районах севера страны происходили крупные забастовки, перераставшие в вооруженные столкновения с полицией. Весной восставшие рабочие японской базы ВВС на острове Чечжудо уничтожили около 70 самолетов {552}. В сельской местности увеличивалось число арендных конфликтов, не выполнялись поставки риса и т. и.

Постепенно основной формой сопротивления японским оккупантам становилась вооруженная борьба партизанских формирований. В марте под руководством коммунистической партии на Филиппинах завершилось формирование антияпонской партизанской армии «Хукбалахап». Она состояла из рабочих, крестьян, представителей мелкобуржуазных слоев, объединенных патриотическим стремлением дать отпор японским захватчикам. В своей деятельности эта армия руководствовалась опубликованным в августе 1942 г. программным документом ЦК КПФ «Основные принципы народной антияпонской армии» и уставом «Железная дисциплина». [421]

Армия состояла из 35 рот (общей численностью около 3,5 тыс. человек), сгруппированных в пять территориальных округов, расположенных в центральной части острова Лусон. Ее действиями руководил военный комитет (с ноября именовавшийся генеральным штабом), политико-воспитательную работу осуществлял политический отдел.

Отряды «Хукбалахап» вели активные партизанские действия против японских войск и созданной колонизаторами марионеточной жандармерии. В сентябре они отразили первую карательную экспедицию, в которой участвовало до 4 тыс. японских солдат, поддержанных авиацией и артиллерией.

Успешным действиям филиппинских партизан способствовала поддержка их демократическими органами выборного крестьянского самоуправления «Сантанбай». Они снабжали повстанцев продовольствием, осуществляли разведку и связь, пополняли партизанские отряды, участвовали в проведении экономического саботажа. На центральных и южных островах (Лейте, Минданао, Панай) начали действовать партизанские отряды, которыми руководили представители буржуазно-националистических кругов, главным образом бывшие офицеры филиппинской армии. Их действия облегчались тем, что японские гарнизоны на этих островах были крайне малочисленны {553}.

Организованную борьбу против оккупантов пытались наладить патриоты Индонезии. Летом и осенью 1942 г. активизировалась деятельность боевой подпольной организации ГЕРАФ («Антифашистское народное движение») во главе с А. Шарифуддином, одним из руководителей нелегальной коммунистической партии. Эта организация была создана еще до начала войны из рабочих и прогрессивной интеллигенции. Предполагалось, что она станет ядром единого национального фронта. Буржуазно-националистическая группа С. Шарира также приступила к созданию подпольной боевой организации, однако от активной борьбы против захватчиков эта группа уклонялась. Она намеревалась поднять восстание за независимость лишь в случае военного поражения Японии {554}.

В области Ачех, на севере Суматры, действовал партизанский отряд молодого мусульманского проповедника Абдулы Джамиля, выдвинувшего лозунг «священной войны» против захватчиков {555}.

Во Вьетнаме национально-освободительным движением против японских оккупантов и французских колонизаторов продолжала руководить Лига независимости Вьетнама (Вьет-Минь), созданная по инициативе Коммунистической партии Индокитая. Ее деятельность охватила отдельные районы Тонкина и Аннама, но наиболее успешно она развернулась в горно-лесном районе Вьетбак, на севере страны. Продолжало расти число партизанских опорных баз, укреплялась массово-политическая основа Вьет-Миня, создавались революционные вооруженные силы. В конце года был образован временный комитет Вьет-Миня трех провинций: Каобанг, Баккан, Лангшон. Это было ядро новой революционной власти {556}. Для распространения влияния Вьет-Миня в равнинных районах дельты реки Меконг был сформирован «Авангардный отряд для похода на Юг» под командованием Во Нгуен Зиапа {557}. Однако в целом движение [422] пока не выходило за рамки отдельных локальных действии, в основном в горных джунглях. Ограниченной была и социальная база освободительного движения, развивавшегося преимущественно в крестьянских районах. Антияпонские выступления рабочих в Сайгоне, Дананге, Ханое носили эпизодический характер.

В Малайе была создана Антияпонская армия народов Малайи. Ее основу составили четыре партизанских отряда (полка), сформированных коммунистами главным образом из рабочих-китайцев. Они действовали в западной и юго-западной части полуострова Малакка. Партизаны срывали сбор налогов и продовольственных поставок, нападали на небольшие гарнизоны, устраивали диверсии на железных дорогах. Несмотря на введение в ряде районов военного положения, японские власти фактически контролировали лишь крупные города. В августе — сентябре они нанесли удары по находившимся в подполье руководящим органам КПМ в Сингапуре и Куала-Лумпуре, что на некоторое время затормозило развитие вооруженного сопротивления оккупантам {558}.

Тяжелая обстановка сложилась для национально-освободительного движения в оккупированных областях Китая. Фактический разрыв единого национального фронта, явившийся следствием как антикоммунистической политики Чан Кай-ши, так и изоляционизма руководства КПК, нарушил необходимую для успешного ведения антияпонской борьбы основу, в результате чего она несколько ослабла. В Северном и Центральном Китае продолжали существовать крупные партизанские зоны, на юге действовала Южнокитайская партизанская колонна. Но, следуя принятому в декабре 1941 г. курсу на свертывание боевых действий, яньанское руководство КПК отказалось от проведения широких партизанских операций.

Противник воспользовался этим: уплотнил блокаду партизанских зон и прервал на время связь между Шэньганинским районом и базами сил освобождения в Северном и Центральном Китае. Приток новых сил в партизанские районы Северного Китая в этот период сократился до минимума {559}. Резко снизилось поступление вооружения, продовольствия, промышленных товаров.

Изоляционизм и пассивность руководства КПК в создавшейся обстановке вели к росту недовольства в партии и армии. Значительное число армейских и партизанских командиров считали, что необходимо взять в свои руки инициативу в военных действиях, использовать разногласия в гоминьдановских войсках и организовать совместную эффективную борьбу против оккупантов.

Однако маоистское руководство КПК действовало вопреки советам Коминтерна и желаниям коммунистов. Вместо активизации боевых действий против захватчиков оно развернуло и усилило фракционную борьбу против коммунистов-интернационалистов.

Связной Коминтерна при руководстве ЦК КПК П. П. Владимиров в октябре 1942 г. записал в своем дневнике: «Руководство КПК не принимает сколь-нибудь эффективных мер по связыванию японских экспедиционных сил на севере страны. Это бесспорный факт. Все просьбы Москвы к руководству КПК любым путем помешать японцам готовиться к войне против СССР остались без последствий... Из Яньани приказано во что бы то ни стало сохранять личный состав 8-й НРА, и армия пятится, хотя силы наступающего противника незначительны. [423]

Доктрина Мао Цзэ-дуна: война на сохранение собственной живой силы, отнюдь не на истребление захватчика. Осуществляется сие за счет ослабления сопротивления врагу и сдачи новых территорий» {560}.

Рост антияпонских настроений привел в ряде стран Восточной и Юго-Восточной Азии к активизации буржуазно-патриотических организаций. В этих условиях коммунисты, следуя тактике, разработанной еще VII конгрессом Коминтерна, продолжали последовательно выступать за сплочение всех сил освободительного движения в единый фронт борьбы против японских оккупантов. В Корее организацией единого национального фронта стала созданная в июне Лига независимости Кореи. В Малайе была создана массовая организация Народный антияпонский союз, служившая опорой партизанской армии. В нее входили представители всех слоев населения: рабочие, крестьяне, буржуазия, а также основные национальности — малайцы, китайцы, индийцы {561}.

Вьетнамские мелкобуржуазные националистические группы образовали в октябре на территории китайской провинции Гуанси эмигрантскую организацию Вьетнамская революционная лига (Донг минь хой). Эта организация выступала с антифранцузских и антияпонских позиций. Стремясь к расширению единого национально-освободительного фронта, Коммунистическая партия Индокитая пошла на установление союза Вьет-Миня с Вьетнамской революционной лигой. Но лига оставалась лишь небольшой военной группировкой.

На Филиппинах коммунистическая партия и «Хукбалахап» старались наладить политические и военные связи с антияпонскими подпольными организациями буржуазных националистов — «Свободные Филиппины», «Синий орел», Лига национального освобождения — и с некоммунистическими партизанскими отрядами. Однако расширению этих связей, созданию единого антияпонского фронта мешали пестрота и раздробленность национально-освободительного движения, а также активное противодействие американской разведывательной службы, стремившейся подчинить своему влиянию партизанское движение, особенно на южных островах архипелага.

Сплочению освободительных сил в единый антияпонский фронт препятствовали коллаборационисты, которые летом и осенью 1942 г. еще имели определенный авторитет и использовали его для раскола национально-освободительного движения. На Филиппинах это были деятели буржуазно-помещичьей Партии националистов, занимавшие ответственные посты в марионеточной администрации, жандармерии и в созданной оккупантами Ассоциации округов и соседей, в Индонезии — правые элементы буржуазной Партии великой Индонезии.

Сплочение антияпонских сил затруднялось также политикой колониальных держав — противников Японии, в первую очередь Великобритании, которая отказалась распространить на колонии положения Атлантической хартии о правах народов избирать форму правления по собственному желанию. Черчилль заявил, что Атлантическая хартия не затрагивает взаимоотношений внутри Британской империи, бросив тем самым открытый вызов национально-освободительным силам.

Особенно напряженная обстановка сложилась к лету 1942 г. в Индии, которая превратилась в прифронтовое государство. После срыва английскими правыми силами переговоров о будущем страны, которые С. Криппс вел весной с представителями индийских политических партий, с британскими властями продолжали сотрудничать лишь руководители [424] Мусульманской лиги и некоторые местные феодалы. Общественные круги Индии понимали освободительный характер войны против фашизма, сочувствовали героической борьбе советского народа против агрессора. Коммунистическая партия Индии энергично выступала за сплочение национальных сил. на антифашистской основе и за поддержку военных усилий антифашистской коалиции. Позиция коммунистов находила понимание во Всеиндийском конгрессе профсоюзов и Всеиндийском крестьянском комитете. Сессия последнего в июне выразила мнение, что война со вступлением в нее Советского Союза приобрела справедливый характер и что в этих условиях организованное крестьянское движение призвано оказать содействие разгрому агрессоров.

Руководство крупнейшей партии национальной буржуазии — Индийский национальный конгресс (ИНК), состоявшее в основном из антифашистов, не доверяло японской демагогической пропаганде. Выдающийся деятель партии Дж. Неру писал Ф. Рузвельту в апреле 1942 г.: «У нас нет права выбора, но мы сделаем все, что в наших силах, чтобы не покориться японской или какой-либо еще агрессии. Мы так долго сражались за свободу против прежней агрессии, что предпочтем исчезнуть с лица земли, нежели покориться новому захватчику» {562}. Дж. Неру и председатель ИНК Абул Калам Азад выступали за то, чтобы в случае вторжения японцев в Индию народ оказал им сопротивление всеми имеющимися средствами. Однако правительство Великобритании наотрез отказалось предоставить индийцам возможность создать гражданское ополчение или отряды местной обороны, не желая доверять оружие тем, кто не находился в рядах регулярной армии.

Многие руководители ИНК во главе с М. Ганди считали, что в условиях британского господства Индия не сможет противостоять японскому вторжению. Ганди был убежден, что единственный путь для консолидации положения в стране, соглашения с Мусульманской лигой и организации отпора японским агрессорам — немедленный политический уход Англии и образование национального правительства. При этом индийское правительство могло бы пригласить английские войска остаться на территории страны до конца войны {563}. 8 августа 1942 г. рабочий комитет ИНК принял резолюцию, получившую впоследствии название «Прочь из Индии!». В ней выдвигалось требование предоставления Индии независимости и образования национального правительства для организации обороны Индии совместно с союзными державами. При этом Ганди рассчитывал на переговоры, но Великобритания с согласия США прибегла к мерам подавления освободительного движения {564}. Утром 9 августа лидеры Индийского национального конгресса — Ганди, Неру и другие были арестованы, а деятельность ИНК запрещена.

В ответ на репрессивные действия британских властей начались забастовки и волнения, жестоко подавлявшиеся английской полицией и войсками. В стране вспыхнуло стихийное антианглийское восстание. В Бихаре, Бенгалии и Ассаме столкновения населения с войсками приняли особенно ожесточенный характер.

Державы оси пытались использовать события в Индии в своих интересах. В сентябре 1942 г. японцы сформировали из военнопленных и индийцев, проживавших за границей, первую дивизию так называемой Индийской национальной армии численностью 16,3 тыс. солдат и [425] офицеров {565}.

Однако японцы не доверяли личному составу дивизии и не решались использовать ее в боевых действиях.

В напряженной обстановке лета и осени 1942 г. союзные державы, и в первую очередь США, предприняли шаги для достижения взаимопонимания с определенными кругами национально-освободительного движения. В июне президент США Ф. Рузвельт в беседе с наркомом иностранных дел СССР В. М. Молотовым впервые сообщил о проектах отмены мандатов и установления международной опеки над английскими, французскими и голландскими колониями в Юго-Восточной Азии {566}. В противовес лозунгу японского империализма «Азия для азиатов», который на деле означал установление контроля Японии над Азией, американское правительство 9 октября декларировало свою готовность бороться за «полное равноправие» азиатских народов и 24 октября начало переговоры с Китаем об отмене экстерриториальности {567}. С другой стороны, США и Великобритания принимали меры к тому, чтобы поставить под свой контроль борьбу против японских оккупантов, лишить ее антиколониальной направленности. С этой целью создавались специальные службы и отряды для внедрения их в партизанское движение различных стран {568}.

Таким образом, в процессе развития сопротивления японским захватчикам все большая часть национальной буржуазии, патриотически настроенные круги отказывались от политики сотрудничества с оккупантами и переходили к активной борьбе против тех, кого они вначале склонны были рассматривать как «освободителей». Постепенно в ряде стран складывались условия для создания единого антияпонского фронта.

Освободительное движение в странах Среднего Востока и Африки переживало трудное время. Успехи вооруженных сил государств фашистского блока на южном участке советско-германского фронта летом и осенью 1942 г., а также японских войск в Юго-Восточной Азии способствовали оживлению в этих странах деятельности реакционных профашистских группировок.

Опорой фашизма в Северной и Западной Африке являлась вишистская администрация французских колоний, которую поддерживали состоятельные европейские поселенцы, открыто выражавшие профашистские симпатии. Ударной силой реакции стала организация колонистов «Французский легион» и его «служба порядка». Вишисты прибегали к жестокому террору, демократы и антифашисты томились в тюрьмах и концлагерях, профсоюзы были запрещены.

На путь сотрудничества с нацистскими элементами встала часть правонационалистических лидеров Туниса, рассчитывавших добиться ликвидации старых колониальных порядков.

Антифашистское освободительное движение в Северной и Западной Африке вызывало все более широкие симпатии местного населения. В противовес профашистской деятельности правых националистов в Тунисе буржуазно-националистическая партия «Нео-Дустур» ориентировалась на «Сражающуюся Францию» и державы антигитлеровской коалиции. Лидер «Нео-Дустур» Хабиб Бургиба, находившийся в заключении, 8 августа обратился из тюрьмы к своим единомышленникам с призывом «вступить в связь с французами — сторонниками де Голля» для совместных действий, отложив на послевоенный период решение вопроса о независимости страны. Явно антифашистскую позицию занимал и новый [426] бей Туниса Сиди Мухаммед аль-Мунсеф, правление которого началось 19 июня 1942 г. Он пытался использовать создавшееся положение для проведения некоторых мер по автономии Туниса, предложив в августе резиденту Виши адмиралу Эстева программу реформ, включавшую введение самоуправления и национализацию всех крупных предприятий {569}.

Коммунисты стран Северной Африки играли ведущую роль в борьбе против вишистского режима и подрывной деятельности профашистских элементов. Они разъясняли ложность надежд на получение национальной независимости с помощью стран оси, широко использовали для антигитлеровской пропаганды устроенный вишистскими властями в Алжире в марте — июле 1942 г. судебный процесс над 61 участником Сопротивления {570}. Несмотря на репрессии, и в Алжире, и в Тунисе продолжали действовать созданные коммунистами группы Сопротивления. В сентябре компартия Алжира в специальном манифесте призвала всех сторонников освобождения образовать объединенный фронт свободы против проникновения германских фашистов в Алжир. Коммунисты установили связь с подпольными группами сторонников де Голля. В Марокко по инициативе коммунистов началось формирование Фронта освобождения.

События во французских колониях, контролируемых «Сражающейся Францией», отражали своеобразную ситуацию, характерную для всех колониальных стран Африки. С одной стороны, их народы все более активно поддерживали борьбу антигитлеровской коалиции, с другой — под влиянием освободительного демократического характера войны все больше проникались стремлением к борьбе за собственное освобождение от британского и французского колониализма. Участие в антифашистском движении способствовало пробуждению национального и политического самосознания африканских народов.

Жители Французской Экваториальной Африки (Чад, Убанги-Шари, Габон, Среднее Конго), продолжавшей оставаться главной территориальной и экономической базой «Сражающейся Франции», составляли основную часть подразделений генерала Леклерка, действовавших в Сахаре, и французских соединений, входивших в состав британской 8-й армии.

Большую роль в мобилизации населения Южно-Африканского Союза на борьбу с фашизмом и поддержку усилий антигитлеровской коалиции сыграла Южно-Африканская коммунистическая партия (ЮАКП). Опираясь на массовые национальные организации местного коренного населения, а также на прогрессивные слои рабочих и интеллигенции европейского происхождения, ЮАКП выдвинула программу борьбы с фашизмом внутри страны и за ее пределами за предоставление оружия солдатам-африканцам. Одновременно ЮАКП вместе с обществом «Друзья Советского Союза» разъясняла значение победы СССР в войне для освобождения колониальных народов.

В середине 1942 г. Германия и Италия попытались активизировать деятельность профашистских групп на Ближнем Востоке. В июле во время наступления войск Роммеля германское и итальянское правительства выступили с декларацией об «уважении независимости» Египта.

Но правительство Египта во главе с лидером партии «Вафд» Муста-фой Наххасом делало все, чтобы обеспечить надежный тыл английской армии. За связи с державами оси было арестовано несколько лидеров профашистских группировок, интернированы немцы и итальянцы, высланы из страны японцы. Стремясь привлечь на свою сторону народные [427] массы, правительство провело ряд прогрессивных социальных и экономических реформ. В сентябре 1942 г. впервые в истории Египта профсоюзы получили право на легальное существование. Реформы способствовали повышению трудовой активности египетских трудящихся, обслуживавших армии союзников.

Несмотря на то что в Иране находились английские и советские войска, нацистская агентура, используя недовольство шовинистической политикой Тегерана, спровоцировала открытые выступления кашкайских племен на юге страны против правительства и союзников. Восставшие имели 20-тысячную армию, вооруженную ружьями, винтовками и пушками {571}. Для подавления этого выступления англичанам пришлось подтянуть моторизованные части из Египта.

Народная партия Ирана «Туде», первая конференция которой состоялась в 1942 г., вела борьбу против фашистской организации реакционных помещиков и офицеров «Иранские националисты» («Меллиюне Иран»), возглавляемой генералом Захеди. Деятельность Народной партии Ирана и руководимых ею антифашистских организаций способствовала тому, что иранцы в большинстве своем поняли ошибочность первоначальных иллюзий в отношении фашизма. Добиваясь своевременной перевозки военных грузов в СССР, участия Ирана в борьбе против фашизма, «Туде» вместе с тем выступала за проведение демократических реформ, улучшение положения рабочих и крестьян.

В Сирии и Ливане после ликвидации вишистского режима был создан ряд антифашистских организаций. Наиболее популярной из них была Лига борьбы против фашизма и нацизма. Активнее стало действовать Общество культурных связей с СССР. Перешли на легальное положение профсоюзы, руководящая роль в которых принадлежала коммунистам. В течение года были созданы 7 новых отраслевых профсоюзов, развернувших борьбу за повышение жизненного уровня и улучшение условий труда рабочих и служащих {572}. Прогрессивные силы, возглавляемые коммунистической партией, стремились увеличить вклад народов Сирии и Ливана в антифашистскую борьбу и одновременно ускорить процесс демократизации политической и общественной жизни своих стран.

Итак, в течение 1942 г. антифашистское движение в Африке и на Среднем Востоке было направлено на пресечение происков фашизма и развитие демократии. Уже к осени отчетливо выявилось банкротство правых националистических сил, делавших ставку на союз с фашизмом. В то же время повышался авторитет коммунистических партий, неуклонно рос интерес к Советскому Союзу, его социальному и политическому устройству.

Оглавление. Провал агрессивных планов фашистского блока

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.