Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Укрепление военной экономики стран фашистского блока к 1943 г.

Крупные поражения и громадные потери вермахта и его союзников на советско-германском фронте зимой 1942/43 г. оказали глубокое воздействие на внутреннюю обстановку в Германии. Оценивая влияние катастрофы под Сталинградом на моральное состояние немецкого народа, западногерманский исследователь Б. Мюллер-Гиллебранд писал: «Немецкий народ, который под влиянием громогласной немецкой пропаганды [78] не осмысливал серьезность военного положения, вдруг осознал всю тяжесть кризиса, был поражен, как шоком, ошеломляющим известием» {210}. Фашистской пропаганде пришлось перестраиваться. Если раньше она кричала о скорой победе, то теперь заговорила о неизбежности жертв, о затяжной войне, о трудностях борьбы на восточном фронте.

В отчетах службы безопасности (СД) после поражения вермахта под Курском все чаще стали появляться записи о том, что «большинство людей очень подавлено и не видит правильного выхода», «население жаждет мира» и т. п. В отчете СД от 18 октября 1943 г. отмечалось: у многих росло такое чувство, что «кольцо вокруг Германии сжимается все туже и туже и события мчатся навстречу кризису» {211}.

Углублению мрачных настроений и недовольства способствовало усиление эксплуатации трудящихся, ухудшение снабжения. В мае 1943 г. значительно снизились нормы выдачи мяса, в осенние месяцы сократилась выдача картофеля. Имперское министерство сельского хозяйства констатировало, что «после четырех лет войны... абсолютно невозможно избежать трудностей в снабжении продуктами питания» {212}.

По мере того как вермахт терпел одно поражение за другим и восполнение потерь влекло за собой новые жертвы и лишения для трудящихся, нарастала антифашистская борьба в Германии.

Назревал кризис и внутри господствующих классов рейха. Летом и осенью 1943 г. активизировала свою деятельность группа заговорщиков во главе с Герделером. В письме генерал-фельдмаршалу Клюге от 25 июля он писал, что еще есть возможность добиться выгодного для германского империализма и милитаризма мира, если устранить Гитлера и подготовиться к переговорам с Западом. В сентябре во время встречи Века, Герделера и Клюге было принято решение действовать. В октябре полковник Штауфенберг, новый начальник общего отдела штаба резервной армии, взял на себя разработку плана подготовки государственного переворота.

В то время как немецкий народ все ощутимее испытывал тяготы войны, господствующая элита нацистской Германии получала огромные прибыли и продолжала жить в довольстве и роскоши. Крупные акционеры, генеральные директора, правительственная и нацистская верхушка, используя широкие возможности «черного» рынка, жили на широкую ногу. Многие гражданские руководящие деятели, в том числе министры и гаулейтеры, а также генералы и адмиралы были замешаны в крупных спекуляциях.

1943 год был отмечен дальнейшим усилением государственно-монополистического капитала. Наиболее ярко это проявилось в создании в августе имперским министром вооружения и боеприпасов А. Шпеером {213} и руководством концернов Рура государственно-монополистической организации «Рур — штаб Шпеер» во главе с представителем объединенных сталелитейных предприятий В. Роландом. По замыслу его создателей объединению предстояло обеспечивать бесперебойный выпуск военной продукции, несмотря на воздушные бомбардировки. Создание «Рур — штаб Шпеер» повышало политический и экономический вес крупных монополий. [79]

В интересах монополистического капитала проводилась централизация руководства промышленностью. Такой курс был определен в директиве «О концентрации военного хозяйства» от 2 сентября 1943 г. Управление военной промышленностью сосредоточивалось в руках министерства вооружения и военного производства, созданного на базе министерства вооружения и боеприпасов.

Хотя преимущественные права основных групп монополистического капитала в руководящих государственных органах были определены довольно четко, между этими группами велась острая конкурентная борьба за правительственные заказы, кредиты и другие источники прибылей, за обеспечение своих предприятий рабочей силой и за сферы влияния. Монополистические предприятия довели эксплуатацию трудящихся до предела.

В то время как нужда и лишения народных масс росли, монополии всеми способами добивались увеличения и без того огромных прибылей. Например, прибыль концерна «ИГ Фарбениндустри» составляла в 1939 г. 363 млн. марок, а в 1943 г. она достигла 822 млн. марок. За это же время концерн Маннесмана увеличил свои прибыли с 11,3 млн. до 83,6 млн. марок {214}. Миллионы ввезенных в Германию мужчин и женщин трудились в промышленности и сельском хозяйстве в ужасных, нечеловеческих условиях, баснословно обогащая фашистскую верхушку. Только у крупнейшего промышленника Г. Крупна работало 70 тыс. иностранных рабочих, 21 тыс. военнопленных, 21 тыс. интернированных итальянцев (1943 — 1944 гг.), 5 тыс. немцев — узников концентрационных лагерей и политических заключенных других национальностей {215}. Заслуги Крупна перед нацистским режимом неоднократно отмечались правителями Германии. Так, в специальном декрете от 12 ноября 1943 г. подчеркивалось, что концерн имеет «особые, выдающиеся заслуги в деле укрепления военной мощи немецкого народа». В годы войны гигантски выросли и усилились и другие концерны.

Чтобы укрепить свой тыл, заставить немецкий народ и дальше отдавать все силы и приносить жертвы для продолжения войны, правители Германии усиливали террор против антифашистов, против всех сомневавшихся в победе. «Сомнение в победе каралось смертью, вера в непогрешимость фюрера считалась высшим законом» {216}.

24 августа 1943 г. рейхсфюрер СС и шеф полиции Г. Гиммлер был назначен имперским министром внутренних дел. Он стал руководителем всех фашистских репрессивных органов. Получив большие полномочия, Гиммлер поставил задачу «укрепить внутренний фронт». Крупные монополисты в дополнение к бюджетным ассигнованиям перевели более миллиона марок на поддержку CС. Гиммлер в свою очередь дал гарантию обеспечения их власти и огромных прибылей {217}.

С лета 1943 г. еще больше усилился террор в Германии и в оккупированных странах. В циркулярном приказе имперское министерство юстиции требовало приговаривать к смертной казни лиц, утверждавших, что «жертвы, которые тотальная война требует от всех, являются бессмысленными» {218}. Суды все чаще выносили смертные приговоры, а сведения об их исполнении публиковались, дабы устрашить население. Согласно официальным данным германского министерства юстиции, в 1943 г. в [80] Германии были приговорены к смертной казни и казнены 5684 человека {219}. Однако это лишь малая часть жертв, поскольку здесь не значились замученные в застенках гестапо без суда и следствия, умерщвленные в концентрационных лагерях, а также казненные по приговорам военных трибуналов.

Для удовлетворения все возраставших потребностей войны в материальных средствах и людских ресурсах в Германии и оккупированных странах в 1943 г. проводилась тотальная мобилизация. При этом главной задачей ставилось восполнение громадных потерь, наращивание сил и средств для ведения военных действий на советско-германском фронте, обеспечение военного хозяйства рабочей силой.

Выступая в Берлине 5 июня 1943 г., Шпеер так определял основные цели тотальной мобилизации: перестройка всей жизни страны на фронтовой лад, предельно возможная производительность всех работающих и всяческая экономия имеющихся в распоряжении нации материальных ресурсов {220}. На практике это означало еще большее усиление эксплуатации населения оккупированных территорий Европы, союзных государств и самой Германии.

Предусматривалась обязательная регистрация мужчин в возрасте от 16 до 65 лет, женщин — в возрасте от 17 до 45 лет с целью выявления лиц, способных носить оружие или трудиться. В итоге было учтено 3,5 млн. человек. Однако в качестве рабочей силы удалось использовать только 20 процентов взятых на учет {221}.

Проблему увеличения трудовых ресурсов нацистское руководство пыталось разрешить массовым насильственным угоном на работы в Германию рабочей силы из оккупированных стран и использованием труда военнопленных. Эти варварские акции проводились с присущей гитлеровцам жестокостью и беспощадностью. В 1943 г. в «третий рейх» было насильственно пригнано 2 млн. мужчин и женщин. Общее количество иностранных рабочих, привезенных в Германию и занятых в экономике, превысило 7 млн. человек {222}. Перемещенные оказывались на положении рабов. Их направляли на наиболее тяжелые работы, с ними жестоко обращались. Предполагалось, что в дальнейшем к труду на немецких предприятиях будет привлечено еще больше иностранцев, в том числе советских военнопленных.

Наряду с привлечением к производственной деятельности максимального количества трудоспособного населения осуществлялось перераспределение рабочей силы между различными сферами экономики. Фашистские заправилы пошли на закрытие мелких и частично средних предприятий, различных учреждений, торговых заведений, ресторанов. Таким путем удалось высвободить значительное количество людей и направить их в отрасли, обеспечивавшие нужды фронта. Тотальная мобилизация способствовала дальнейшему укреплению позиций крупного капитала, разорению и вытеснению мелких и средних предпринимателей. Ключевые позиции ставленников крупных монополий в экономической жизни и в государственном аппарате стали еще прочнее.

Однако, несмотря на столь крутую меру, как тотальная мобилизация, проблема трудовых ресурсов в Германии оставалась далеко не решенной. Согласно отчету управления военно-хозяйственного планирования [81] с 1 октября 1942 г. до конца 1943 г. численность рабочих увеличилась примерно на 1 млн. человек, а спрос составлял 2,5 млн. человек. Многие немцы и пригнанные в Германию иностранные рабочие стремились уклониться от работы. По донесениям имперской службы безопасности, с января до июля 1943 г. по этой причине в Германии было арестовано 167 574 трудоспособных немца и иностранца, а с июля до сентября — еще 112 778 человек {223}.

Мобилизация трудовых ресурсов и перераспределение рабочей силы дали возможность нацистскому руководству направить в вермахт в 1943 г. 2 050 тыс. человек {224} и довести его численность к концу года до 10 500 тыс. человек по сравнению с 9 200 тыс. человек в первом квартале того же года {225}.

В 1943 г. людские ресурсы в Германии, включая иностранных рабочих, распределялись следующим образом. В вермахте проходили службу 11 280 тыс. человек {226}, в аппарате нацистской партии состояло 361 тыс. человек, в экономике было занято 35 232 тыс. человек {227}. Значительное количество лиц находилось на государственной службе.

Одновременно с проведением тотальной мобилизации людских ресурсов военно-политическое руководство Германии делало все возможное, чтобы увеличить военное производство. Путем ограбления экономических ресурсов стран Европы и жесточайшей эксплуатации трудящихся, массового насильственного привлечения рабочей силы с оккупированной территории и концентрации военной экономики правителям фашистской Германии удалось добиться в 1943 г. дальнейшего роста промышленного производства (таблица 10).

Таблица 10. Производство основных видов промышленной продукции в Германии в 1942 — 1943 гг. {228}

Виды продукции

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Примечания

 

 

Электроэнергия (млрд. квт-ч)*1

43,4

44,1

101,6

Собственно Германия

Каменный уголь (млн. т)

258,0

269,0

104,3

То же

Бурый уголь (млн. т)

273,0

282,0

103,3

— » —

Жидкое горючее и смазочные масла (млн. т)

6,3

6,6

104,8

Германия и оккупированные страны

Чугун (млн. т)

25,1

27,0

107,6

То же

Сталь (млн. т)

32,1

34,6

107,8

— » —

Алюминий (тыс. т)

420,0

432,0

102,9

— » —

Медь (тыс. т)

164,0

187,0

114,0

— » —

Локомотивы (шт.)

2637

5243

198,8

— » —

Грузовые автомобили (тыс. шт.)

78,2

81,9

104,7

— » —

*1 Электростанции общего пользования.

Данные таблицы показывают, что производство основных видов промышленной продукции в Германии в 1943 г. превосходило уровень 1942 г. Довольно мощной была энергетическая база. Согласно докладу Шпеера от 27 января 1945 г. потребности страны в электроэнергии удовлетворялись в 1943 г. на 93,1 процента {229}.

Каменного угля добывалось достаточное количество. Однако большие затруднения имелись в снабжении вермахта и промышленности жидким топливом, так как Германия имела мало его естественных источников, а производство искусственного горючего не удовлетворяло потребности войны. Значительное количество нефти ввозилось главным образом из Румынии.

На высоком уровне развития оставалась металлургическая промышленность. Выпуск алюминия в 1943 г. в Германии и на оккупированных территориях почти в восемь раз превышал его производство в Англии. Значительно увеличивался ввоз меди, свинца, цинка, никеля, магния из оккупированных и так называемых нейтральных государств. Поступление хрома, кадмия, вольфрама сократилось. Увеличение выпуска боевой техники, вооружения и боеприпасов вело к сокращению запасов цветных металлов. Из-за их недостатка использовались искусственные заменители, а это отрицательно сказывалось на качестве выпускаемой продукции.

Собственное производство сельскохозяйственной продукции, а также использование ресурсов союзных стран и ограбление оккупированных территорий позволяли Германии обеспечивать свою промышленность сырьем, а население продовольствием. Сбор продовольственного зерна в Германии в 1943 г. составил 15,1 млн. тонн. В стране насчитывалось 19,6 млн. голов крупного рогатого скота {230}.

Как указывается в книге, изданной Институтом экономических исследований ФРГ, в Германии в период войны сравнительно высокий уровень снабжения был достигнут в результате резкого сокращения норм выдачи продовольствия населению оккупированных стран {231}. Если калорийность пайка среднего потребителя в начале 1943 г. составляла в Германии 1980 калорий, то в Польше, например, — 855 калорий {232}.

Транспортная система Германии была хорошо развита и в 1943 г. еще не подвергалась серьезным разрушениям союзной авиацией. С большими трудностями в решении транспортных проблем сталкивались захватчики на оккупированных территориях. Народные мстители выводили из строя большое количество железнодорожных путей, мостов и подвижного состава. Требовалось постоянно ремонтировать дороги и восполнять потери транспортных средств.

Располагая значительными сырьевыми запасами и большим производственным потенциалом, выкачивая максимум сырья, материалов и рабочей силы из порабощенных стран и союзных государств и используя возможности импорта, Германия в 1943 г. была в состоянии обеспечить военное производство в крупных масштабах (таблица 11).

Таблица 11. Производство основных видов боевой техники и вооружения в Германии в 1942 — 1943 гг. {233}

Боевая техника и вооружение

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Винтовки и карабины (тыс. шт.)

1370,2

2275,3

166,0

Автоматы (тыс. шт.)

232,0

234,3

110,0

Пулеметы всех видов (тыс. шт.)

117,0

263,0

224,8

Минометы (тыс. шт.)

9,8

23,0

234,7

Орудия всех видов (тыс. шт.)

38,8

73,5

189,4

Орудия 75-мм и крупнее (тыс. шт.)

14,3

35,8

250,3

Танки и штурмовые орудия (тыс. шт.)

6,2

10,7

172,6

Самолеты (тыс. шт.)

14,7

25,2

171,4

Боевые корабли основных классов

247

298

120,6

Как видно из таблицы, в 1943 г. особенно увеличился выпуск бронетанковой техники, артиллерийского вооружения и самолетов. Это объясняется тем, что планирование и организация развития военного производства, как и прежде, подчинялись выполнению стратегических задач на советско-германском фронте, решение которых требовало прежде всего большого количества бронетанковой, авиационной техники, артиллерийского и стрелкового вооружения. В соответствии с решением гитлеровского командования осуществить летом 1943 г. крупное наступление на Востоке особое внимание уделялось выпуску танков. В стенограмме совещания по экономическим вопросам от 4 мая отмечалось: «Поскольку военные действия предстоящего лета решающим образом зависят от превосходящего количества танков, фюрер надеется, что будет сделано все не только для сохранения, но и резкого увеличения этого количества» {234}. Уже весной производство танков и штурмовых орудий значительно увеличилось, достигнув в мае 1205 машин {235}. Если принять выпуск танков в январе — феврале 1942 г. за 100, то индекс среднемесячного их производства в 1943 г. составлял 330 {236}. Особенно возросло производство тяжелых и средних танков: было выпущено 1845 новых танков T-V («пантера»), которые ранее вообще не производились, 643 тяжелых танка T-VI («тигр»), на 566 больше, чем в 1942 г. Количество выпущенных средних танков T-IV увеличилось с 869 в 1942 г. до 3023 в 1943 г. {237}. [83]

Несмотря на значительный рост производства бронетанковой техники, вермахт испытывал в ней недостаток. Немецко-фашистские войска несли громадные потери на советско-германском фронте, восполнять которые удавалось с большим трудом. Дальнейшее же наращивание выпуска танков и штурмовых орудий сдерживалось из-за ограниченных поставок промышленностью материалов и полуфабрикатов. В комментариях составителей сборника стенограмм совещаний Гитлера и Шпеера по экономическим вопросам отмечается: «Все надежды на то, чтобы по крайней мере на восточном фронте сохранять равновесие в количестве танков, были потеряны» {238}.

Значительно расширилось в Германии производство артиллерийского и стрелкового вооружения, особенно крупнокалиберной артиллерии. Выпуск орудий калибра 75 мм и крупнее вырос в 1943 г. по сравнению с 1942 г. в два с половиной раза. Увеличился выпуск зенитных орудий, авиационных пушек и пулеметов. Резко возросло производство противотанковой артиллерии. Если в 1942 г. было изготовлено 1360 противотанковых пушек калибра 75 мм, то в 1943 г. — 7330 шт. {239}. В 1943 г. начался [84] выпуск 88-мм противотанковых пушек. Однако, несмотря на рост производства артиллерийского вооружения, потребность вермахта в нем из-за больших потерь полностью не удовлетворялась. В начале мая из 3860 легких полевых гаубиц, которые к этому времени ожидались в войсках, поступила только 1 тыс., из 2225 тяжелых полевых гаубиц — лишь 1447 и из 220 мортир калибра 210 мм — всего 12 {240}.

Выпуск минометов в 1943 г. превысил уровень 1942 г. в 2,3 раза. Однако потребности войск в минометном и стрелковом вооружении удовлетворялись далеко не полностью.

Необходимость расширения в первую очередь производства бронетанковой техники, артиллерийского и стрелкового вооружения обусловила уменьшение доли расходов на авиационную промышленность. Выпуск самолетов составил в середине 1943 г. 41,9 процента от общей стоимости продукции военного производства, в конце года — 35,7 процента {241}.

Вынужденное после провала наступления под Курском перейти к обороне на советско-германском фронте, а также отражать налеты англо-американской авиации, гитлеровское руководство во второй половине 1943 г. сочло необходимым сократить производство бомбардировщиков. Если принять их выпуск в январе — феврале 1942 г. за 100, то индекс производства составил в феврале 1943 г. 179, в июне — 175, в сентябре — 145 и в декабре — 138 {242}. Выпуск истребителей и штурмовиков в 1943 г. увеличился по сравнению с 1942 г. более чем в 2 раза.

Авиационные части получали самолеты новых типов: истребитель-бомбардировщик (многоцелевой самолет) «Фокке-Вульф-190», вооруженный четырьмя пушками и двумя пулеметами и имевший скорость до 610 км/час; модифицированный истребитель «Мессершмитт-109», усовершенствованные бомбардировщики «Хейнкель-111», «Юнкерс-88» и штурмовик «Хеншель-129».

В строительстве военно-морского флота главное внимание, как и прежде, уделялось производству подводных лодок. Из 298 вступивших в строй в 1943 г. боевых кораблей основных классов 290 составляли лодки и только 8 — надводные корабли. В общей системе военной промышленности роль морских вооружений значительно снизилась. В стоимостном выражении доля военных судов в общем военном производстве составляла 10,9 процента в конце 1942 г., а в конце 1943 г. — лишь 6,6 процента {243}.

Военная промышленность Германии и оккупированных ею стран значительно увеличила изготовление различных боеприпасов, особенно снарядов для крупнокалиберной противотанковой и зенитной артиллерии. Если принять индекс производства боеприпасов, включая авиационные бомбы, в 1940 г. за 100, то в 1942 г. он составлял 106, а в 1943 г. — 247 {244}. Доля производства боеприпасов в общей продукции военной промышленности в стоимостном выражении составила 30,6 процента в конце 1942 г., 24,6 — в середине 1943 г. и 31,5 процента — к концу года {245}.

Для обеспечения нужд войны фашистская Германия усилила грабеж оккупированных и зависимых стран. В 1943 г. она получила из них 12,1 млн. тонн чугуна и 13,9 млн. тонн стали.

Только во Франции 14 тыс. предприятий выполняли немецкие военные заказы. Всего в 1943 г. Германия вывезла из Франции продовольствия, сырья, полуфабрикатов, боевой техники, вооружения и другой военной продукции на 273 млрд. франков. Вклад Бельгии в военную экономику [85] Германии составил в 1943 г. около 3,5 млрд. марок. В Голландии более 70 процентов всех производственных мощностей работало на «третий рейх». Оккупанты изъяли из этой страны сырья, продовольствия и промышленной продукции на 6 млрд. марок. Чехословацкая промышленность поставляла вермахту значительное количество танков. Широко использовалась для обеспечения нужд рейха экономика Дании и Норвегии, Югославии и Греции. Беспощадной эксплуатации подвергалась Польша. Вся товарная продукция, произведенная в генерал-губернаторстве в 1943 г., оценивалась в 4 млрд. злотых. Три четверти этой продукции поступило в распоряжение фашистской Германии {246}.

Доля стоимости продовольствия, сырья, полуфабрикатов и готовых изделий, в том числе военной продукции, вывезенных Германией в 1943 г. из оккупированных стран, составила в общей стоимости германского ввоза 51,2 процента. Большое количество сельскохозяйственной и промышленной продукции, в том числе военной, непосредственно забирали немецкие войска, находившиеся за пределами Германии. Эта продукция немецкой торговой статистикой не учитывалась.

В целях материального обеспечения войны фашистская Германия в максимальных размерах перекачивала на нужды своей экономики ресурсы европейских союзников. Из Румынии, Венгрии, Болгарии, Финляндии, Италии и Словакии она забирала сырье, продовольствие, полуфабрикаты и готовую промышленную продукцию. На их долю в 1943 г. приходилось 92 процента германского импорта нефти и нефтепродуктов, 64,5 бокситов, 58,7 свинцовой, 36,7 хромовой и 26,4 процента медной руды. Из этих стран Германия вывезла продовольствия на сумму более 1,1 млрд. марок, что составляло 34 процента ее общего импорта. Однако дальнейшее выкачивание ресурсов из стран — союзниц Германии ограничивалось большими трудностями, которые испытывала их экономика.

Важное место в военной экономике Германии занимал импорт из Швеции, Швейцарии, Испании, Португалии и Турции. В 1943 г. на их долю приходилось более 52 процентов ввоза железной, 39 цинковой, 24,6 свинцовой и 13,9 хромовой руды, 29,8 олова, 18 алюминия и около 7 процентов меди. Швеция поставляла железную и цинковую руду, а также готовую промышленную продукцию; Швейцария — некоторые виды вооружения, боеприпасов, автомашины и другую продукцию; Испания — продовольствие, легированные металлы и продукцию обрабатывающей промышленности; Португалия — вольфрамовый концентрат; Турция — хромовую руду, продовольствие. Всего в 1943 г. Германия получила из нейтральных стран стратегического сырья, продовольствия и готовой промышленной продукции на 1183,4 млн. марок. Значительное количество сырья и продовольствия поступало в Германию из Аргентины и Парагвая.

Хотя тотальная мобилизация, разграбление ресурсов и беспощадная эксплуатация германскими монополиями рабочей силы захваченных территорий привели к дальнейшему развитию германской военной экономики, она испытывала немало трудностей. Расширение масштабов и напряжение вооруженной борьбы, большие потери боевой техники и личного состава на советско-германском фронте, рост вооруженных сил стран антигитлеровской коалиции выдвигали перед военной экономикой «третьего рейха» новые, еще более сложные и трудноразрешимые проблемы. Большие затруднения возникли с поставками немецкой боевой техники союзникам фашистской Германии. Весной 1943 г. Италии было отказано в поставках немецких танков и самолетов. Генерал [86] Кессельринг в переговорах с итальянскими представителями откровенно признал: «Если бы мы не имели катастрофы под Сталинградом, большая часть заявок могла быть удовлетворена, но германский генеральный штаб вместо этого оказался вынужденным бросать все свои резервы для того, чтобы остановить советский «паровой каток» {247}.

Экономика Италии в 1943 г. пришла в состояние почти полного упадка. Отрезанная от большей части внешних источников снабжения, страна лишилась поставок сырья, которые прежде составляли 80 процентов потребляемой нефти, 70 процентов зерна, 40 процентов леса, 100 процентов каучука и ряда важных цветных металлов {248}. Оставшиеся возможности импорта взяла под свой контроль Германия, обязавшись быть поставщиком сырья и топлива. Однако поступления из «третьего рейха» непрерывно сокращались. Ввоз из Германии металлургического сырья и полуфабрикатов отставал от запланированного на три — шесть месяцев, а в некоторых видах даже на год {249}, большая задолженность образовалась по поставкам каменного угля. Имевшиеся в Италии некоторые запасы сырья и материалов не могли эффективно использоваться вследствие полной дезорганизации экономики. Железные дороги испытывали перенапряжение, так как приходилось перевозить большое количество угля. К тому же подвижной состав понес большие потери от бомбардировок англо-американской авиации, а пути на многих участках были разрушены. Итальянский торговый флот уменьшился к марту 1943 г. на две трети, а для оставшихся кораблей недоставало горючего.

Производственные мощности военной промышленности хотя и были значительными, но из-за острой нехватки сырья, сокращения выработки электроэнергии и ограниченных возможностей транспорта использовались далеко не полностью. В результате военное производство в Италии в 1943 г. переживало резкий спад, а гражданские отрасли промышленности оказались фактически свернутыми.

Танкостроительные заводы Италии, мощности которых были рассчитаны на производство 100 танков в месяц, давали лишь половину этого количества, а авиационные, имея производственную мощность 350 самолетов в месяц, давали в среднем 240. Еще хуже обстояло дело с производством артиллерийского вооружения, стрелкового оружия и боеприпасов. Недостаток сырья и рабочей силы лишал итальянскую судостроительную промышленность возможностей восполнять потери военно-морского флота. Вместо выведенных из строя к 1943 г. 33 эсминцев и 62 подводных лодок вступило в строй 8 эсминцев и 21 подводная лодка {250}.

Вследствие призыва в армию наиболее трудоспособных крестьян, а также сокращения поставок удобрений в 1943 г. упало до самого низкого уровня сельскохозяйственное производство. Итальянцы получали по карточкам 200 г хлеба в день, 400 г мяса, 500 г сахара и 100 г оливкового масла в месяц, что составляло всего 1100 калорий на человека в день {251}. При этом выдача продовольствия по карточкам была нерегулярной.

И без того бедственное положение итальянских трудящихся усугублялось тем, что гитлеровцы, проникшие во все сферы хозяйственной деятельности, учиняли настоящий грабеж национальных богатств страны. Из Италии в Германию в больших количествах вывозились химическое сырье и готовая продукция химической промышленности. Ежемесячно в рейх отправлялось до 15 тыс. тонн текстильного сырья, полуфабрикатов [87] и готовых товаров, 430 тыс. пар обуви, 50 млн. патронов, до 4 400 тыс. снарядов и мин, 200 авиамоторов, 1100 грузовых и 300 легковых автомашин {252}.

Заказы, которые заправилы «третьего рейха» размещали в итальянских фирмах, оплачивались из кредитов, отпускавшихся правительством Италии на содержание немецких войск и подлежавших возврату после войны. Из этих же кредитов платили гитлеровцы и за вывозившиеся в Германию сельскохозяйственные продукты. Создалась громадная задолженность фашистского рейха Италии. Германия широко использовала трудовые ресурсы своего младшего партнера по блоку. Сотни тысяч итальянцев перемещались в рейх и вынуждены были трудиться на немецких предприятиях, где подвергались беспощадной эксплуатации.

В Италии ширилось забастовочное движение. Особый размах оно приобрело с весны 1943 г. Мартовские забастовки показали, что итальянский рабочий класс являлся ведущей силой массовой антифашистской борьбы.

Экономика Румынии полностью контролировалась и хищнически использовалась Германией для продолжения войны. Экономическое положение страны было тяжелым. Промышленное производство из-за недостатка сырья уменьшалось. Резко сокращались посевные площади. Опасные размеры принимала инфляция. И тем не менее из Румынии в Германию вывозилось большое количество сырья и продовольствия. Поставки румынского зерна рейху составили в 1943 г. 52 587 тонн. Правительство И. Антонеску отправляло в Германию 90 процентов производимых в стране мясных продуктов, хотя население Румынии находилось на голодном пайке. Из добытых в 1943 г. в Румынии 5 273 тыс. тонн нефти за границу ушло 3 159 тыс., в том числе в Германию более 2511 тыс. тонн {253}.

Германия полностью контролировала и экономику Венгрии. Рейх вывозил из страны сырье и значительную часть военной продукции. В 1943 г. Германии было поставлено 891 тыс. тонн бокситов, 462 тыс. тонн нефти, свыше 1 320 тыс. снарядов для 40-мм и 75-мм пушек {254}. Из выпущенных в Венгрии 600 боевых самолетов в Германию было отправлено 420, из 3398 авиамоторов — 2338 {255}. В 1943 г. Венгрия, несмотря на катастрофическое снижение урожайности, поставила Германии пшеницы больше, чем в 1942 г. Одновременно увеличился вывоз масличных культур, жиров, свиней и крупного рогатого скота, а также домашней птицы {256}.

Огромные затруднения испытывала экономика Болгарии. Однако царская клика продолжала поставлять рейху большое количество сельскохозяйственной продукции, не считаясь с нуждами народа. Росли заказы гитлеровцев на строительство в Болгарии судов и снаряжение для вермахта.

Тяжелым было и экономическое положение Финляндии. Из-за сокращений посевных площадей еще больше обострился продовольственный кризис, росла дороговизна, увеличивался государственный долг. В то же время Финляндия поставляла в Германию значительное количество никеля, целлюлозы, леса и других материалов. [88]

Военная экономика империалистической Японии испытывала в 1943 г. большие трудности. В метрополии имелись ограниченные сырьевые ресурсы, а многие виды сырья вообще отсутствовали. Накопленные ранее запасы к весне 1943 г. были в значительной степени израсходованы. Расчеты японских империалистов на широкое получение ресурсов из захваченных стран не оправдались. Из-за потерь японского флота, общего недостатка транспортных средств и растянутости коммуникаций еще более сложной стала доставка материалов в метрополию. Коммуникации подвергались ударам американской авиации и подводных лодок. Вывозу сырья и материалов из захваченных Японией территорий серьезно мешала растущая национально-освободительная борьба патриотических сил оккупированных стран.

В японской экономике командное положение занимали крупнейшие монополии и связанные с ними компании. Виднейшие их представители занимали руководящие посты в государственном аппарате.

В сентябре 1943 г. были ликвидированы министерства торговли и промышленности, плановое бюро и создано министерство вооружений, которое возглавил премьер-министр Тодзио. Министерство являлось, по существу, штабом военно-промышленных концернов по эксплуатации материальных и людских ресурсов страны. Оно осуществляло контроль над 675 крупнейшими компаниями как в самой Японии, так и в ее колониях {257}.

Монополии получали крупные субсидии из государственного бюджета. Прибыли всех компаний Японии росли с необыкновенной быстротой и в 1943 г. достигли 6,3 млрд. иен {258}. В интересах крупных монополий осуществлялась принудительная концентрация производственных мощностей, так называемое «упорядочение» мелких и средних предприятий. В 1943 г. было объединено 570 предприятий с общим капиталом 7,8 млрд. иен {259}.

В целях повышения эффективности производства и ослабления уязвимости промышленных объектов от налетов авиации противника с 1 июля в стране начала проводиться административная реформа. Территория Японии была разделена на девять административных округов. Каждый округ получил определенную автономию в экономическом отношении. Он был обязан обеспечивать за счет внутренних ресурсов расположенные на его территории военные предприятия рабочей силой, сырьем, электроэнергией и продовольствием {260}.

Отрасли экономики, непосредственно обслуживавшие войну, пользовались особыми привилегиями. К ним относились в первую очередь авиационная, судостроительная и алюминиевая промышленность, производство легких сплавов, многие станкостроительные и химические предприятия и т. д. С 1943 г., когда стало невозможным их полное обеспечение сырьем, топливом, рабочей силой и транспортными средствами, пришлось ввести систему сверхприоритетных отраслей. В эту группу были включены судостроение, авиационная и алюминиевая промышленность.

По переписи 22 февраля 1944 г., данные которой отражают положение в конце 1943 г., общая численность населения Японии составляла 77 млн. человек, из них 23,4 млн. работоспособных мужчин и 14 млн. женщин. Из этого количества почти 4 млн. мужчин находились в вооруженных [89] силах {261}. Только жесточайшая эксплуатация трудящихся позволяла японским монополиям обеспечивать потребности в рабочей силе. С целью максимального ее привлечения и полного использования в интересах военного производства были проведены мероприятия, означавшие фактическое закрепощение трудящихся монополиями. Японские историки дали следующую оценку мер, проводившихся правительством Японии: «...в военные годы труд носил характер рабского труда, осуществляемого по принуждению властей; он означал ограбление рабочих, которые не могли даже рассчитывать на минимум зарплаты» {262}. Трудящиеся Японии испытывали тяжкие лишения. По карточкам, кроме риса, ничего не выдавалось. Норма выдачи риса составляла 330 г в день на одного работавшего. Полуголодное существование приводило к увеличению смертности. Если в 1938 г. в Токио на 1 тыс. человек населения умерло 13 человек, то в 1943 г. — 22,6, а в городе Осака смертность возросла с 13,4 до 25,7 человека на каждую тысячу {263}.

83-я чрезвычайная сессия японского парламента (26 — 29 октября 1943 г.) утвердила 14 законопроектов о тотальной мобилизации людских и материальных ресурсов на ведение войны и приняла проникнутую демагогией резолюцию «О всеобщем подъеме на борьбу миллиардного населения Восточной Азии».

Чтобы усилить политическое влияние на трудящиеся массы и еще интенсивнее эксплуатировать рабочую силу, под руководством ассоциации помощи трону на предприятиях Японии создавались специальные организации — «общества промышленного служения отечеству». Созданные повсюду местные ассоциации помощи трону развертывали националистическую пропаганду, с тем чтобы внушить чувство ответственности за судьбу страны всему народу, призвать к бережливости, подписке на военные займы, к выходу на работу по трудовой повинности. Широко пропагандировался лозунг «Бороться и победить во второй год войны». Население должно было отдать все силы «священной борьбе», идти на новые лишения и самопожертвования во имя императора и будущей победы {264}.

Одновременно усиливались репрессии против антивоенных демократических сил, производились многочисленные аресты «неблагонадежных» по всей стране. Репрессии обрушивались прежде всего на японских коммунистов и сочувствующих им.

Хотя правительство затратило немало усилий на то, чтобы сплотить население для «священной борьбы», обострение противоречий между трудом и капиталом не только не ослабевало, но и усиливалось. Об этом свидетельствовал рост стачечного движения.

Широко проводя тотальную мобилизацию, государственно-монополистические круги добились интенсификации использования материальных и людских ресурсов, сохранения высокого уровня производства. Показатели работы промышленности приведены в таблице 12.

Данные таблицы показывают, что энергетическая база японской промышленности была довольно развита. Однако экономика и вооруженные силы испытывали большие трудности в обеспечении их топливом. Хотя в Японии и оккупированных ею странах производство нефти и синтетического горючего по сравнению с 1942 г. увеличилось более чем в два раза, однако по-прежнему ощущался недостаток в этом виде топлива. Добыча угля увеличилась незначительно. Японский уголь был низкого качества и фактически не годился для производства кокса. Коксующийся [90]

Таблица 12. Производство основных видов промышленной продукции в Японии в 1942 — 1943 гг. {265}

Виды продукции

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Электроэнергия (млрд. квт-ч)

33,6

33,9

100,9

Уголь (млн. т)

54,2

55,5

102,4

Нефть и синтетическое горючее (млн. т) {*1}

2,8

6,4

228,6

Чугун (млн. т)

4,4

4,4

100,0

Сталь (млн. т)

7,0

7,8

111,4

Алюминий (тыс. т)

103,1

141,4

137,1

Медь (тыс. т)

105,2

124,8

118,6

Автомобили грузовые (тыс. шт.)

25,0

22,0

88,0

{*1} Включая оккупированные территории района Южных морей.

уголь импортировался. Его ввоз сократился с 4 млн. тонн в 1942 бюджетном году до 2,9 млн. тонн в 1943 г.

Япония располагала ограниченными источниками железной руды и имела сравнительно слабо развитую черную металлургию, что серьезно лимитировало военное производство. Несмотря на форсирование добычи железной руды в Японии, потребности удовлетворялись лишь частично. Железная руда ввозилась главным образом из Кореи, Маньчжурии, Малайи и Филиппин. Однако из-за трудностей транспортировки по морским коммуникациям ввоз руды в 1943 г. стал сокращаться. Япония сильно отставала от главных капиталистических стран и по производству цветных и легированных металлов. В 1943 г. производство меди составило 125 тыс. тонн, свинца — 34 тыс., цинка — 62 тыс. {266}. Во много раз ниже не только американского, но и германского был объем продукции японского машиностроения.

Легкая промышленность Японии во время войны из года в год сокращала объем производства. Индекс выпуска текстильной продукции (выпуск 1930 — 1939 гг. принят за 100) с 54 в 1942 г. упал до 35 в 1943 г. {267}.

Сельское хозяйство Японии в 1943 г. дало 9,4 млн. тонн риса и 1,1 млн. тонн пшеницы {268}. Продовольствие, производимое в метрополии, удовлетворяло потребности населения далеко не полностью, а импорт из оккупированных стран неуклонно уменьшался. Ввоз риса в 1943 г. составил 0,7 млн. тонн против 1,1 млн. в 1942 г. {269}. Поголовье крупного рогатого скота насчитывало в 1943 г. 2 389 тыс. голов {270}. Это было в 35 раз меньше, чем в США, и в 8 раз меньше, чем в Германии.

Островное положение страны, необходимость перевозок большого количества грузов по растянутым морским коммуникациям обусловили первостепенное значение строительства торгового флота. В 1943 г. были спущены на воду торговые суда водоизмещением 1 124 тыс. брт, в 1942 г. — 424 тыс. брт {271}. Несмотря на столь большой рост, японское судостроение [91] не справлялось с восполнением потерь. Главное, что сдерживало строительство судов, заключалось в недостатке металла. Американский экономист Дж. Коен писал: «Создался порочный круг, вращавшийся все быстрее и быстрее. Невозможность ввозить сырье из-за расстройства судоходства вызвала резкое сокращение производства стали. Это обстоятельство в свою очередь ограничивало строительство судов, и Япония не в состоянии была привести свое судостроение хотя бы в приблизительное соответствие с имевшими место потерями судов» {272}.

Производство боевой техники (кроме танков) и вооружения, которому подчинялась вся экономика Японии, в 1943 г. продолжало увеличиваться. В 1943 г. было произведено оружия на 10,8 млрд. иен (в ценах 1945 г.), в 1942 г. — на 6,7 млрд. иен {273}. Данные об объеме продукции военной промышленности приводятся в таблице 13.

Таблица 13. Производство основных видов боевой техники и вооружения в Японии в 1942 — 1943 гг. {274}

Боевая техника и вооружение

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Винтовки (тыс. шт.)

440,0

634,0

144,1

Пулеметы всех видов (тыс. шт.)

71,1

113,5

159,6

Орудия и минометы (тыс. шт.)

14,8

29,4

198,6

Танки и самоходно-артиллерийские установки (тыс. шт.)

1,2

0,8

66,7

Самолеты (тыс. шт.)

8,9

16,7

187,6

Боевые корабли основных классов

38

54

142,1

Поскольку морской театр военных действий для Японии являлся основным, военное производство прежде всего обеспечивало выпуск боевых кораблей, транспортных и вспомогательных судов, а также боевых самолетов. Сильно увеличился выпуск подводных лодок. Японские подводные лодки не отличались высокими тактико-техническими данными. Большие по размерам, трудноуправляемые под водой, оснащенные несовершенным гидролокационным и радиолокационным оборудованием, они были легко уязвимы. На надводных кораблях, как правило, радиолокационного оборудования не было.

К сверхприоритетным отраслям военного производства относилась авиационная промышленность. В 1943 г. выпуск самолетов по сравнению с 1942 г. увеличился почти в два раза.

Доля годового производства военных материалов для военно-воздушных сил возросла в 1943 г. до 46,8 процента (39 процентов в 1942 г.). Этот рост происходил главным образом за счет сокращения доли производства военных материалов для сухопутных войск, которая упала с 20,5 процента в 1942 г. до 12,4 процента в 1943 г.

Более быстрыми темпами развивалось производство боевых самолетов, особенно истребителей. Выпуск бомбардировщиков оставался значительным. В последнем квартале 1943 г. наметилась тенденция к расширению производства одномоторных самолетов. Это явилось следствием сокращения [92] выпуска авиационных моторов, вызванного недостатком ферросплавов.

Производству бронетанковой техники в Японии придавалось второстепенное значение. Широкое развертывание танковой промышленности требовало больших усилий и расхода дефицитного высококачественного металла. Поэтому и без того сравнительно низкий уровень выпуска танков еще более снизился. Тактико-технические характеристики японской бронетанковой техники оставались низкими.

Производство артиллерийского и стрелкового вооружения прежде всего подчинялось интересам оснащения морских судов и самолетов.

В целом в производстве боевой техники и вооружения Япония в 1943 г. как по количеству, так и по качеству значительно уступала другим крупным воюющим государствам. Следует учитывать также и то обстоятельство, что, ведя войну на заморских театрах, Япония направляла многие технические средства борьбы на значительные расстояния от метрополии и не имела возможности обеспечить надежное прикрытие конвоев. Если в 1942 г. потери военных грузов при транспортировке составили 160 тыс. тонн (3 процента отправленных), то в 1943 г. они возросли до 1 390 тыс. тонн (17 процентов) {275}.

В результате тотальной мобилизации людских и материальных ресурсов, беспощадной эксплуатации колоний и захваченных стран японским империалистам удалось в 1943 г. увеличить выпуск военной продукции. Военная экономика Японии была еще в состоянии обеспечивать основные потребности войны, хотя общее соотношение сил на Тихоокеанском театре уже изменялось в пользу антигитлеровской коалиции.

* * *

1943 год характеризовался значительным ростом военной экономики обеих воюющих коалиций. Выпуск военной продукции резко увеличился. Это предопределяло дальнейшее нарастание масштабов и напряженности борьбы, еще большее насыщение полей сражений боевой техникой и вооружением новых образцов.

Превосходство антигитлеровской коалиции в уровне развития военной экономики и производстве боевой техники и вооружения в 1943 г. еще больше возросло, а по ряду важнейших показателей стало подавляющим. Эти крупные успехи обеспечивались высокими темпами развития военной экономики Советского Союза, США и Англии. В фашистском блоке рост военно-экономического потенциала произошел главным образом в результате тотальной мобилизации, беспощадного ограбления материальных и людских ресурсов порабощенных стран.

В СССР, США и Англии в 1943 г. было выработано электроэнергии в 3,5 раза больше, выплавлено чугуна и стали в 2,3, добыто нефти в 17 раз больше, чем в Германии, Японии и Италии. Государства антигитлеровской коалиции произвели в 3,4 раза больше самолетов, в 5,9 раза — танков и самоходно-артиллерийских установок, чем страны фашистского блока. Однако рост военно-экономического потенциала стран антигитлеровской коалиции, который существенно превосходил потенциал фашистского блока, не давал того эффекта в общей борьбе с врагом, который можно было бы ожидать. Если Советский Союз максимально использовал свои ресурсы в интересах ведения вооруженной борьбы на решающем, советско-германском фронте, то правительственные круги США и Англии, не будучи заинтересованы в ускорении сроков окончания войны, значительную массу произведенной боевой техники и вооружения не использовали в боевых [93] операциях. Так, при производстве в США и Англии в 1943 г. около 46 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок к концу года на итальянском фронте находилось не более 1500 машин, а на Тихоокеанском театре военных действий и того меньше. Восполнение потерь, которые были относительно невелики, требовало сравнительно небольшого количества новой техники. Из произведенных западными союзниками в 1943 г. более 75 тыс. боевых самолетов в войне против фашистского блока участвовала лишь незначительная часть. Основная масса средств борьбы оставалась в США и на Британских островах.

В 1943 г. СССР произвел до 35 тыс. самолетов, или почти на 10 тыс. больше, чем Германия, в два с лишним раза больше танков и самоходно-артиллерийских установок и артиллерийских орудий и минометов. При выплавке в Советском Союзе 8,5 млн. тонн стали было выпущено 24,1 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок, а в Германии (включая оккупированные страны) при выплавке 34,6 млн. тонн стали — лишь 10,7 тыс. танков и штурмовых орудий. И это при условии, когда фашистское руководство объявило производство танков первоочередной, важнейшей задачей и на их выпуск были направлены большие усилия. Такое предельно рациональное использование металла для производства боевой техники стало возможным благодаря плановой социалистической экономике.

Французский историк Ж. Видаленк справедливо отмечал, что в 1943 г. «русские действительно совершили индустриальное чудо, позволившее им экипировать людские массы, которыми располагали все советские республики» {276}.

Германская военная экономика в 1943 г. явно уступала военной экономике Советского Союза. Как ни быстро рос выпуск военной продукции в Германии, он все же отставал от роста военного производства в СССР. Громадные потери боевой техники и вооружения, большой расход боеприпасов на советско-германском фронте крайне осложняли решение задачи количественного и качественного наращивания оснащенности вермахта, армий союзных Германии стран и восполнения понесенного урона. Такое положение сложилось несмотря на то, что Германия достигла к этому времени наиболее высокого с начала войны уровня военного производства. Весьма сложной задачей являлось восполнение потерь бронетанковой и авиационной техники. В комментариях к дневнику немецкого верховного главнокомандования отмечается: «Что касается военно-воздушных сил, то противник обогнал нас в технической области и производственной мощности. Наверстать упущенное было слишком поздно. Начальник генерального штаба ВВС и штаба оперативного руководства авиацией генерал-полковник Г. Ешоннек не видел больше никакой возможности предотвратить гибель и скорую ликвидацию этого вида вооруженных сил. 19 августа 1943 г. он покончил жизнь самоубийством» {277}.

Советская военная экономика в достаточном количестве обеспечивала Вооруженные Силы новейшими образцами боевой техники, которые по многим тактико-техническим показателям превосходили боевую технику противника. Примечательны в этом отношении суждения военного деятеля фашистской Германии генерал-фельдмаршала Э. Манштейна. Уже после войны он писал: «Как бы удивительна ни была энергия, с которой Гитлер организовывал повышение выпуска военной продукции, все же это не могло сравняться с масштабами роста продукции у противника. Если мы во второй половине 1943 г. могли ежемесячно выпускать около 500 танков, [94] то советская промышленность выпускала в несколько раз больше...» {278}.

В свете приведенных фактов становится очевидной несостоятельность широко распространенного в буржуазной литературе утверждения, будто экономическая мощь США оказала решающее воздействие на ход второй мировой войны. В 1943 г., когда завершился коренной перелом в войне, не только вооруженные силы США, но и их экономика не оказывали такого влияния на ход войны, которое соответствовало их возможностям. Истина состоит в том, что решающие победы на главном фронте второй мировой войны Советская Армия завоевала не американским, а своим собственным первоклассным советским оружием. «Великий подвиг совершили рабочий класс, колхозное крестьянство, советская интеллигенция, которые своим самоотверженным трудом вместе с воинами Вооруженных Сил ковали победу над врагом, на протяжении всей войны фронт и тыл представляли собой единый боевой лагерь» {279}.

Результаты развития военной экономики воюющих государств в 1943 г. со всей очевидностью показывали: страны антигитлеровской коалиции получали все большие преимущества, их военно-экономический потенциал укреплялся, а положение фашистского блока в военно-экономическом отношении становилось все более трудным.

Вследствие того что США и Англия вели войну в удаленных от Германии районах, непосредственно не угрожали самому гитлеровскому рейху и вводили в действие небольшую часть имевшихся в их распоряжении сил и средств, фашистское руководство могло бросить и бросало основную массу людских и материальных ресурсов на обеспечение нужд восточного фронта. В 1943 г. с максимальной полнотой были использованы в вооруженной борьбе боевая техника и вооружение, произведенные Советским Союзом и Германией. По существу, происходило противоборство военно-экономических потенциалов этих стран.

Коммунистическая партия и Советское правительство, несмотря на имевшиеся трудности, успешно решили сложнейшие задачи обеспечения фронта и тыла всем необходимым для ведения войны. Осуществленное под руководством Политбюро ЦК партии и ГКО перевооружение советских войск означало ликвидацию технического превосходства врага. Это создало необходимые предпосылки для нанесения новых мощных ударов по противнику. Советский общественный и государственный строй, вся система политического и военного руководства, животворный патриотизм народов Советского Союза, их самоотверженный труд обеспечили самое широкое использование людских и материальных ресурсов страны для разгрома агрессора.

Оглавление. Завершение перелома во Второй мировой войне

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.