Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Зимнее наступление СССР на Правобережной Украине в 1943 г.

В соответствии с планом Верховного Главнокомандования Советских Вооруженных Сил зимне-весенняя кампания началась наступлением на Правобережной Украине. С конца декабря 1943 г. до середины апреля 1944 г. на огромных просторах от Полесья до Черного моря, от Днепра до Карпат развернулась одна из крупнейших битв второй мировой войны (карта 3). В ней участвовало одновременно с обеих сторон около 4 млн. человек, 45,5 тыс. орудий полевой артиллерии и минометов, 4,2 тыс. танков и самоходно-артиллерийских (штурмовых) орудий, свыше 4 тыс. самолетов.

Германское командование, хорошо понимая, какие серьезные военно-политические и экономические осложнения повлекут за собой потеря богатейших промышленных и продовольственных районов Правобережной Украины и выход Советской Армии на подступы к Балканам, требовало от войск любой ценой удержать позиции на южном крыле стратегического фронта. Стремясь восстановить оборону по Днепру и деблокировать крымскую группировку, Гитлер не раз подчеркивал, что, если будет невозможно удержать фронт на Востоке, в крайнем случае может обсуждаться вопрос об отступлении лишь на его северном фланге, но никак не на южном {152}.

Пехота и танки в наступлении на 3м Украинском фронте
Пехота и танки в наступлении на 3м Украинском фронте

К началу наступления войск Советской Армии на Правобережье оборонявшиеся там группы армий «Юг» и «А» (без 17-й армии, которая действовала в Крыму) насчитывали 91 дивизию, в том числе 18 танковых и 4 моторизованные, и 1 бригаду. Группа армий «Юг» — 1-я и 4-я танковые и 8-я полевая армии — под командованием генерал-фельдмаршала Э. Манштейна оборонялась на фронте южнее Овруч, Качкаровка на Днепре. Она удерживала небольшой участок правого берега реки в районе Канева, а также плацдарм глубиной 30 км и шириной 120 км на ее левом берегу под Никополем. Группа армий «А» — командующий генерал-фельдмаршал Э. Клейст — 6-й немецкой и 3-й румынской армиями занимала оборону южнее по нижнему течению Днепра.

Ожидая главный удар по северному крылу группы армий «Юг», в полосе обороны 4-й танковой армии, которой командовал генерал Э. Раус, противник за ноябрь и первые три недели декабря усилил эту армию шестью соединениями. Теперь в ее составе было 26 дивизий, в том [62] числе 7 танковых — почти треть всех танковых дивизий, находившихся: на советско-германском фронте.

Немецко-фашистские войска вели поспешное строительство оборонительных сооружений. Однако к концу декабря на Правобережной Украине они смогли на большей части фронта оборудовать только главную полосу обороны глубиной 4 — 6 км. На важнейших направлениях в 10 — 15 км от переднего края готовилась вторая полоса. В оперативной глубине оборудовались оборонительные рубежи по рекам Ингулец, Ингул, Синюха, Южный Бут, Днестр. Мощная оборона была создана в Крыму.

С советской стороны в конце 1943 г. южнее реки Припять действовали войска четырех фронтов. 1-й Украинский фронт — командующий генерал Н. Ф. Ватутин, — отразив в ноябре — декабре наступление противника на киевском направлении, удерживал обширный плацдарм на правом берегу Днепра западнее Киева. Южнее 2-й Украинский — командующий генерал И. С. Конев — и 3-й Украинский — командующий генерал Р. Я. Малиновский — занимали второй крупный плацдарм — от Черкасс до Запорожья. 4-й Украинский фронт — командующий генерал Ф. И. Толбухин — главными силами охватывал никопольский плацдарм врага, частью войск закреплялся на широком фронте по левому берегу нижнего течения Днепра, а 51-й армией блокировал 17-ю немецкую армию в Крыму. На плацдарме, захваченном на Керченском полуострове, вела бои Отдельная Приморская армия под командованием генерала И. Е. Петрова.

По плану Ставки Верховного Главнокомандования этим силам предстояло разгромить группы армий «Юг» и «А», освободить Правобережную Украину и Крым. Войска четырех Украинских фронтов должны были мощными ударами на ряде направлений расчленить вражескую группировку и уничтожить ее по частям. Вначале предусматривалось разбить противника в восточных районах Правобережья, окончательно отбросив его от Днепра, и занять рубеж Южный Буг (до Первомайска), река Ингулец (от Кривого Рога до устья), а в последующем, развивая наступление, выйти на линию Луцк, Могилев-Подольский, Днестр, ликвидировать одновременно крымскую вражескую группировку и освободить Крым.

1-му Украинскому фронту было приказано нанести главный удар на Радомышль, Житомир, Бердичев, Жмеринку, вспомогательные удары — правым крылом в направлении Коростень, Новоград-Волынский и Ново-Мирополь, частью сил в обход Житомира с запада, а левым — на Белую Церковь, восточнее и юго-восточнее ее {153}. 2-му Украинскому фронту была поставлена задача наступать в направлении Долинская, Березнеговатое, с тем чтобы выйти на тылы никопольской группировки противника и совместно с 3-м и 4-м Украинскими фронтами разгромить ее. Войска 3-го и 4-го Украинских фронтов, наступая по сходящимся направлениям, должны были при содействии армий левого крыла 2-го Украинского фронта ликвидировать вражескую группировку в районе Никополя. После этого 3-му Украинскому фронту предстояло развить наступление на Николаев и Одессу и освободить все оккупированное врагом побережье Черного моря, а 4-му — во взаимодействии с Отдельной Приморской армией, Черноморским флотом и Азовской военной флотилией уничтожить противника в Крыму. Последующими директивами Ставки глубина наступления фронтов была увеличена до рубежа Западный Буг, Прут с целью выхода войск на южном участке фронта на государственную границу СССР {154}. [63]

В наступлении кроме воздушных армий фронтов (соответственно 2, 5, 17 и 8-й) должна была участвовать авиация дальнего действия, которой ставилась задача наносить удары по железнодорожным объектам, портам и кораблям противника, а также по аэродромам и войскам, расположенным в его глубоком тылу.

В связи с особой активностью вражеской авиации против железнодорожных коммуникаций, водных переправ и других важных объектов в прифронтовой полосе Ставка ВГК для их прикрытия помимо фронтовых средств ПВО привлекала и крупные силы Войск ПВО страны. В полосах наступления четырех Украинских фронтов и Отдельной Приморской армии действовали четыре корпусных района, два истребительных авиационных корпуса и два дивизионных района Западного фронта ПВО, которым командовал генерал М. С. Громадин. Для прикрытия угрожаемых с воздуха объектов юга они имели свыше 2 тыс. зенитных орудий, 1650 зенитных пулеметов, 300 прожекторов и около 450 истребителей {155}. Кроме того, с целью своевременной организации противовоздушной обороны объектов на освобождаемой от врага территории в феврале 1944 г. в составе Западного фронта ПВО были сформированы Одесский и Львовский корпусные районы ПВО. Важнейшей задачей Войск противовоздушной обороны являлось надежное прикрытие прифронтовых коммуникаций, а также районов сосредоточения ударных группировок сухопутных войск и крупных штабов.

На Черноморский флот и Азовскую военную флотилию возлагались задачи вести борьбу на морских коммуникациях, особенно между Крымом и портами Румынии, и содействовать сухопутным войскам в разгроме приморских группировок противника. Украинским и крымским партизанам было приказано усилить удары по сухопутным коммуникациям врага, переправам, тыловым гарнизонам.

Координацию действий фронтов в операциях на Правобережной Украине Ставка Верховного Главнокомандования осуществляла через своих представителей: на 1-м и 2-м Украинских фронтах — Маршала Советского Союза Г. К. Жукова, по авиации — маршала авиации А. А. Новикова, на 3-м и 4-м — Маршала Советского Союза А. М. Василевского, по авиации — генерала Ф. Я. Фалалеева.

Подготовка наступления на Правобережной Украине происходила в сложных условиях, когда войска вели почти беспрерывные бои за днепровские плацдармы, а основные силы 1-го Украинского фронта в тяжелых оборонительных боях отражали удар 4-й танковой армии на Киев. Действия этого фронта в предстоявшей стратегической операции должны были начаться с контрнаступления против сильнейшей вражеской группировки. «Это контрнаступление, — требовала Ставка в директиве от 28 ноября 1943 г., — нужно организовать так же основательно и тщательно, как это было сделано под Белгородом» {156}. Для выполнения поставленной задачи она передала в состав фронта из своего резерва в середине ноября 1-ю гвардейскую, а затем 18-ю и 1-ю танковую армии и два отдельных танковых корпуса, с подходом которых должно было начаться наступление.

Военные советы, штабы фронтов и армий, руководя боевыми действиями войск, одновременно разрабатывали планы новых операций, создавали наступательные группировки. Перегруппировки войск, подвоз материальных средств проводились скрытно, только в ночное время. Фронты, армии и соединения пополнялись личным составом, боевой техникой, автотранспортом. Служба тыла, преодолевая неимоверные трудности [64] в подвозе грузов войскам, вызванные тяжелыми дорожными условиями, добилась бесперебойного снабжения войск и накопления необходимых запасов материальных средств для наступления. Шла напряженная работа по ремонту боевой техники, автотранспорта, восстановлению железных дорог. Силы и средства медицинской службы подготавливались к обеспечению эвакуации и лечения раненых в ходе наступательных операций.

Во фронтах и армиях повседневно велась подготовка личного состава к предстоявшим действиям. Серьезное внимание уделялось совершенствованию выучки штабов и войск. Проводились командно-штабные игры, на которых отрабатывались вопросы управления и взаимодействия. Личный состав частей и подразделений учился вести наступление в условиях местности и обороны противника, максимально приближенных к реальным. Широко использовался накопленный боевой опыт, особенно опыт форсирования Днепра, так как войскам предстояло преодолеть несколько больших рек.

Партийно-политическая работа в Украинских фронтах направлялась прежде всего на то, чтобы подготовить личный состав, длительное время находившийся в напряженных боях, к выполнению новых трудных боевых задач. Командиры, политорганы и партийные организации главное внимание сосредоточили на воспитании воинов в духе советского патриотизма, беззаветной преданности делу Коммунистической партии, на пропаганде освободительной миссии Вооруженных Сил СССР, путей ее осуществления, конкретных задач войск в предстоявших боях. Широко разъяснялись требования Верховного Главнокомандования: смело и решительно взламывать вражескую оборону, день и ночь преследовать противника, не давать ему закрепляться на промежуточных рубежах, смелым маневром резать коммуникации врага, окружать и дробить его войска, уничтожать и захватывать живую силу и технику противника. Пропагандой военной присяги, требований воинской дисциплины, боевых традиций, славных побед Советской Армии воспитывалась готовность любой ценой выполнить приказ командира.

Важное значение придавалось дальнейшему усилению партийного влияния на все стороны боевой деятельности войск, личной примерности в бою командиров, политработников, коммунистов и комсомольцев. Надежной опорой командования и политорганов в воспитании у личного состава наступательного порыва и мобилизации на выполнение боевых заданий являлись партийные организации. Перед наступлением в войсках Украинских фронтов было 16 тыс. первичных организаций, насчитывавших почти 538 тыс. коммунистов. Они находились на решающих участках, прежде всего в парторганизациях боевых подразделений.

К концу 1943 г. в составе четырех Украинских фронтов (без 51-й армии 4-го Украинского фронта, блокировавшей 17-ю немецкую армию в Крыму) имелось 162 стрелковые, 12 кавалерийских, 34 авиационные {157} дивизии, 19 танковых и механизированных корпусов и 11 отдельных танковых бригад {158}. Общая численность войск и количество боевой техники Советской Армии и противника на Правобережной Украине показаны в таблице 2.

Приведенные в таблице данные опровергают вымыслы бывших гитлеровских генералов и ряда современных буржуазных авторов о якобы огромном численном преобладании советских войск в операциях на [65] Правобережной Украине {159}.

Таблица 2. Соотношение сил и средств сторон на Правобережной Украине на 1 января 1944 г. {160}

Силы и средства

1, 2, 3 и 4-й (без 51-й армии) Украинские фронты

Группы армий «Юг» и «А» (без 17-й армии), 4-й воздушный флот

Соотношение сил и средств

Личный состав (тыс. чел.)

2230

1760

1,3:1

Орудия и минометы {*1}

28654

16800

1,7:1

Танки и САУ (штурмовые орудия)

2015

2200

1:1,1

Самолеты боевые

2600

1460

1,8:1

{*1} Без учета зенитных орудий, 50-мм минометов и реактивных установок.

Характерным здесь было как раз то, что наступление начиналось при отсутствии существенного общего превосходства в силах над противником.

Начало стратегическому наступлению на Правобережной Украине и в целом новой кампании Вооруженных Сил СССР положила Житомирско-Бердичевская операция 1-го Украинского фронта. 24 декабря его войска перешли в наступление против угрожавшей Киеву 4-й танковой армии. Главный удар в общем направлении Бердичев, Жмеринка наносили три общевойсковые и две танковые армии. Наступление явилось полной неожиданностью для противника, который не предполагал, что советские войска сумеют в ходе почти беспрерывных боев за короткий срок подготовить удар такой силы. Внезапность удара способствовала его успеху. Общевойсковые армии — 1-я гвардейская генерала А. А. Гречко, 18-я генерала К. Н. Леселидзе и 38-я генерала К. С. Москаленко — при мощной поддержке артиллерии и основных сил 2-й воздушной армии генерала С. А. Красовского в первый же день наступления прорвали вражескую оборону. Введенные в прорыв танковые армии — 1-я под командованием генерала М. Е. Катукова и 3-я гвардейская под командованием генерала П. С. Рыбалко — стали быстро развивать успех.

25 — 28 декабря в наступление перешли остальные армии фронта. 13-я генерала Н. П. Пухова наносила удар на Сарны и Ровно, 60-я генерала И. Д. Черняховского — на Шепетовку, 40-я генерала Ф. Ф. Жмаченко и 27-я генерала С. Г. Трофименко — в общем направлении на Белую Церковь. В составе 40-й армии плечом к плечу с советскими войсками сражалась 1-я чехословацкая пехотная бригада под командованием генерала Л. Свободы. [66]

К 30 декабря войска 1-го Украинского фронта расширили прорыв вражеской обороны до 300 км по фронту и продвинулись до 100 км в глубину, завязав бои за Житомир, Бердичев, Белую Церковь. Была почти полностью очищена территория, захваченная противником ценой тяжелых потерь более чем за 10 дней ноябрьского контрнаступления на киевском направлении. К -северу от Житомира и к востоку от Казатина в обороне противника образовались глубокие бреши. Его 4-я танковая армия оказалась рассеченной на три части.

Крупный успех 1-го Украинского фронта заставил верховное главное командование вермахта по-иному оценивать обстановку и перспективы боевых действий на южном крыле восточного фронта. Надежды на возможность восстановления обороны по Днепру исчезли. Уже на четвертые сутки советского наступления Гитлер на совещании в ставке вынужден был заявить: «Самое большое, на что возможно рассчитывать (на юге. — Ред.), — стабилизация положения. Если нам удастся добиться этого, можно считать, что мы многое выиграли. Большего ожидать нельзя» {161}.

Для восстановления положения на фронте командующий группой армий «Юг» приказал сосредоточить 48-й танковый корпус в район Бердичев, Казатин и нанести контрудар во фланг главной группировке 1-го Украинского фронта. Но стремительными действиями советских войск корпус был разбит раньше, чем сумел сосредоточиться. За шесть дней боев противник потерял убитыми и ранеными до 40 тыс. человек. Советские войска уничтожили и захватили 670 танков и штурмовых орудий, более 1380 орудий и минометов, 38 складов боеприпасов, продовольствия и снаряжения. Особенно тяжелые потери понес враг на направлении главного удара. Командир 13-го армейского корпуса, отброшенного к Бердичеву, докладывал, что его соединения фактически не существует: в дивизиях на передовой осталось всего лишь по 150 — 300 человек, а пехоты в целом — не более чем на один полк, солдаты измотаны {162}.

Наиболее ожесточенные бои развернулись в районе крупного узла коммуникаций Житомира. Германское командование сосредоточило там до шести дивизий, в том числе две танковые. Чтобы ускорить разгром этой группировки, командующий фронтом осуществил одновременные удары с фронта и флангов. Соединения 1-й гвардейской армии атаковали противника с востока, 60-я армия обошла Житомир с северо-запада, а 18-я и 3-я танковая — с юго-востока. Стремясь избежать полного окружения, вражеские войска поспешно отходили. 31 декабря соединения 1-й гвардейской и 18-й армий освободили Житомир.

В надежде хотя бы замедлить стремительное советское наступление германское командование срочно подтягивало к участку прорыва резервы, осуществило реорганизацию управления войсками. Правофланговые соединения 4-й танковой армии, по существу отрезанные в каневском выступе от основных сил, 1 января были подчинены переброшенному из Апостолово в Умань управлению 1-й танковой армии, войска которой передавались управлению 6-й армии, а соединения последней составили 44-й отдельный корпус {163}.

Однако положение немецко-фашистских войск на этом направлении не улучшилось. 3 января советские войска овладели Новоград-Волынским, на другой день — Белой Церковью, а 5 января — Бердичевом. Разрыв, между центром 4-й танковой армии и войсками в каневском выступе к 4 января достиг 110 км. Сюда и повернуло командование 1-го Украинского фронта 1-ю танковую и 38-ю армии. Первая из них вместе [67] с 40-й и 27-й армиями должна была наступать в южном направлении на Христиновку и там соединиться с войсками 2-го Украинского фронта {164}, отрезав пути отхода противнику из каневского выступа.

10 — 11 января части 38-й, 1-й танковой и 40-й армий вышли на подступы к Виннице, Жмеринке, Христиновке, Умани и юго-восточнее Жашкова, глубоко охватили каневскую группировку противника с северо-запада. Германское командование, стремясь закрыть образовавшиеся бреши, перебрасывало против наступавших войск все новые и новые силы. С конца декабря и до 11 января из резерва группы армий «Юг», с других участков советско-германского фронта и из Германии прибыли 4 корпусных управления, 16 дивизий, крупные силы авиации. Сосредоточивались они главным образом на винницком, жмеринском и уманском направлениях. Следует отметить, что три из прибывших дивизий были взяты из группы армий «Север», против которой в это время готовилось наступление войск Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов. Кроме того, вопреки требованиям ноябрьской 1943 г. директивы об увеличении сил в Западной Европе для отражения ожидаемого вторжения англоамериканских войск враг оказался вынужденным по-прежнему перебрасывать оттуда соединения на советско-германский фронт.

Командование 1-го Украинского фронта, вскрыв сосредоточение крупных сил противника, также усиливало свои наступавшие войска. Это позволило поддерживать высокий темп наступления. 11 — 12 января противник сильными танковыми группировками при поддержке авиации нанес контрудары по флангам выдвинувшихся вперед соединений 40-й, 1-й танковой и 38-й армий из районов севернее Умани и восточнее Винницы, а с 14 января контрудары стали предприниматься по всему фронту. Советские войска, прекратив продвижение, сосредоточили главные усилия на отражении контрударов. Почти две недели длились ожесточенные бои. Большую помощь сухопутным войскам в срыве вражеских контрударов оказала 2-я воздушная армия, части и соединения которой наносили массированные удары по танковым группировкам противника, уничтожали его авиацию в воздухе. Они произвели 4200 самолето-вылетов, из них 2500 — против танковых войск {165}. Противник, продвинувшись на 25 — 30 км, большего добиться не сумел. Стойко обороняясь в центре, войска 1-го Украинского фронта по приказу Ставки готовили новые удары по врагу на флангах.

В ходе Житомирско-Бердичевской наступательной операции советские войска нанесли тяжелое поражение 4-й и 1-й танковым армиям, отбросив их на 80 — 200 км на запад и юго-запад. Только с 24 декабря 1943 г. по 6 января 1944 г. было уничтожено 72,5 тыс. германских солдат и офицеров, 1227 танков и штурмовых орудий, 1311 орудий и минометов, захвачено 4468 пленных, 246 танков и штурмовых орудий, 1087 орудий и минометов, 3246 автомашин {166}. Большие потери в живой силе и боевой технике противник понес и в последующие дни операции. Войска 1-го Украинского фронта еще глубже охватили с севера группу армий «Юг». Правым крылом они овладели Сарнами и вышли на подступы к Ровно и Шепетовке, перерезав основную рокадную железную дорогу противника Вильнюс — Одесса. Прямое железнодорожное сообщение между группами армий «Центр» и «Юг» было прервано, а главные силы последней оказались под угрозой потери путей, ведущих в Германию. Левофланговые армии фронта создали реальную возможность окружения вражеской группировки [68] в каневском выступе. Противник же почти полностью израсходовал резервы и для парирования последующих ударов Советской Армии был вынужден усилить переброску войск из Западной Европы, Венгрии, Румынии, Югославии.

Житомирско-Бердичевская операция характерна широким маневром танковых войск, которые смело использовали бреши в обороне противника для стремительного выхода на фланги и тылы крупных вражеских группировок, вынуждали их оставлять оборонительные рубежи, упреждали и срывали контрманевр. Четко взаимодействовала с танковыми войсками фронтовая авиация.

За умелые действия при разгроме врага, проявленные при этом мужество и героизм многие советские воины были удостоены высоких правительственных наград. Одними из первых в стране кавалерами вновь учрежденного полководческого ордена Богдана Хмельницкого I степени стали начальник штаба 1-го Украинского фронта генерал А. Н. Боголюбов, командующие армиями генералы А. А. Гречко, Ф. Ф. Жмаченко, М. Е. Катуков, С. А. Красовский, К. Н. Леселидзе, К. С. Москаленко, Н. П. Пухов и И. Д. Черняховский.

Как и на всем пути от Волги и предгорий Кавказа на запад, в освобожденных городах и селах Украины советские войска видели страшную картину разрушений, пепелища, следы бесчинств и злодеяний фашистов. В Житомирской области оккупанты убили и замучили более 220 тыс. человек гражданского населения и почти 102 тыс. военнопленных, около 60 тыс. человек угнали в Германию {167}, в небольшом городке Сарны и близлежащих селах Ровенской области расстреляли и замучили 13 тыс. жителей, разрушили и сожгли около 400 домов, разгромили медицинские учреждения и все школьные здания {168}.

Местное население приветствовало воинов-освободителей и оказывало им всемерную помощь. Многие вливались в ряды Советской Армии. Под руководством партийных, советских и хозяйственных органов трудящиеся стремились быстрее наладить в освобожденных городах и селах нормальную жизнь.

Достигнутые в Житомирско-Бердичевской операции успехи создавали новые возможности для развития наступления на других направлениях. В связи с существенными изменениями в обстановке потребовалось уточнить задачи войскам всех фронтов, действовавших на Правобережной Украине. Ставка Верховного Главнокомандования еще 29 декабря приняла решение о тесном взаимодействии 1-го и 2-го Украинских фронтов для разгрома противника в каневском выступе. До этого 2-й Украинский фронт готовил удар в южном направлении, на Березнеговатое, с целью разгромить совместно с 3-м и 4-м Украинскими фронтами никопольско-криворожскую группировку врага. Теперь ему было приказано перенести основные усилия с левого крыла в центр и не позднее 5 января нанести главный удар на Кировоград, Первомайск, вспомогательный — на Шполу, Христиновку с целью соединиться там с войсками 1-го Украинского фронта. Уточнялась также задача 3-го Украинского фронта. Он должен был, используя успех 1-го и 2-го Украинских фронтов, выдвинуться на Южный Буг. Задача 4-го Украинского фронта оставалась прежней: после ликвидации никопольского плацдарма врага совместно с Отдельной Приморской армией развернуть наступление в Крыму {169}. [69]

5 января 1944 г. войска 2-го Украинского фронта начали Кировоградскую операцию. К моменту наступления они уступали противостоявшей 8-й немецкой армии в танках и лишь незначительно превосходили ее по количеству людей и артиллерии. Тем не менее операция вначале развертывалась успешно. На главном направлении три общевойсковые и танковая армии, наносившие удары в обход Кировограда с северо-запада и юго-запада, прорвали оборону противника и к 10 января продвинулись до 50 км на запад. Был освобожден Кировоград — крупный областной центр Украины и важный узел коммуникаций. Но развить наступление на Первомайск не удалось. На вспомогательном направлении продвижение в сторону Шполы составило лишь 40 км. Немецко-фашистское командование, опасаясь глубокого охвата своей группировки, удерживавшей каневский выступ, с юга, срочно подтянуло сюда две танковые дивизии. Добившись большого превосходства в танках, противник сильными контратаками 10 января остановил советские войска на рубеже Смела, юго-западнее Кировограда.

И все же в результате Кировоградской операции положение врага значительно ухудшилось. После потери Кировограда устойчивость обороны 8-й немецкой армии нарушилась, а снабжение ее осложнилось. Войска 2-го Украинского фронта еще глубже охватили с юга каневскую группировку. Наступление на Кировоград, кроме того, задержало переброску двух танковых дивизий с юга в район Умани для контрудара по войскам 1-го Украинского фронта.

Войска 3-го и 4-го Украинских фронтов 10 — 11 января начали наступление против 6-й немецкой армии, оборонявшейся в районе Никополя и Кривого Рога. Из-за недостатка сил решительного успеха они не добились и вынуждены были временно остановиться для более тщательной подготовки операции.

К этому времени особо важное значение приобрели боевые действия на стыке 1-го и 2-го Украинских фронтов. Немецко-фашистское командование продолжало делать все возможное, чтобы удержать каневский выступ и не дать этим фронтам сомкнуть смежные фланги. Оно стягивало против них все новые и новые силы и создало на пути наступления к Христиновке мощные танковые заслоны. Крупная группировка в районе Канева и танковые кулаки западнее и южнее его связывали действия 1-го и 2-го Украинских фронтов, мешали их продвижению к Южному Бугу.

Ставка Верховного Главнокомандования в директиве от 12 января потребовала от командующих фронтами более решительных действий. Ставилась ближайшая задача: окружить и уничтожить группировку противника в звенигородско-мироновском (каневском) выступе путем наступления армий левого крыла 1-го и правого крыла 2-го Украинских фронтов по сходящимся направлениям на Шполу, тем самым создать возможность для развития удара и выхода на Южный Буг {170}. По сравнению с ранее поставленной задачей наступления на Христиновку глубина ударов обоих фронтов значительно сокращалась за счет смещения участков прорыва ближе к Днепру. Это позволяло миновать танковые заслоны, созданные противником севернее Умани и северо-западнее Кировограда, и облегчало окружение и разгром каневской группировки. В связи с необходимостью тщательной подготовки задуманной операции наступление войск на смежных флангах 1-го и 2-го Украинских фронтов временно приостанавливалось.

Таким образом, в середине января все Украинские фронты временно прекратили наступление, чтобы подготовить операции по разгрому [70] противника в каневском и никопольско-криворожском выступах. Одновременно Ставка приказала командованию 1-го Украинского фронта подготовить наступление на своем правом крыле с целью овладеть важными узлами дорог и выгодным районом для последующего удара с севера во фланг и тыл группе армий «Юг».

Небольшая пауза в действиях на юге не принесла передышки врагу: с середины января, как и было запланировано Ставкой ВГК, на него обрушились удары войск Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов. Не прекращались активные наступательные действия и на центральном направлении. На совещаниях германского главного командования по-прежнему шли мучительные поиски путей спасения от развала стратегической обороны на Востоке.

Советское Верховное Главнокомандование, готовя новые удары по врагу, пополняло действовавшие фронты людьми, боевой и транспортной техникой. В состав 1-го Украинского фронта были включены 47-я общевойсковая и 2-я танковая армии, механизированный и кавалерийский корпуса, с 22 января по 3 февраля фронт получил 400 танков Т-34 {171}. 3-му Украинскому фронту были переданы 37-я армия из 2-го Украинского, механизированный корпус из 4-го Украинского и стрелковый корпус из резерва Ставки.

В конце января в соответствии с указаниями Ставки почти одновременно начались подготовленные командованием фронтов в короткие сроки три объединенные общим замыслом наступательные операции: Корсунь-Шевченковская на смежных флангах 1-го и 2-го Украинских фронтов, Ровно-Луцкая на правом крыле 1-го Украинского фронта и Никопольско-Криворожская, проводимая силами 3-го и 4-го Украинских фронтов.

К началу Корсунь-Шевченковской операции в каневском выступе оборонялась сильная немецко-фашистская группировка, включавшая девять пехотных, одну танковую дивизии и моторизованную бригаду с многочисленными средствами усиления из состава 1-й танковой и 8-й армий {172}. Готовясь к упорной обороне, противник тщательно укреплял свои позиции. И все же у основания выступа, где фронт стабилизировался только в середине января, ему не удалось завершить оборонительные работы.

Войска 1-го и 2-го Украинских фронтов готовились к наступлению в очень сложной обстановке, особенно на 1-м Украинском фронте, который отражал контрудары противника восточнее Винницы и в то же время готовил две наступательные операции на обоих крыльях. Для создания ударных группировок требовалось в условиях распутицы в короткие сроки провести значительные переброски войск, подвезти боеприпасы, горючее, продовольствие. Благодаря огромной организаторской работе командования фронтов, политорганов, служб тыла и самоотверженности всего личного состава трудности были преодолены. К участию в операции привлекались пять общевойсковых (27 стрелковых дивизий), две танковые армии (четыре танковых и один механизированный корпуса), один кавалерийский корпус. Это обеспечивало превосходство над противником по пехоте в 1,7 раза, по орудиям и минометам в 2,4, танкам и САУ в 2,6 раза. Однако в авиации некоторое преимущество было на стороне противника: 2-я и 5-я воздушные армии насчитывали 768 боевых самолетов, а враг сосредоточил там около тысячи.

Исходя из общего замысла операции, командующий войсками 1-го Украинского фронта создал ударную группировку у основания каневского выступа. В ее состав вошли 6-я танковая армия и часть сил 40-й и 27-й армий. Войска 2-го Украинского фронта по решению командующего [71] главный удар нанесли также под основание выступа смежными флангами 4-й гвардейской и 53-й армий и 5-й гвардейской танковой армией {173}.

24 января в наступление перешли войска 2-го Украинского фронта, а двумя днями позже — 1-го Украинского. Прорвав оборону противника, ударные группировки фронтов устремились навстречу друг другу. Впереди на острие клина 2-го Украинского фронта стремительно продвигалась 5-я гвардейская танковая армия генерала П. А. Ротмистрова, за ней, расширяя прорыв, — 4-я гвардейская армия генерала А. И. Рыжова (с 3 февраля армией стал командовать генерал И. К. Смирнов) и 53-я армия генерала И. В. Галанина. На 1-м Украинском фронте 6-я танковая армия генерала А. Г. Кравченко совместно с соединениями 40-й и 27-й армий прорвала недостаточно подготовленную здесь оборону противника, а затем вырвалась вперед, развивая успех.

Командование группы армий «Юг» сразу начало перебрасывать к участкам прорыва имевшиеся поблизости танковые дивизии. С 27 января противник предпринял яростные контратаки на флангах наступавших советских войск, пытаясь отрезать вырвавшиеся вперед подвижные соединения 5-й гвардейской и 6-й танковых армий от основных сил и ликвидировать прорыв. Однако командование 1-го и 2-го Украинских фронтов, быстро подтянув к флангам артиллерийские и танковые части и соединения, при поддержке авиации отбило контратаки противника. Ударные группировки обоих фронтов продолжали наступление и 28 января соединились в районе Звенигородки, отрезав пути отхода фашистским войскам, которые оборонялись внутри каневского выступа.

Окружение советскими войсками в районе Корсунь-Шевченковского большой группировки противника заставило германское командование прекратить контрудары восточнее Винницы и севернее Умани, а все танковые дивизии бросить для спасения окруженных войск. Предвидя этот маневр противника, командование 1-го и 2-го Украинских фронтов приняло меры для быстрейшего создания устойчивого внешнего фронта окружения, способного выдержать массированные танковые удары. Были использованы прежде всего усиленные стрелковыми соединениями, противотанковой артиллерией и инженерно-саперными частями танковые армии обоих фронтов. Быстро завершив окружение, к 3 февраля они создали сплошной внешний фронт окружения и приняли на себя основную тяжесть отражения контрударов. Одновременно общевойсковые армии образовали сплошной внутренний фронт окружения. Авиация фронтов, поддерживая наступление, с 29 января по 3 февраля совершила 2800 боевых вылетов, в то время как вражеская вдвое меньше. В 120 воздушных боях было уничтожено 130 самолетов противника {174}.

После завершения окружения задачи воздушных армий четко разграничивались: 2-я армия вместе с 10-м истребительным авиационным корпусом ПВО страны осуществляла воздушную блокаду группировки, а 5-я (командующий генерал С. К. Горюнов) поддерживала войска на внешнем фронте окружения. Авиация и зенитная артиллерия не позволили противнику перекинуть к окруженной группировке «воздушный мост». В ходе ее разгрома в боях и на аэродромах было уничтожено 457 фашистских самолетов {175}. [72]

В окружении оказались управления 11-го и 42-го армейских корпусов, семь пехотных и одна танковая дивизии, моторизованная бригада, отдельные части еще одной пехотной дивизии, а также части и подразделения усиления {176}. Командование группы армий «Юг», имея вблизи внешнего фронта окружения большое количество танковых дивизий, рассчитывало не только деблокировать свои войска, но и ударами 1-й танковой армии с запада, а 8-й армии с юга окружить и уничтожить советские войска, прорвавшиеся в район Звенигородки {177}. Однако противник не сумел быстро сосредоточить предназначенные для этого силы. Танковая группировка 8-й армии начала наносить контрудары по войскам 2-го Украинского фронта с 1 февраля, а ударную группировку в полосе 1-й танковой армии противнику удалось собрать только к 11 февраля.

Размах и напряженность сражения на внешнем фронте окружения непрерывно нарастали. Если 28 января на флангах советских войск, завершивших окружение, противник имел три танковые и три пехотные дивизии, то к 11 февраля перед внешним фронтом было уже восемь танковых и шесть пехотных дивизий {178}. Силы, сосредоточенные там, по своему составу значительно превысили ту группировку, против которой велось наступление в начале операции. Для парирования ударов врага советское командование в ходе сражений перегруппировало на внешний фронт окружения 2-ю танковую армию, несколько стрелковых дивизий и крупные силы артиллерии. Вследствие этого значение операции, которая вначале имела целью обеспечить свободу действий смежных флангов фронтов при их продвижении к Южному Бугу, неизмеримо возросло. От ее исхода теперь во многом зависел ход битвы за Правобережную Украину.

Отражая контрудары противника на внешнем фронте, войска 1-го и 2-го Украинских фронтов продолжали бои по ликвидации окруженной группировки. Военный совет 1-го Украинского фронта в обращении к войскам потребовал в короткий срок разгромить оказавшегося в котле противника. Партийно-политическая работа в частях и соединениях, действовавших на внешнем фронте окружения, направлялась на обеспечение стойкости при отражении контрударов врага, а в войсках, наступавших на внутреннем фронте, — на поддержание наступательного порыва, беспрерывности и активности боевых действий по ликвидации окруженных войск. Большой подъем среди личного состава вызвало известие о присвоении почетного наименования Звенигородских соединениям и частям, отличившимся при окружении противника. В связи с годовщиной ликвидации окруженного врага под Сталинградом в частях состоялись митинги, участники битвы на Волге рассказывали о мужестве советских воинов в тех сражениях, о своем опыте, призывали с честью выполнить боевую задачу. Чтобы избежать напрасного кровопролития, в расположение окруженных войск забрасывались листовки, в которых раскрывалось истинное положение дел на фронте, содержались призывы сдаваться в плен. По громкоговорящим установкам передавались выступления немецких антифашистов, членов Национального комитета «Свободная Германия». В войска противника направлялись для агитации солдаты, перешедшие в ходе боев на сторону Советской Армии. Эта работа подрывала [73] моральное состояние вражеских войск, участились случаи добровольной сдачи немецких солдат в плен.

8 февраля советское командование предъявило окруженным войскам ультиматум о капитуляции, в котором всем офицерам и солдатам, прекратившим сопротивление, гарантировалась жизнь и безопасность, а после окончания войны — возвращение в Германию или в любую другую страну по желанию военнопленного. В нем говорилось также, что всем сдавшимся будут сохранены военная форма, знаки различия, ордена, личная собственность и ценности, а старшим офицерам и холодное оружие, раненым и больным будет оказана медицинская помощь. В случае отклонения ультиматума ответственность за уничтожение окруженных войск возлагалась на их командование.

Фашистское командование отклонило ультиматум. После этого советские войска усилили атаки. К 11 февраля немецкие части, сжатые к центру котла, удерживали территорию размером около 35 X 22 км и были почти полностью лишены снабжения.

Командование группы армий «Юг» 11 февраля предприняло решающее наступление на внешнем фронте окружения. 1-я танковая армия четырьмя танковыми дивизиями нанесла удар из района западнее Ризино на Лысянку. Одновременно от Ерки также в направлении Лысянки силами до четырех танковых дивизий повела наступление 8-я армия. Навстречу им пошла на прорыв окруженная группировка. Советские войска отразили атаку с еркинского направления. Но к Лысянке удалось прорваться соединениям 1-й танковой армии. В свою очередь окруженный противник в ночь на 12 февраля пробился в Шендеровку. Расстояние между этими рвущимися навстречу друг другу группировками сократилось до 10 — 12 км. Однако оно стало непреодолимым для вражеских танков. К месту прорыва были быстро перегруппированы главные силы 2-й и 5-й гвардейской танковых армий, несколько стрелковых дивизий и противотанковая артиллерия. Лысянка и Шендеровка подверглись сильным ударам с воздуха. Противник нес огромные потери и уже днем 12 февраля вынужден был отказаться от попыток соединиться с окруженными войсками. Советское командование выиграло состязание с командованием врага в искусстве маневра войсками, что в конечном счете и определило исход Корсунь-Шевченковской операции.

При описании этих сражений Манштейн и другие гитлеровские генералы, а вслед за ними и некоторые современные буржуазные историки поражение германских войск объясняют тем, что их танки не могли продвинуться из-за непролазной грязи {179}. Но они почему-то умалчивают, что контрманевр советские войска осуществляли в тех же условиях, когда даже тракторы и танки, используемые для доставки боеприпасов и горючего, застревали на дорогах. Подвозимые в войска материальные средства часто приходилось перегружать с автомобильного транспорта на гужевой. Солдаты тащили на себе орудия, переносили вручную снаряды. В такой обстановке со всей убедительностью проявились непревзойденные морально-боевые качества — упорство, выдержка, выносливость, изобретательность советских воинов, их умение преодолевать любые трудности. Местное население предоставило войскам 1-го и 2-го Украинских фронтов конные и воловьи упряжки, помогало вручную переносить грузы, особенно боеприпасы.

Для снабжения войск, в первую очередь танковых армий, широко привлекалась авиация, совершившая в труднейших погодных условиях около 1200 самолето-вылетов. Например, только 326-я ночная бомбардировочная дивизия 2-й воздушной армии, принимая самолеты днем [74] и ночью, в дождь и снег, перебросила для 2-й и 6-й танковых армий с 8 по 16 февраля 49 тонн горючего и до 65 тонн боеприпасов {180}.

Если на 1-м и 2-м Украинских фронтах было организовано удовлетворительное снабжение войск, то немецко-фашистское командование этого сделать не смогло. Прорвавшаяся к Лысянке танковая группировка иногда совсем не получала боеприпасов, горючего и продовольствия.

Чтобы быстрее завершить полный разгром остатков вражеских войск, советское командование, остановив ударные группировки противника на внешнем фронте, перегруппировало часть сил на внутренний фронт окружения. Для удобства управления Ставка Верховного Главнокомандования 12 февраля возложила руководство всеми войсками, действовавшими на внутреннем фронте, на генерала И. С. Конева, а ответственность за координацию действий 1-го и 2-го Украинских фронтов на внешнем фронте — на Маршала Советского Союза Г. К. Жукова.

Командование группы армий «Юг», понимая безвыходность положения окруженных войск, разрешило им бросить автотранспорт, тяжелое вооружение, всю боевую технику, кроме танков, и собственными силами пробиваться к Лысянке. Охваченные отчаянием, они в ночь на 17 февраля под прикрытием темноты и снежной метели тремя колоннами без единого выстрела пошли на прорыв. Советское командование быстро стянуло туда танки и артиллерию, для удара с воздуха привлекло 312-ю ночную бомбардировочную дивизию. Под ураганным огнем колонны врага рассыпались, части перемешались. С рассветом пехота и конница завершили разгром вражеской группировки. Всего в окружении противник потерял 55 тыс. человек убитыми, более 18 тыс. пленными {181}, большое количество боевой техники.

Лишь небольшие группы германских солдат и офицеров сумели спастись и выйти в район Лысянки, они были полностью деморализованы. Отмечая потерю их боеспособности, командование 1-й танковой армии докладывало: «Следует... принять во внимание, что эти войска, находившиеся в окружении с 28 января, сознательно или несознательно видели перед собой участь Сталинграда». И далее оно делало вывод, что лишь немногие могут выдержать подобное испытание более одного раза {182}.

Завершив ликвидацию окруженной группировки, советские войска перенесли усилия на внешний фронт и разгромили германские танковые дивизии, прорвавшиеся в район Лысянки, восстановив там временно утраченное положение.

Результаты Корсунь-Шевченковской операции далеко превзошли ее первоначальные цели. Сражения развернулись на участке, не превышавшем одной девятой общей протяженности фронта на Правобережной Украине, а приковали к себе до половины всех танковых и более двух третей воздушных сил, которыми располагали обе стороны южнее Припяти. Войска двух Украинских фронтов не только окружили и уничтожили крупную группировку врага, угрожавшую их смежным флангам, и ликвидировали каневский выступ, но и нанесли поражение еще 15 дивизиям, в том числе 8 танковым. Тяжелые потери, особенно бронетанковой техники, существенно ослабили силы противника. Сокращение общей линии фронта в связи с ликвидацией каневского выступа позволяло за счет высвободившихся войск создать новые ударные группировки. Возросли возможности для маневра силами и средствами, так как теперь в распоряжении советских войск находилась рокадная железная дорога Фастов — Днепропетровск. Создались, таким образом, благоприятные условия для продолжения наступления. [75]

В ходе Корсунь-Шевченковской операции советские войска продемонстрировали высокое искусство маневра, осуществленного в сжатые сроки в трудных условиях. На внешний фронт были перегруппированы 2-я танковая армия, до 13 стрелковых дивизий, большое количество артиллерийских и инженерных частей и соединений. Двумя танковыми корпусами, двумя стрелковыми дивизиями и крупными силами артиллерии был пополнен в нужный момент и внутренний фронт. О творческом характере и новаторстве советского военного искусства свидетельствует использование для организации обороны на внешнем фронте окружения танковых армий, принявших на себя основную тяжесть контрударов противника. Высокой активностью отличались действия советской авиации. Несмотря на неблагоприятные погодные условия и плохое состояние грунтовых аэродромов, 2-я и 5-я воздушные армии и 10-й истребительный авиационный корпус ПВО страны совершили 11 300 самолето-вылетов, в то время как противник — только 5906.

В ознаменование побед 1-го и 2-го Украинских фронтов 18 февраля Москва от имени Родины салютовала 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. Войска, участвовавшие в разгроме вражеской группировки, получили благодарность; тысячи советских воинов были награждены орденами и медалями, десятки наиболее отличившихся — удостоены звания Героя Советского Союза. За умелое руководство войсками генералу армии И. С. Коневу было присвоено высшее воинское звание Маршала Советского Союза, маршалу авиации А. А. Новикову — главного маршала авиации, а генерал-полковнику П. А. Ротмистрову — маршала бронетанковых войск.

Одновременно с разгромом корсунь-шевченковской вражеской группировки 1-й Украинский фронт осуществил правым крылом Ровно-Луцкую операцию с целью овладеть районом Ровно, Луцк, Шепетовка и занять выгодный рубеж для последующего удара с севера во фланг и тыл группы армий «Юг». Главный удар из района западнее Сарн на Ровно и Луцк наносила 13-я армия, а вспомогательный на Шепетовку — частью сил 60-я армия.

Обе армии имели в своем составе 19 стрелковых дивизий, 2 кавалерийских и 2 танковых корпуса. В них в общей сложности было 2811 орудий полевой артиллерии и минометов калибра 76 мм и выше, 140 танков и самоходно-артиллерийских установок. 13-й и 60-й армиям противостояли шесть пехотных и четыре танковые дивизии 4-й немецкой танковой армии, имевшие до 900 орудий и минометов калибра от 75 мм и выше, 249 танков и штурмовых орудий. Советские войска обладали здесь полуторным превосходством в пехоте и более чем трехкратным в артиллерии. По танкам преимущество было на стороне врага {183}.

Операция осуществлялась в условиях труднодоступной лесисто-болотистой местности, на ряде участков не проходимой для войск. Распутица и половодье еще больше затрудняли наступательные действия. Но эти-то условия командование фронта умело использовало для достижения успеха. Противник считал невозможным наступление больших сил на данном участке фронта и не имел здесь достаточно войск, чтобы организовать сплошной фронт обороны. Только основные дороги перехватывались его отдельными опорными пунктами. Взвесив это, командование фронта основную ставку в развитии наступления сделало на два гвардейских кавалерийских корпуса, поддерживаемых авиацией. Расчет строился на внезапности наступления и применении обходного маневра. Принималась во внимание также помощь взаимодействовавших с войсками партизан. [76]

Ровно-Луцкая операция началась 27 января. В первый же день наступления войска 13-й армии преодолели слабую оборону противника, а кавалерийские корпуса скрытно по бездорожью проникли в его тыл. Пройдя при содействии партизан более 100 км лесными тропами и болотами, кавалеристы 2 февраля внезапным ударом овладели Луцком и Ровно. 60-я армия в районе Шепетовки встретила упорное сопротивление. Этот важный узел железных дорог противник сильно укрепил, для его обороны дополнительно сосредоточил танковую дивизию. Поэтому бои за город носили ожесточенный характер. Только 11 февраля 60-я армия овладела Шепетовкой. С выходом 60-й и 13-й армий на рубеж Маневичи, Луцк, Шепетовка цель операции была в основном достигнута.

Войска правого крыла 1-го Украинского фронта нанесли тяжелое поражение противнику и еще глубже охватили северный фланг группы армий «Юг». Выйдя из лесисто-болотистого района, они заняли выгодные позиции для удара в южном направлении во фланг и тыл этой стратегической группировке немецко-фашистских войск. Одновременно создавались возможности для развития наступления в сторону Ковеля. Отбитые у врага крупные узлы шоссейных и железных дорог — Ровно, Здолбунов, Шепетовка — улучшили условия маневра силами и имели большое значение для снабжения войск при организации дальнейшего наступления. В предвидении развития активных действий на ковельском направлении Ставка Верховного Главнокомандования 17 февраля приняла решение о создании на стыке Белорусского и 1-го Украинского фронтов нового — 2-го Белорусского фронта {184}.

Важным звеном зимнего наступления на Правобережной Украине была Никопольско-Криворожская операция, осуществленная силами 3-го и 4-го Украинских фронтов с 30 января по 29 февраля. Для ее проведения привлекалось 47 стрелковых дивизий, танковый, кавалерийский и два механизированных корпуса (705 тыс. человек, 7796 орудий и минометов калибра 76 мм и выше, 238 танков и самоходных орудий). Действия наземных войск поддерживали 1333 самолета двух воздушных армий. Оборонявшаяся в этом районе 6-я немецкая армия под командованием генерала К. Холлидта имела 17 пехотных, 2 танковые и механизированную дивизии, танковый батальон и 8 дивизионов штурмовых орудий (540 тыс. человек, 2416 орудий и минометов калибра от 75 мм и выше, 327 танков и штурмовых орудий). Для обеспечения с воздуха этой группировки привлекалось до 700 самолетов 4-го воздушного флота. Таким образом, советские войска имели незначительное превосходство над противником в людях, более чем тройное в артиллерии, двойное в авиации, а в танках в 1,4 раза уступали ему {185}.

Чтобы отвлечь силы врага с направления главного удара, операция началась наступлением 37-й армии генерала М. Н. Шарохина и 6-й армии генерала И. Т. Шлемина, действовавших на противоположных флангах 3-го Украинского фронта. На следующий день из района западнее Новониколаевки в общем направлении на Апостолово нанесли главный удар 46-я армия генерала В. В. Глаголева и 8-я гвардейская армия генерала В. И. Чуйкова, имея задачу выйти к Днепру в тыл никопольского плацдарма противника. Навстречу им с юго-востока наступали 3-я гвардейская армия генерала Д. Д. Лелюшенко, 5-я ударная армия генерала В. Д. Цветаева и 28-я армия генерала А. А. Гречкина 4-го Украинского фронта. Наступление сухопутных войск поддерживали 17-я и 8-я воздушные армии, которыми командовали генералы В. А. Судец и Т. Т. Хрюкин. [77]

Вспомогательный удар 37-й армии в направлении Кривого Рога враг принял за наступление главных сил и ввел в бой против нее две танковые дивизии. Это значительно облегчило наступление на главном направлении, на что и рассчитывало командование 3-го Украинского фронта. Поняв ошибку, командование 6-й немецкой армии перебросило обе танковые дивизии против главной группировки фронта, когда та уже прорвала вражескую оборону. Туда же командующему группой армий «Юг» пришлось повернуть с полпути 24-ю танковую дивизию, направленную ранее на усиление войск 8-й армии, сосредоточиваемых для деблокирования корсунь-шевченковской группировки.

Запоздалые контратаки танковых дивизий противника не смогли остановить продвижения войск 3-го Украинского фронта, которые в условиях распутицы, преодолевая упорное сопротивление врага, к 5 февраля продвинулись на 45 — 60 км и овладели железнодорожным узлом Апостолово. 6-я немецкая армия оказалась рассеченной на две части. Ее соединениям в районе Марганец, Никополь угрожало окружение, и противник стал поспешно отводить их на юго-запад вдоль правого берега Днепра. 8 февраля 4-й Украинский фронт полностью очистил от врага никопольский плацдарм и совместно с 3-м Украинским фронтом освободил Никополь. Первыми форсировали Днепр и ворвались в город гвардейцы мотострелкового батальона 5-й гвардейской отдельной мотострелковой бригады 3-й гвардейской армии. Коммунистам командиру батальона майору Г.М. Надежкину, сержантам Н.М. Мартынову, А. И. Свечкареву, К. Н. Хохлову, И. И. Мирошниченко и беспартийному рядовому А. Е. Михайличенко за храбрость, находчивость и доблестное выполнение боевой задачи было присвоено звание Героя Советского Союза.

11 февраля противник нанес сильный контрудар с востока и юго-востока на Апостолово, чтобы остановить наступавшие войска и удержать коридор, который оставался вдоль правого берега Днепра для отхода разбитых под Никополем и Марганцем дивизий. Врагу удалось задержать продвижение советских войск к Днепру, однако отходившие от Никополя соединения понесли большие потери в людях и в боевой технике. Почти все тяжелое вооружение и автотранспорт были ими брошены или разбиты советской артиллерией и авиацией. К. Типпельскирх приравнял это поражение к корсунь-шевченковской катастрофе. «Тяжелым поражением, не на много уступавшим по своим масштабам катастрофе 8-й армии, — писал он, — ознаменовалось начало февраля... когда удерживаемый немецкими войсками выступ в районе Никополя подвергся ударам русских войск с севера и с юга... Немецким дивизиям... лишь ценою очень тяжелых потерь удалось отступить в район южнее Кривого Рога» {186}.

17 февраля 3-й Украинский фронт, подтянув артиллерию и накопив необходимые запасы боеприпасов и горючего, возобновил наступление на криворожском направлении. Через пять дней он овладел важным промышленным центром и узлом дорог Кривым Рогом, а к 29 февраля правым крылом и центром выдвинулся к реке Ингулец. Захватив с ходу плацдармы на его западном берегу, войска фронта заняли выгодные позиции для последующих ударов по врагу в направлении Николаева и Одессы.

В результате Никопольско-Криворожской операции было разгромлено 12 дивизий противника, в том числе три танковые и одна моторизованная. Ликвидировав никопольский плацдарм и отбросив врага из запорожской излучины Днепра, советские войска лишили германское командование последней надежды на восстановление связи по суше с блокированной [78] в Крыму 17-й армией. Значительное сокращение линии фронта позволило советскому командованию высвободить силы для овладения Крымским полуостровом.

В наступательных операциях зимой 1943/44 г. личный состав Украинских фронтов вновь проявил высокие морально-политические качества, мастерство, находчивость, изобретательность в выполнении боевых задач и преодолении трудностей, вызванных сложными погодными условиями и распутицей. Командиры и политорганы вели непрерывную и целеустремленную партийно-политическую работу, разъясняли воинам значение проводимых операций в освобождении советской земли от немецко-фашистских захватчиков, конкретные задачи частей и подразделений. Коммунисты своим личным примером, самоотверженностью воодушевляли воинов на подвиги. Многие стремились связать свою судьбу с Коммунистической партией. В январе — феврале партийные организации Украинских фронтов приняли в члены партии 38 660 человек, кандидатами в члены ВКП(б) — 48 672 человека {187}. Большой приток передовых бойцов и командиров в ряды Коммунистической партии свидетельствует об огромном авторитете партии и пламенном патриотизме воинов. Они понимали, что стать членом партии в действующей армии значило идти первым в атаку, выполнять самые ответственные задания. И тысячи воинов, вступая в ряды коммунистов, тем самым добровольно принимали на себя такие высокие обязательства.

В ходе двухмесячного зимнего наступления войск Украинских фронтов резко изменилась обстановка на южном крыле советско-германского фронта. Последовательными и одновременными ударами была взломана вражеская оборона от Припяти до нижнего течения Днепра, разбиты наиболее крупные группировки противника и полностью сорваны оборонительные планы немецко-фашистского командования на юге. Невосполнимые потери понес враг в людях и боевой технике. В конце января 1944 г. главное командование сухопутных войск Германии отмечало, что количество утерянных и взорванных орудий за последнее время настолько возросло, что это чувствительно отражается на обороноспособности войск. Тяжелые поражения, усталость от непрерывных боев существенно сказались и на моральном состоянии фашистских войск. Увеличилось число дезертиров и перебежчиков, участились случаи членовредительства.

В результате зимнего наступления советские войска ликвидировали выступы в линии фронта, вдававшиеся на восток, устранили угрозу флангам и, выдвинувшись на линию Луцк, Шепетовка, Звенигородка, Кировоград, Кривой Рог, Каховка, заняли выгодное оперативное положение для нанесения глубоких рассекающих ударов и выхода на фланги основных группировок противника. Овладев крупными узлами железных дорог, советские войска получили возможность использовать важнейшие коммуникации и значительно улучшили условия маневра и снабжения. Была создана благоприятная обстановка для дальнейшего развития наступления с целью завершить освобождение Украины и выйти на государственную границу СССР.

Было завершено освобождение Киевской, Днепропетровской, Запорожской областей, очищена от врага вся Житомирская, почти полностью Ровенская и Кировоградская области, ряд районов Винницкой, Николаевской, Каменец-Подольской и Волынской областей. Отступая под ударами советских войск, фашистские оккупанты сжигали города и села, уничтожали промышленные предприятия, затопляли шахты. Но там, где, казалось, было погублено все, быстро возрождалась жизнь. Жители городов [79] и сел выходили из подвалов, погребов и землянок, возвращались из партизанских отрядов и горячо брались за работу. Освобожденные города, села, рудники, заводы, колхозы и совхозы Правобережной Украины вставали из руин и пепла, включались в общий трудовой ритм страны, в борьбу за полное изгнание немецко-фашистских захватчиков и их пособников из пределов социалистической Родины, за окончательную победу над врагом.

Оглавление. Крушение оборонительной стратегии фашистского блока

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.