Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Планы и мероприятия Германии по укреплению обороны в Западной Европе в 1943 г.

Обстановка в Западной Европе в конце 1943 г. определялась происшедшим коренным переломом в ходе второй мировой войны и характеризовалась дальнейшим ухудшением политического и стратегического положения фашистского блока. Верховное главное командование вермахта, пытаясь остановить стремительное наступление Советской Армии, вынуждено было направлять на восточный фронт наиболее боеспособные дивизии с Запада, вновь сформированные соединения, большое количество боевой техники, вооружения. Поэтому оно не располагало силами и средствами для создания мощной противодесантной обороны в районах вероятного вторжения американо-английских войск.

Позиции Германии значительно ослабляло и антифашистское освободительное движение в оккупированных странах. Борьба с силами Сопротивления привлекала значительное количество войск Германии и ее сателлитов. «...Возникновение обширных повстанческих областей, — отмечалось в дневнике ОКБ, — таило в себе большую опасность для ведения войны в целом, хотя бы из-за возможности взаимодействия повстанцев с противником» {559}.

Ленинградцы - фронту во время Великой Отечественной
Ленинградцы - фронту во время Великой Отечественной

Стратегические позиции Германии на юге Европы стали намного слабее в связи с капитуляцией Италии. Итальянские сухопутные войска и ВВС на Апеннинском полуострове, а также в Южной Франции, Югославии, Албании и Греции германскому командованию пришлось разоружить и заменить своими частями и соединениями. Лишившись поддержки итальянского флота, Германия могла противопоставить объединенному флоту США и Англии на Средиземном море слабые надводные силы и небольшое количество подводных лодок.

На Атлантике командование вермахта из-за больших потерь подводных лодок взяло курс на ограниченное их применение на морских коммуникациях западных союзников. Активные действия предусматривались только на случай отражения морского десанта союзников {560}. Это создавало благоприятные условия для переброски морем и сосредоточения американских воинских контингентов на территории Англии.

Направив основные силы на советско-германский фронт, верховное главное командование вермахта для удержания обширных территорий [236] захваченных европейских стран располагало относительно ограниченными силами. В начале ноября 1943 г. на Западе численность соединений и частей действующей армии Германии, предназначенных для обороны побережья, а также несения оккупационной службы и борьбы с освободительным движением народов оккупированных стран, составляла: в Норвегии (протяженность побережья 2500 км) — 380 тыс. человек, в Дании (около 700 км) — 106 тыс., в Голландии, Бельгии и Франции (2600 км) — 1 370 тыс., в Италии (побережье около 1600 км и сухопутный фронт около 150 км) — 400 тыс. и на юго-востоке Европы (побережье, включая острова Крит и Родос, 4200 км) — 612 тыс. {561}. Даже на наиболее угрожаемом направлении — Западно-Европейском театре военных действий — немецко-фашистское командование не имело крупных сил. Находившиеся в Бельгии и Франции группа армий «Д», в Голландии 88-й отдельный корпус в конце 1943 г. насчитывали только 47 германских дивизий, не отличавшихся высокой боеспособностью.

«...Восточный фронт, — отмечал бывший начальник оперативного отдела штаба этой группы армий генерал Б. Циммерман, — настойчиво выкачивал из немецких армий, находившихся на Западе, всю боеспособную живую силу и боевую технику» {562}. Гитлер вынужден был признать, что на Западе, как правило, оставались только учебные дивизии, а танковые направлялись сюда лишь для перекомплектования {563}. На море германский флот значительно уступал союзническому. Командование вермахта располагало весьма слабыми силами и для ударов с воздуха. Осенью 1943 г. 3-й воздушный флот, дислоцированный во Франции, Бельгии и Голландии, насчитывал 300 — 400 боеспособных бомбардировщиков и 160 — 200 истребителей {564}.

Ставка вермахта требовала от вооруженных сил во что бы то ни стало удерживать оккупированные страны Западной и Юго-Восточной Европы, упорно оборонять всю территорию, которая была захвачена «в результате походов предыдущих лет, включая расположенные перед этой территорией острова и участки континента, даже самые отдаленные и труднодо++ {565}++

Удержанию всех оккупированных стран гитлеровское руководство придавало большое экономическое и стратегическое значение. Оно стремилось сохранить в своих руках важные источники сырья, продовольствия и рабочей силы, использовать военно-экономический потенциал европейских стран для продолжения войны, за их счет преодолеть все увеличивавшиеся трудности в военной экономике Германии. Противник учитывал, что на Балканы приходилось 50 процентов общей европейской добычи нефти, 100 — хромовой руды, 60 — бокситов, 29 — сурьмы, 21 — меди. Финляндия давала 32 процента общеевропейской добычи никеля. Через Норвегию в Германию ввозилась шведская руда (22 процента общеевропейской добычи) {566}. Развитая промышленность и сырьевые ресурсы Франции, Бельгии, Голландии и Северной Италии использовались для производства вооружения, боеприпасов, автотранспортных средств и снаряжения. Германской промышленности, а также для строительства укреплений на восточном фронте и Атлантическом побережье необходимы были людские ресурсы оккупированных стран. Кроме того, государства Западной Европы являлись удобными районами подготовки резервов для восточного фронта. [237]

Удержание занимаемых позиций ОКВ считало важным и потому, что они наилучшим образом обеспечивали ведение военных действий на морях и в воздухе. Наблюдательные пункты и аэродромы, оборудованные на полуостровах и островах, позволяли немецко-фашистской авиации своевременно обнаруживать противника и наносить по нему удары. Германский флот, прежде всего подводные лодки, использовал удобные базы, оборудованные в прибрежных водах на всем протяжении Европейского материка. «Сдача отдельных островов и участков побережья противнику привела бы при превосходстве его на море, — по мнению германского морского главнокомандования, — к серьезным осложнениям ведения морской войны ВМС Германии и к нарушению коммуникаций» {567}.

Оценивая ожидаемые действия американо-английских войск, штаб оперативного руководства ОКВ полагал, что они путем ряда операций в различных районах Европы постараются вынудить Германию распылить силы, чтобы затем нанести решающий удар через Ла-Манш {568}. Наиболее вероятным районом вторжения американо-английских войск ОКВ считало побережье пролива Па-де-Кале, во всяком случае севернее реки Сомма, поскольку там самый короткий путь через пролив и оттуда открывается прямая дорога к Рурскому бассейну — экономическому сердцу Германии. Верховное главное командование вермахта предполагало, что высадка в Нормандии явится лишь отвлекающим маневром, за которым последует основная операция. Допускалась возможность высадки морских десантов второстепенного значения на побережье Бискайского залива, юге Франции, Балканах и островах Эгейского моря; ожидалось наступление в Италии.

Германское главное командование придавало важное значение удержанию Северной Италии и Балкан. Бывший начальник штаба ОКВ В. Кейтель после войны заявил, что «решающим соображением в вопросе сохранения Северной Италии явилось наличие наших войск в Югославии; покуда немецкие войска продолжали оставаться в Югославии или находиться в движении из Югославии на северо-запад, мы не могли уйти из Италии, ибо тем самым обрекли бы их на гибель» {569}. Верховное главное командование вермахта в приказе от 4 октября 1943 г. потребовало от командующих группами армий «Ф» в Югославии и Албании, «Е» — в Греции и «Ц» — в Италии всеми силами оборонять Балканы и итальянский фронт. Важной задачей для групп армий «Ф» и «Е» оставалась борьба с освободительным движением, а группе армий «Ц» предписывалось удерживать Рим и сковать силы западных союзников в Италии, не позволяя им вторгнуться на Балканы {570}.

Главную опасность для Германии на западе ОКВ видело в ожидавшейся высадке американо-английских войск с Британских островов на территорию Северной Франции. В директиве ОКВ № 51 {571} от 3 ноября 1943 г. намечались широкие меры по укреплению обороны и подготовке к отражению возможного вторжения американо-английских войск на западе Европейского материка. По всем признакам, отмечалось в директиве, противник перейдет в наступление против германского западноевропейского фронта «самое позднее весной, а может быть и раньше», следует ожидать также сковывающих и отвлекающих действий на других фронтах, не исключается крупное наступление против Дании. Исходя из того, что «вначале все наступательные усилия противника будут неизбежно направлены против гарнизонов на побережье», ОКВ указывало [238] на необходимость создания на нем системы мощных укреплений. Для этого предполагалось мобилизовать людские и материальные резервы Германии и оккупированных стран. Если англосаксам удастся произвести высадку, войска должны встретить их «сокрушительным контрударом». Ставилась задача: посредством быстрой переброски достаточного количества людских сил и материальной части и повышения боевой подготовки довести находящиеся на Западе крупные соединения до уровня полностью подвижных ударных резервов, которые были бы способны контрударами воспрепятствовать расширению десантной операции противника и затем сбросить его в море. С этой целью предусматривалось усилить соединения в Голландии, Бельгии и Франции и войска в Дании оружием, танками, штурмовыми орудиями, противотанковой артиллерией, автотранспортом, боеприпасами.

Военно-воздушным силам и военно-морскому флоту приказывалось мобилизовать имеющиеся силы на решительное отражение предстоящих мощных атак противника с воздуха и с моря. Намечалось усилить наступательные и оборонительные возможности авиационных соединений, расположенных на западе материка и в Дании, а для рассредоточения базирования авиации — создать многочисленные полевые аэродромы. Военно-морской флот должен был подготовить по возможности крупные силы для наступательных действий против англо-американских десантных сил. Особое внимание обращалось на необходимость участия большого числа подводных лодок.

В директиве и в последующих развивавших ее приказах намечалась переброска на Запад соответствующих сил из Германии и с неатакованных участков побережья, а также создание на месте новых формирований. Подчеркивалось, что части и соединения, расположенные на Западе, а также вновь формируемые танковые и противотанковые части не могут быть переброшены на другие фронты без личного разрешения фюрера. Верховное главное командование вермахта считало, что срыв вторжения союзников будет иметь тяжелые политические и военные последствия для американо-английского руководства, заставит его отказаться от дальнейших планов создания второго фронта, ободрит антисоветские силы в США и Англии. Выступая 20 марта 1944 г. с речью на совещании высшего командного состава вооруженных сил на Западе, Гитлер потребовал ни при каких обстоятельствах не допускать, чтобы десантная операция продолжалась более нескольких часов, в крайнем случае дней. «Если десантные войска потерпят поражение, — заявил он, — противник уже не будет иметь благоприятных условий для повторения операции. Помимо больших потерь, которые он понесет, потребуются месяцы для подготовки новой операции по вторжению... Провал вторжения тяжело отразится на моральном состоянии американцев и англичан. Это в лучшем случае (для них. — Ред.) помешает переизбранию Рузвельта в Америке, а в худшем — послужит причиной к тому, чтобы упрятать его в тюрьму. В Англии еще больше проявится усталость от войны, и Черчилль... будет не в состоянии осуществить новую десантную операцию... Провал попытки вторжения противника... окажет решающее влияние на дальнейшее ведение войны на Западе и на ее конечный результат» {572}. После ожидаемого разгрома англо-американского десанта предполагалось добиться перелома на Востоке, на решающем фронте войны. Многие военные деятели и круги монополистической буржуазии продолжали лелеять надежду на развал антигитлеровской коалиции.

Германское руководство, видя гибельную для «третьего рейха» опасность ведения войны на два фронта, стремилось не допустить создания [239] второго фронта в Западной Европе. Однако полностью осуществить намеченные мероприятия по усилению обороны на Западе ему не удалось. Зимне-весеннее наступление Советских Вооруженных Сил, новые тяжелые поражения германских войск на восточном фронте вынудили верховное командование вермахта направлять туда преобладающую часть боеспособных соединений, вооружения и военной техники. Необходимых сил и средств для укрепления обороны на Западе у Германии по-прежнему не было.

Требования директивы № 51 о создании мощной системы обороны на побережье Франции, Бельгии и Голландии говорят о том, что ОКБ не без оснований выражало сомнения в прочности Атлантического вала, строительство которого началось с весны 1942 г. Генерал Йодль в докладе 7 ноября 1943 г. признал, что невозможно было повсюду создать глубоко эшелонированную систему укреплений на фронте такой большой протяженности (2100 км Атлантического побережья Голландии, Бельгии и Франции и 500 км Средиземноморского побережья Франции). К этому времени там имелось только 2692 артиллерийских орудия калибра 75 мм и выше (не считая зенитной и штатной артиллерии дивизий), 2354 противотанковых орудия среднего и крупного калибра и 8,5 тыс. долговременных оборонительных сооружений {573}. Следовательно, средняя плотность артиллерии и долговременных огневых сооружений оказалась недостаточной. Наиболее развитая система обороны создавалась на побережье от Антверпена до устья Сены, а побережье Нормандии, Бретани и Бискайского залива было укреплено значительно слабее. После издания директивы № 51 большое внимание было уделено минированию подступов с моря и установке подводных заграждений в вероятных районах высадки морского десанта, строительству долговременных сооружений. Однако работы по созданию Атлантического вала из-за нехватки сил и средств так и остались незавершенными до начала вторжения. За предыдущие годы саперы установили на побережье всего 2 млн. мин. За пять месяцев перед высадкой союзников число мин было утроено, но все же далеко не доведено до намеченных 50 млн. {574}.План инженерных работ на побережье Па-де-Кале удалось выполнить на 68 процентов, а в Нормандии и Бретани — только на 18 процентов. По свидетельству адмирала Деница, бухта Сены в Нормандии не была заминирована, так как согласно приказам командования «Запад» и ставки следовало прежде всего обеспечить оборону побережья к востоку от Гавра {575}. Слабо было укреплено и Средиземноморское побережье Франции.

Чтобы скрыть непрочность обороны, фашистская пропаганда распространяла заведомую ложь о неприступности Атлантического вала. После войны бывший главнокомандующий германскими войсками на Западе К. Рундштедт, опровергая измышление пропаганды нацистов, говорил о нем как об иллюзии, созданной для обмана немецкого народа и союзников. «Я приходил в раздражение, — отмечал он, — читая сказки о неприступности его укреплений. Называть это «валом» было бессмыслицей» {576}. Между тем в английской и американской печати этот миф усиленно рекламировался для оправдания затягивания открытия второго фронта в Европе.

С огромными трудностями встретилось командование вермахта при пополнении войск на Западе людьми, оружием и боевой техникой. «Ощущался острый недостаток в тяжелых видах вооружения, особенно в танках, — писал после войны генерал Циммерман, — а следовавшие одно [240] за другим поражения на восточном фронте безнадежно задерживали поступление обещанных «директивой фюрера № 51» пополнений» {577}. Более того, вопреки ее требованиям не ослаблять войска во Франции в пользу других фронтов, германскому командованию приходилось по-прежнему снимать оттуда силы и перебрасывать их на восточный фронт. В первой половине декабря. 1943 г. командованию «Запад» было приказано отправить на Восток 60-ю моторизованную дивизию, а также 10 тыс. солдат 1925 г. рождения с заменой их освобожденными по брони, но прошедшими боевую подготовку военнообязанными. Кроме того, выделялось 14 тыс. человек пополнения из армии резерва. В то же время согласно приказу ОКВ были урезаны поставки тяжелого оружия для войск на Западе в пользу восточного фронта. Гитлер потребовал также перевозить с советско-германского фронта в Германию 50 процентов нуждающихся в ремонте танков и автомашин, «чтобы использовать их взамен новых танков, которые предназначались для войск на Западе, но теперь переданы на Восток» {578}. Последний поглощал большое количество соединений и частей, формируемых на территории Германии и других стран Европы. Когда в декабре 1943 г. начальник организационного отдела генерального штаба ОКХ генерал В. Буле пожаловался Гитлеру, что у него постоянно отбирают с трудом сформированные на Западе соединения, последний ответил: «Кому вы это говорите? Я не позволю упрекать себя в том, что я все время их отбираю. Я ежедневно знакомлюсь с положением на Востоке, оно ужасно» {579}.

27 декабря приказом верховного главнокомандующего вермахта были запрещены (уже в который раз) всякие изъятия сил и средств с территорий, подчиненных главнокомандующему германскими войсками на Западе {580}. Однако развернувшееся наступление Советской Армии на Правобережной Украине и под Ленинградом нарушило и это запрещение. В середине февраля 1944 г. группе армий «Юг» были переданы три усиленных моторизованных полка, на базе которых следовало формировать дивизии, предназначавшиеся для Запада, а группе армий «Север» — пехотная дивизия из Норвегии. 3 марта на южный участок советско-германского фронта были переброшены две пехотные дивизии, которые первоначально предназначались для оккупации Венгрии, а взамен их сняты силы с других театров военных действий, в том числе с Западно-Европейского (учебная танковая и пехотная дивизии) {581}.

Через неделю для восточного фронта были сняты пехотная дивизия из Дании, 19 — 25 марта — две пехотные дивизии из Югославии, 24 марта — пехотная дивизия из Франции. Кроме того, на Восток направлены пять дивизионов самоходной артиллерии, изъятых из дивизий, находившихся во Франции. В конце марта ряд соединений и частей, принимавших участие в оккупации венгерской территории, а также соединения из резерва ОКВ «пришлось ускоренным маршем через Венгрию перебросить на восточный фронт» {582}. 26 марта в группу армий «Юг» был передан 2-й танковый корпус СС (9-я и 10-я танковые дивизии), составлявший согласно докладу начальника штаба оперативного руководства вермахта «последние боеспособные резервы на Западе», где после таких изъятий осталась из полноценных маневренных соединений лишь одна танковая дивизия {583}. [241]

Из-за огромных потерь вермахта на советско-германском фронте военному руководству Германии не удалось сформировать центральный резерв верховного главного командования. Ожидая ударов противника с различных, далеко отстоявших друг от друга районов, ОКБ считало «самым необходимым... создание центральных резервов, которые после высадки десанта противника и определения направления его главного удара можно было бы... быстро перебросить на угрожаемый участок фронта» {584}. Для этого приказами, изданными с сентября 1943 г. по январь 1944 г., предусматривалось сформировать 32 дивизии: 10 пехотных — к 15 февраля 1944 г., 6 пехотных и 2 танковые — к 1 марта, 4 пехотные — к 1 апреля, 10 пехотных — в другие сроки. Кроме того, с конца 1943 г. создавались танковые дивизии СС (из них 9-я и 10-я со сроком готовности к 1 марта) и учебные танковые дивизии {585}. Однако в I квартале 1944 г. резервы верховного главного командования для Западно-Европейского театра военных действий так и не были созданы — большая часть предназначавшихся для этих целей дивизий перебрасывалась на восточный фронт. 30 марта начальник штаба оперативного руководства докладывал фюреру, что у штаба ОКБ из центральных резервов на Западе не остается ни одного соединения, так как все дивизии (за исключением четырех пехотных) и все бригады штурмовых орудий, которые формировались на Западно-Европейском театре военных действий, по окончании формирования немедленно отправлялись на восточный фронт. Туда же были отданы и все резервы, которые имелись в Дании, Финляндии и Норвегии. В докладе делался вывод: «Подавляющая часть сухопутных войск германской армии, как по количеству соединений, так и по их качеству, находится на восточном фронте. На всех прочих фронтах имеется только минимум сил и средств, а кое-где даже и менее» {586}. Большим облегчением для германского командования, отмечается в дневнике ОКБ, было то, что США и Англия не воспользовались ослаблением группировки немецко-фашистской армии на Западе {587}.

Таким образом, широко задуманные планы ОКБ накопить к весне крупные силы для отражения американо-английского десанта были сорваны наступлением Советской Армии. С декабря 1943 г. до июня 1944 г. немецко-фашистскому командованию удалось увеличить состав армий в Голландии, Бельгии и Франции только на 12 дивизий. В начале июня там дислоцировалось 59 дивизий: 35 пехотных, 1 моторизованная, 9 танковых, 4 авиаполевые, 2 парашютные, 1 авиадесантная, 7 резервных пехотных. 33 из них были либо стационарными, недостаточно обеспеченными транспортом и приспособленными для ведения позиционной обороны, либо резервными, созданными для охраны тылов и несения оккупационной службы. Только 24 дивизии по относительной мобильности и подготовке личного состава могли идти в сравнение с дивизиями, действовавшими на восточном фронте. В конце апреля во всех танковых соединениях и частях противника на Западе насчитывалось 1608 танков и штурмовых орудий германского производства (в том числе 674 — T-IV и 514 — T-V). К концу мая танковый парк там намечалось довести до 1994 машин {588}.

Верховному командованию вермахта не удалось добиться намечавшегося директивой № 51 увеличения наступательных и оборонительных возможностей авиации на Западе. Количество самолетов в 3-м воздушном флоте к лету 1944 г. по сравнению с осенью 1943 г. уменьшилось. [242]

В начале июня в нем насчитывалось 350 боеспособных самолетов: 152 бомбардировщика, 13 истребителей-бомбардировщиков и 185 истребителей {589}. Этого было явно недостаточно, чтобы воздействовать на войска западных союзников, сосредоточившиеся в Англии, прикрывать свои силы и противостоять многочисленной американо-английской авиации. С целью затруднить стратегическое сосредоточение и развертывание американо-английских войск на Британских островах германское руководство планировало использовать самолеты-снаряды ФАУ-1 и ракеты ФАУ-2. Однако из-за начавшихся усиленных бомбардировок англо-американской авиацией их стартовых площадок и некоторых технических неполадок новое оружие было применено лишь после высадки союзников и не по войскам, а по Лондону и другим промышленным центрам Англии.

Возможности германского флота, находившегося в районе ожидаемого вторжения, были также весьма ограничены. Группа военно-морских сил «Запад» имела 11 эсминцев и миноносцев, 49 подводных лодок, 343 торпедных катера и тральщика, 116 сторожевых кораблей и 42 артиллерийские баржи. Из них на 6 июня в Гавре базировались лишь 5 миноносцев, в Шербуре — 15 торпедных катеров, в Бресте — 24 подводные лодки. Силы, находившиеся в базах Германии, отсекались от района высадки блокадными группировками американского и английского флотов {590}. Главнокомандующий германскими военно-морскими силами К. Дениц признавал, что флот не может ни предотвратить, ни отразить высадку противника.

Группировка немецко-фашистских сил, предназначавшихся для отражения американо-английского десанта, строилась исходя из замысла противодесантной операции и определения наиболее вероятного района высадки противника. Таковым, как уже говорилось выше, германское командование считало участок побережья пролива Па-де-Кале. При выработке замысла противодесантной операции с самого начала единого мнения не было. Командующий группой армий «Д» (войсками «Запад») генерал-фельдмаршал Рундштедт, видя слабость обороны во Франции, считал, что «жесткая оборона» всего побережья в течение длительного времени невозможна, поэтому защита побережья должна основываться преимущественно на сосредоточенных в глубине крупных резервах, состоящих прежде всего из танковых и моторизованных соединений, контрудар которых должен сыграть главную роль в разгроме десанта {591}.

Иной точки зрения придерживался генерал-фельдмаршал Э. Роммель. В условиях полного господства противника в воздухе он не верил в возможность нанесения мощного контрудара резервами, расположенными в глубине континента. Роммель считал, что уничтожить десант можно лишь в момент высадки, когда он наиболее слаб и беспомощен. Поэтому он настаивал на использовании всех сил для нанесения поражения противнику непосредственно на побережье. Для этого, по его мнению, нужно стянуть туда основную часть имевшихся сил и средств, приблизить к переднему краю все резервы, в том числе командования «Запад» и верховного главного командования {592}.

Спор завершился компромиссным решением. Директива № 51 требовала создать прочную оборону побережья и нанести поражение десантным силам или непосредственно на нем, или в глубине сокрушительными контрударами резервов. Задачи сухопутных войск по отражению высадки противника излагались в разработанном штабом главнокомандования [243]  «Запад» плане противодесантной операции, который был доведен до штабов армий директивой от 10 января 1944 г. Он предусматривал: 1) нанесение удара по противнику с использованием всех наличных огневых средств, пока морской десант находится на воде; 2) сражение на побережье; 3) ввод в бой ближайших (корпусных и армейских) резервов против десантных частей, прорвавших главную полосу обороны на побережье; 4) решающее сражение с вводом командованием «Запад» крупных танковых и моторизованных войск, чтобы, как требовала директива № 51, разгромить десант и сбросить его в море {593}.

Произошли некоторые изменения в организации управления германскими войсками на Западе. На основании директивы верховного главного командования вермахта от 12 января штаб группы армий «Б», находившийся в его резерве, принял в подчинение войска 7-й и 15-й армий и 88-го отдельного корпуса. В мае создается штаб группы армий «Г», в состав которой вошли 1-я и 19-я армии. За управлением группы армий «Д» сохранялись функции высшей инстанции на всем Западно-Европейском театре военных действий (командования германских войск «Запад»).

За счет внутренних перегруппировок войск командование стремилось сосредоточить основные усилия на наиболее вероятном участке высадки союзников. Так, во второй половине января оно сняло с участков побережья Бискайского залива и Южной Франции четыре дивизии и перебросило их на северо-запад. Три из них уплотнили оборону 15-й армии на побережье Па-де-Кале, и только одна несколько усилила правый фланг 7-й армии, заняв оборону на полуострове Котантен в Нормандии {594}.

Весной сложилась следующая группировка немецко-фашистских войск на Западе. Группа армий «Б» — командующий генерал-фельдмаршал Роммель — обороняла все побережье Голландии, Бельгии и Франции до реки Луара. В начале июня она насчитывала 36 дивизий, из которых почти половина (17 дивизий 15-й армии) были сосредоточены на обороне побережья Па-де-Кале севернее Сены, где ожидалось вторжение англо-американцев. Плотность обороны здесь была наиболее высокой: пехотная дивизия занимала на побережье полосу шириной 10км. В Нормандии же, на участке от Кабура до Шербура (более 100 км), который американо-английское командование избрало для высадки десанта, оборонялись только три немецкие пехотные дивизии и одна авиадесантная находилась в резерве 7-й армии. В состав резерва группы армий входили три танковые дивизии, дислоцированные в 50 — 250 км от побережья пролива Па-де-Кале, севернее и северо-западнее Парижа.

Группа армий «Г» — командующий генерал-полковник И. Бласковиц — располагалась южнее Луары. Ее 1-я армия (четыре дивизии) обороняла побережье Бискайского залива, 19-я армия (четыре дивизии) прикрывала Средиземноморское побережье Франции. В резерве группы армий находились две танковые и две резервные дивизии.

Резерв главнокомандующего войсками «Запад» составляли три танковые (одна западнее Антверпена в Бельгии, две западнее Парижа) и моторизованная (в районе Самюр, южнее Луары) дивизии, а также находившиеся на формировании и восстановлении на Западе семь пехотных дивизий, танковая и авиадесантные боевые группы.

В буржуазной историографии второй мировой войны много внимания уделено разногласиям среди германского командования по вопросу о замысле противодесантной операции. Мнения споривших сторон и принятый [244] план операции оцениваются по-разному. Общим же в рассуждениях и бывших гитлеровских генералов, и буржуазных историков является, во-первых, утверждение, что эти разногласия «создавали излишние трудности в организации обороны», ослабляли ее; во-вторых, уклонение от анализа истинных причин слабости германской обороны на Западе {595}. Так, генерал Циммерман приписывает неудачи требованию Гитлера перейти к жесткой позиционной обороне. «Это роковое решение, если вообще можно назвать такой подход к проблеме решением, — писал он, — сделало наше поражение на Западе неотвратимым» {596}.

В действительности же планы руководства фашистской Германии по отражению вторжения американо-английских войск в Западную Европу оказались нереальными главным образом потому, что продолжительные и ожесточенные военные действия на советско-германском фронте истощили немецко-фашистские вооруженные силы, зимне-весеннее наступление Советской Армии заставило командование вермахта снять наиболее подготовленные дивизии из Германии и Западной Европы для переброски их на Восток. Ограниченное количество дивизий, малочисленность военно-воздушных и военно-морских сил определили непрочность германской обороны во Франции, Бельгии и Голландии и неотвратимость их поражения.

Просчеты, допущенные германским командованием при подготовке противодесантной обороны в Западной Европе, особенно в определении района высадки, и большое рассредоточение резервов привели к тому, что участок побережья в Нормандии, где союзники намеревались высадиться, оказался наиболее слабо подготовленным к обороне, а сил для решительного контрудара в этом направлении не было. Это облегчило американо-английским войскам вторжение на континент.

Оглавление. Крушение оборонительной стратегии фашистского блока

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.