Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Прорыв обороны немцев, разделение восточно-прусской группировки противника

Военные действия по разгрому восточно-прусской группировки носили длительный и ожесточенный характер. Первыми 13 января перешли в наступление войска 3-го Белорусского фронта. Несмотря на тщательную подготовку, полностью сохранить в тайне мероприятие такого большого масштаба не удалось. Противник, которому стало известно время наступления фронта, в ночь на 13 января, рассчитывая не допустить планомерного развития дальнейших событий, начал сильный артиллерийский обстрел боевых порядков ударной группировки фронта. Однако ответными ударами артиллерии и ночных бомбардировщиков артиллерия врага вскоре была подавлена. В результате противник не смог помешать войскам фронта занять исходные позиции и перейти в наступление согласно плану.

В 6 часов утра начались успешные действия передовых батальонов. Ворвавшись на передний край, они установили, что первую траншею занимают лишь незначительные силы, остальные отведены во вторую и третью траншеи. Это позволило внести некоторые коррективы в план артиллерийской подготовки, которая продолжалась с 9 до 11 часов.

Так как над полем сражения стоял густой туман, а небо было покрыто низкими облаками, самолеты не могли подняться с аэродромов. Вся тяжесть подавления вражеской обороны легла на артиллерию. За два часа советские войска израсходовали большое количество боеприпасов: только в 5-й армии было выпущено более 117 100 снарядов. Но и повышенный расход боеприпасов не обеспечил полного подавления вражеской обороны.

Советские танки вступают в город Ченстохова. Январь 1945 г.
Советские танки вступают в город Ченстохова. Январь 1945 г.

После артиллерийской подготовки пехота и танки, поддерживаемые огнем артиллерии, перешли в атаку. Гитлеровцы повсюду оказывали ожесточенное сопротивление. В условиях плохой видимости они подпускали танки на близкое расстояние, а затем широко применяли фаустпатроны, противотанковую артиллерию и штурмовые орудия. Преодолевая упорное сопротивление врага и отражая его непрерывные контратаки, соединения 39-й и 5-й армий, которыми командовали генералы И. И. Людников и Н. И. Крылов, к исходу дня вклинились в оборону противника на 2–3 км; более успешно наступала 28-я армия генерала А. А. Лучин-ского, продвинувшаяся до 7 км.

Немецко-фашистское командование, пытаясь во что бы то ни стало задержать наступление советских войск, в течение 13-го и в ночь на 14 января перебросило с неатакованных участков к месту прорыва две пехотные дивизии, а из резерва подтянуло танковую дивизию. Отдельные пункты и узлы сопротивления несколько раз переходили из рук в руки. Отражая контратаки, войска фронта настойчиво продвигались вперед.

14 января погода несколько прояснилась и самолеты 1-й воздушной армии совершили 490 самолето-вылетов: они уничтожали танки, артиллерию и живую силу противника, вели разведку до рубежа Рагнит, Растенбург. К исходу следующего дня войска ударной группировки фронта, прорвав главную полосу, вклинились в оборону врага на 15 км.

Чтобы завершить прорыв тактической зоны обороны и помешать противнику маневрировать дивизиями, требовалось активизировать действия войск на флангах ударной группировки и ввести в сражение новые силы. По решению командующего фронтом 16 января 2-я гвардейская армия под командованием генерала П. Г. Чанчибадзе перешла в наступление на Даркемен, а в полосе 5-й армии в сражение был введен 2-й гвардейский танковый корпус генерала А. С. Бурдейного. В период ввода корпуса, воспользовавшись улучшением погоды, соединения 1-й воздушной армии нанесли несколько массированных ударов по врагу, совершив 1090 самолето-вылетов. В составе 303-й истребительной авиационной дивизии 1-й воздушной армии успешно действовали французские летчики истребительного авиационного полка «Нормандия — Неман» под командованием майора Л. Дельфино. Поддерживаемый авиацией и артиллерией ударной группировки фронта, 2-й гвардейский танковый корпус совместно с правофланговыми соединениями 5-й армии прорвал вторую полосу обороны противника и ночью овладел опорными пунктами Куссен и Радшен.

Вклинение советских войск в оборону врага создало угрозу окружения его группировки, оборонявшейся в междуречье Немана и Ин-стера. Командующий группой армий «Центр» вынужден был разрешить командующему 3-й танковой армией генералу Э. Раусу отвести 9-й армейский корпус из этого района на правый берег реки Инстер. В ночь на 17 января действовавшие здесь соединения 39-й армии, установив начало отхода противника, перешли к его преследованию. Усилили нажим и войска основной группировки этой армии. Утром сильным ударом они завершили прорыв тактической зоны обороны врага и стали развивать наступление в северо-западном направлении. В то же время продвижение войск 5-й и 28-й армий замедлилось, так как немецко-фашистское командование, стремясь любой ценой удержать вторую полосу обороны, непрерывно усиливало свои части танками, штурмовыми орудиями и полевой артиллерией.

Командующий 3-м Белорусским фронтом генерал И. Д. Черняховский, учитывая сложившуюся обстановку, решил немедленно использовать успех 39-й армии для ввода второго эшелона. На это направление вначале был выдвинут 1-й танковый корпус генерала В. В. Буткова, а затем и соединения 11-й гвардейской армии под командованием генерала К. Н. Галицкого. Мощный удар по опорным пунктам и скоплениям вражеской пехоты и танков нанесла авиация, которая в этот день совершила 1422 самолето-вылета.

18 января 1-й танковый корпус вошел в прорыв на левом фланге 39-й армии. Уничтожая на своем пути разрозненные группы противника, соединения танкового корпуса достигли реки Инстер и захватили плацдармы на ее правом берегу. Используя успех корпуса, войска 39-й армии продвинулись за день на 20 км. К исходу дня ее передовые части вышли на реку Инстер.

К этому времени 5-я и 28-я армии, возобновив наступление, завершили прорыв тактической зоны обороны противника. Из-за непрерывных контратак темп продвижения советских войск оставался невысоким. Особенно яростное сопротивление враг оказал в полосе 28-й армии, части которой за 18 января отразили десять крупных контратак. В одной из них вражеская пехота с танками обрушила удар на 664-й стрелковый полк 130-й стрелковой дивизии, на острие атаки которого действовала 6-я рота 2-го батальона. Вместо тяжелораненого командира управление ротой взял на себя заместитель командира батальона по политической части капитан С. И. Гусев. Правильно оценив обстановку, он в самый напряженный момент боя поднял роту в атаку и увлек за собою другие подразделения полка. Сопротивление врага было сломлено, и он стал откатываться назад. Преследуя противника, бойцы ворвались в один из опорных пунктов на подступах к Гумбиннену и овладели им. В рукопашной схватке погиб коммунист Гусев. Отважному офицеру посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, а Гумбиннен в его честь был переименован в город Гусев.

В результате шестидневных непрерывных, ожесточенных боев войска 3-го Белорусского фронта прорвали оборону противника севернее Гум-биннена на участке свыше 60 км и продвинулись до 45 км в глубину. В ходе наступления советские войска нанесли тяжелое поражение 3-й танковой армии врага и создали условия для удара на Кенигсберг.

2-й Белорусский фронт 14 января перешел в наступление с плацдармов на реке Нарев, севернее Варшавы, на млавском направлении. В 10 часов началась мощная артиллерийская подготовка. В течение 15 минут артиллерия вела огонь с предельным напряжением по переднему краю и ближайшей глубине обороны противника, разрушая его оборонительные сооружения и нанося урон живой силе и технике. Передовые батальоны дивизий первого эшелона, развернутые на ружанском плацдарме, энергично атаковали передний край обороны врага и ворвались в первую траншею. Развивая успех в глубину, они к 11 часам овладели второй и частично третьей траншеями, что позволило сократить артиллерийскую подготовку, а период артиллерийской поддержки атаки начать двойным огневым валом на всю глубину второй позиции. Несколько иначе сложилась обстановка в полосах 65-й и 70-й армий, наступавших с сероцкого плацдарма, и в полосе 2-й ударной армии. Здесь передовые батальоны имели меньшее продвижение, и поэтому артиллерийская подготовка проводилась в полном объеме. Неблагоприятные метеорологические условия в этот день снизили эффективность артиллерийского огня и исключили возможность использования авиации.

В первый же день войска 2-й ударной армии генерала И. И. Федюнин-ского продвинулись на 3–6 км, а соединения 3-й армии под командованием генерала А. В. Горбатова и 48-й армии генерала Н. И. Гусева прошли с боями 5–6 км. Гитлеровцы ожесточенно сопротивлялись и непрерывно переходили в контратаки. Командующий 2-й немецкой армией генерал В. Вейс приказал ввести в бой за главную полосу обороны дивизионные и корпусные резервы, специальные части и курсантские подразделения военных школ, а на угрожаемые направления — выдвинуть армейские резервы. Плотность вражеских войск значительно возросла. На отдельных участках войска фронта продолжали наступление и ночью. Его вели специально подготовленные для этого батальоны. С утра 15 января ударные группировки фронта возобновили наступление, но вновь встретили ожесточенное сопротивление. Многие опорные пункты неоднократно переходили из рук в руки. Командование группы армий «Центр» выдвинуло из резерва и ввело в сражение на ружанском направлении 7-ю танковую дивизию, моторизованную дивизию «Великая Германия», а также другие части и подразделения. Темп продвижения советских ударных группировок снизился, а местами оно и вовсе прекратилось. Противник, рассчитывая, что войска 2-го Белорусского фронта уже исчерпали свои наступательные возможности, начал поспешно перебрасывать танковый корпус «Великая Германия» из Восточной Пруссии через Лодзь в район Кельце с целью остановить продвижение войск 1-го Украинского фронта. Однако расчеты врага не оправдались.

Для увеличения силы удара командующий фронтом приказал ввести в сражение в полосах 2-й ударной и 65-й армий 8-й и 1-й гвардейские танковые корпуса под командованием генералов А. Ф. Попова и М. Ф. Панова, а на следующий день, 16 января, в полосе 48-й армии — 8-й механизированный корпус генерала А. Н. Фирсовича. Командиру каждого корпуса, вводимого в прорыв, оперативно подчинялась одна штурмовая авиационная дивизия.

Отразив несколько сильных контратак противника, эти корпуса сломили его сопротивление и устремились вперед. Успеху наземных войск во многом способствовала авиация. Соединения 4-й воздушной армии, пользуясь улучшением погоды, произвели в этот день 2516 самолетовылетов.

Чтобы сдержать наступление фронта, гитлеровское командование усилило 2-ю армию двумя пехотными и моторизованной дивизиями и приняло решение перебросить из Курляндии в Восточную Пруссию две пехотные и танковую дивизии. Однако и это не помогло.

В результате упорных боев войска фронта за трое суток прорвали тактическую зону обороны противника на 60-километровом участке и продвинулись в глубину до 30 км. Они овладели крупными опорными пунктами и узлами коммуникаций — городами Пултуск, Насельск, перерезали железнодорожную магистраль Цеханув — Модлин. Тактические и ближайшие оперативные резервы гитлеровцев были разгромлены. В сложившейся обстановке требовался мощный удар, чтобы окончательно сломить сопротивление врага. Командующий фронтом принял решение ввести в сражение подвижную группу.

Во второй половине 17 января 5-я гвардейская танковая армия под командованием генерала В. Т. Вольского успешно вошла в прорыв в полосе 48-й армии. Для обеспечения ее действий авиация фронта усилила свои удары и за четыре часа произвела 1 тыс. самолето-вылетов. Во время ввода армии в прорыв противник пытался из районов Цеханув и Пшасныш нанести контрудары танковой и двумя моторизованными дивизиями по флангам ударной группировки фронта. Но эти попытки были сорваны энергичными действиями советских войск. 8-й гвардейский танковый корпус внезапным ударом совместно с поддерживавшей его авиацией разгромил танковую дивизию противника в районе ее сосредоточения и овладел станцией Цеханув, а 8-й механизированный корпус захватил Грудуск. Моторизованная дивизия «Великая Германия» попала под удар соединений 48-й и 3-й армий и понесла большие потери. 18-я моторизованная дивизия, выдвигавшаяся в район Млавы, так и не успела принять участие в осуществлении намеченного плана. Развивая наступление, 5-я гвардейская танковая армия оторвалась от общевойсковых армий и к концу дня достигла Млавского укрепленного района.

Вслед за танковыми соединениями успешно продвигались и общевойсковые армии. Советские воины, проявляя большой энтузиазм, отвагу и мужество, преодолели несколько позиций Млавского укрепленного района и 17–18 января штурмом овладели опорными пунктами Цеханув и Пшасныш. В это время 49-я армия под командованием генерала И. Т. Гришина настойчиво продвигалась в северном направлении, обеспечивая правый фланг ударной группировки. Армии, действовавшие с сероцкого плацдарма, овладели Модлином.

После упорных пятидневных боев 2-й Белорусский фронт прорвал оборону противника в полосе шириной 110 км и продвинулся на млав-ском направлении до 60 км в глубину. Перед войсками фронта открылись реальные возможности в короткие сроки выйти к Балтийскому морю и отсечь восточнопрусскую группировку противника от центральных районов Германии.

К этому времени войска правого крыла 1-го Белорусского фронта освободили Варшаву, выдвинулись на реку Бзура и развивали удар на Познань. Однако остатки четырех пехотных дивизий разгромленной варшавской группировки отошли за Вислу и усилили 2-ю армию, что осложнило обстановку перед левым крылом 2-го Белорусского фронта.

Продвижение ударных группировок 3-го и 2-го Белорусских фронтов на кенигсбергском и мариенбургском направлениях, которое началось после прорыва обороны 3-й танковой и 2-й немецких армий, поставило под угрозу фланги и тыл 4-й армии, оборонявшей августовский выступ. Командующий группой армий «Центр» видел угрозу окружения этой армии и неоднократно пытался добиться санкции верховного главнокомандования на ее отвод, но вынужден был удовлетвориться обещанием помощи извне. Надежды командования группы армий «Центр» пополнить свои резервы за счет высвобождения дивизий 4-й армии не сбылись. Между тем среди фашистского командования царило полное замешательство. Вначале оно запретило эвакуацию местного населения из прифронтовой полосы, считая, что это подорвет сопротивляемость войск. Однако решительное наступление советских фронтов вынудило его отдать приказ о срочной эвакуации жителей из Восточной Пруссии. Геббель-совская пропаганда продолжала нагнетать страх, подчеркивая, что по отношению к тем, кто не успеет покинуть свои дома, будут применены самые жесткие меры. Всеобщая паника охватила население. Сотни тысяч беженцев устремились на Земландский полуостров, к Пиллау и на косу Фрише-Нерунг, а также за Вислу — к Данцигу и Гдыне. Тех, кто не желал трогаться с места, в том числе и тысячи советских граждан, насильственно угнанных на каторжные работы в Германию, принуждали силой.

Однако многие жители, главным образом старики и женщины с детьми, укрывшись в тайниках, не покинули родных мест. Впоследствии, вспоминая о встрече с советскими воинами, они рассказывали: «Мы думали, что встретим плохо вооруженных, оборванных... изнуренных и злых солдат и офицеров. А оказалось иное. Бойцы и офицеры Красной Армии хорошо одеты, молодые, здоровые, жизнерадостные и очень любят детей. Нас поразило обилие первоклассного оружия и техники».

В Северной Польше фашисты силой угоняли из прифронтовой полосы население, мотивируя это заботой о спасении поляков от русской авиации и истребления в ходе боевых действий. В нескольких десятках километров от переднего края намерения гитлеровских «спасителей» стали ясны. Все работоспособные мужчины и женщины были отправлены на строительство оборонительных сооружений, а старики и дети брошены под открытым небом на произвол судьбы. Лишь стремительное наступление советских войск спасло многие тысячи поляков от голодной смерти, а жителей Цеханува, Плоньска и других городов от угона в Германию.

В период оккупации фашисты ложно информировали польское население о событиях на фронтах второй мировой войны, о Советском Союзе и его народах, о деятельности Польского комитета национального освобождения и создании Временного правительства. Нужно было разоблачить эту ложь. Политическое управление 2-го Белорусского фронта развернуло работу среди жителей освобожденных районов. На митингах и собраниях, в докладах и лекциях разъяснялись значение и смысл основных документов польско-советской дружбы и освободительная миссия Советской Армии. Советские кинофильмы, сопровождавшиеся дикторским текстом на польском языке, способствовали изменению превратных представлений поляков о жизни советского народа и его армии, а газета «Вольна Польска» («Свободная Польша») регулярно информировала население об обстановке в стране и за ее пределами. Советские командиры и политработники устанавливали с членами Польской рабочей партии и другими представителями народа тесную связь и оказывали им помощь в нормализации жизни городского и сельского населения освобожденных воеводств. Поляки с радостью встречали советских воинов-освободителей и старались помочь им всем, чем могли.

С 19 января 2-й Белорусский фронт развернул стремительное преследование противника, где решающую роль играли подвижные соединения. В полосе 48-й армии командующий фронтом ввел 3-й гвардейский кавалерийский корпус генерала Н. С. Осликовского, который пересек южную границу Восточной Пруссии и устремился на Алленштейн. Развивала наступление и 5-я гвардейская танковая армия. Совместно с передовыми частями 48-й армии она с ходу овладела Млавой, важным опорным пунктом врага, и в районе Нейденбурга также вступила в пределы Восточной Пруссии. Большую помощь наземным войскам оказывала 4-я воздушная армия. Совершив за сутки 1880 боевых вылетов, она нанесла удары по узлам дорог и отступавшим колоннам противника. За шесть дней войска фронта вышли на рубеж, которым по плану должны были овладеть на 10–11-й день наступления.

Несмотря на угрозу окружения, 4-я армия противника продолжала обороняться в выступе в районе Августова. Учитывая это, командующий 2-м Белорусским фронтом решил повернуть главные силы на север, в направлении города Эльбинг, кратчайшим путем достичь залива Фришес-Хафф, отсечь восточно-прусскую группировку, а частью сил на широком фронте выйти к Висле. Выполняя указания командующего, войска устремились к побережью залива. Особенно быстро наступала 5-я гвардейская танковая армия. Овладев 20 января крупным узлом шоссейных и железных дорог городом Нейденбург, танкисты взяли курс на Осте-роде, Эльбинг. Значительно возросли темпы преследования общевойсковых армий. Соединения левого крыла только за один день 20 января продвинулись более чем на 40 км, освободив города Серпц, Вельск, Вышо-груд. Их усиленно поддерживала авиация, совершившая 1749 самолетовылетов.

Высокие темпы продвижения советских войск по территории Северной Польши часто заставляли противника обращаться в беспорядочное бегство. Это лишало гитлеровцев возможности осуществлять грабежи и насилия, подобные тем, которые широко проводились ими при отступлении с советской земли.

21 января войска 2-го Белорусского фронта овладели Танненбергом, вблизи которого 15 июля 1410 г. объединенные силы русских, польских, литовских и чешских войск наголову разбили рыцарей Тевтонского ордена, пытавшегося захватить славянские земли. Это событие вошло в историю под названием Грюнвальдской (Танненбергской) битвы.

В этот же день Ставка Верховного Главнокомандования потребовала от войск 2-го Белорусского фронта продолжить наступление на Ма-риенбург, чтобы не позднее 2–4 февраля овладеть рубежом Эльбинг, Мариенбург, Торунь, выйти на Вислу в ее нижнем течении и отрезать противнику все пути в Центральную Германию. После выхода на Вислу намечалось захватить плацдармы на левом ее берегу к северу от Торуни. Войскам правого крыла фронта приказывалось овладеть рубежом Иохан-нисбург, Алленштейн, Эльбинг. В дальнейшем предполагалось вывести большую часть сил фронта на левый берег Вислы для действий в полосе между Данцигом и Штеттином.

Положение группы армий «Центр» все ухудшалось, явственнее обозначилась угроза окружения западнее Августова. Гитлеровская ставка приняла решение отвести 4-ю полевую армию за оборонительные сооружения Летценского укрепленного района на рубеж Мазурских озер. Командующий 4-й армией генерал Ф. Госбах в ночь на 22 января начал отвод соединений армии по всему фронту, надеясь на скрытность и быстроту его осуществления. Однако этот маневр был своевременно обнаружен разведкой 50-й армии. Ее командующий генерал И. В. Болдин распорядился о неотступном преследовании врага. Только за день соединения армии продвинулись до 25 км. Не упустили этого момента и армии левого крыла 3-го Белорусского фронта.

В отличие от 2-й армии, поспешный отход которой под ударами войск 2-го Белорусского фронта нередко превращался в бегство, 4-я армия отходила более организованно, с упорными арьергардными боями. Однако под усилившимся натиском советских войск и нависшей угрозой окружения ее войска вынуждены были ускорить отход. Госбах принял решение оставить оборонительные рубежи с крепостью Летцен и системой Мазурских озер и пробиваться на запад для соединения со 2-й армией в южной части Хейльсбергского укрепленного района.

О принятом решении командующий 4-й армией не поставил в известность ни командующего группой армий «Центр», ни верховное главнокомандование. Соединения армии прошли через Летценский укрепленный район и 24 января заняли долговременную укрепленную позицию Хейльсберг, Дейме. В тот же день гаулейтер Кох известил верховное главнокомандование об оставлении линии Мазурских озер и крепости Летцен. «Неудивительно, — пишет Гудериан, — что чудовищное сообщение о потере сильно оснащенной техникой и людьми крепости, сооруженной с учетом последних инженерных достижений, было подобно разрыву бомбы...» Наказания последовали незамедлительно. 26 января был отстранен от должности командующий группой армий «Центр» генерал Рейнгардт, а через три дня подобная участь постигла и командующего армией Госбаха. Сменившие их генералы Л. Рендулич и Ф. Мюллер оказались бессильны восстановить утраченное положение.

Фашистское партийное и военное руководство, не считаясь с реальными событиями на фронте и в тылу, продолжало призывать народ к новым усилиям, жертвам и лишениям во имя призрачной победы. В конце января 1945 г. фронтовая печать вермахта в разных вариациях твердила солдатам «Обращение фюрера к тебе», где подчеркивалось: «...если мы преодолеем кризис в нас самих, станем с твердой решимостью хозяевами критических событий вокруг нас, тогда фюрер превратит кризис нации в ее победу». Усилением карательных мер предполагалось заставить солдат и офицеров продолжать стоять насмерть. Геббельсовская пропаганда с откровенным цинизмом заявляла: «Кто боится почетной смерти, тот умрет с позором». Заградительное отряды на месте чинили суд над каждым, кто не проявил необходимой стойкости в бою, веры в национал-социализм и победу. Но никакие угрозы и жесткие меры гитлеровцев не могли уже спасти положение.

Отступление соединений группы армий «Центр» продолжалось, хотя они и цеплялись за каждый выгодный рубеж, надеясь сдержать натиск наступавших, измотать и обескровить их упорной обороной. Преодолевая сопротивление противника, советские войска овладели Алленштейном, а на главном направлении части 5-й гвардейской танковой армии безостановочно продвигались к заливу Фришес-Хафф, стремясь в кратчайшие сроки завершить отсечение восточно-прусской группировки. Наступление продолжалось и ночью. 24 января 10-й танковый корпус этой армии после скоротечного боя овладел Мюльхаузеном. На подступах к городу особенно отличились воины танкового батальона, которым командовал капитан Ф. А. Рудской. Прорвавшись на автостраду Кенигсберг — Эльбинг севернее Мюльхаузена, батальон разгромил большую вражескую колонну. При этом было уничтожено до 500 фашистов, захвачено или разбито около 250 автомашин. Попытки противника сбить батальон с автострады оказались безуспешными. Танкисты выстояли до подхода главных сил своей бригады. За умелое командование, героизм и мужество капитану Рудскому присвоено звание Героя Советского Союза, а личный состав батальона награжден орденами и медалями.

Столь же смело и решительно действовали другие соединения 5-й гвардейской танковой армии. Так, передовой отряд 31-й бригады 29-го танкового корпуса под командованием капитана Г. Л. Дьяченко, воспользовавшись темнотой и кратковременным замешательством гарнизона Эльбинга, вечером 23 января проскочил через весь город и на следующий день вышел на побережье залива Фришес-Хафф. Только после этого противник организовал оборону Эльбинга и около полумесяца удерживал город.

Продвигаясь по побережью, войска танковой армии во взаимодействии с соединениями 48-й армии 26 января овладели городом Толькемит. Тем самым было завершено отсечение всей восточнопрусской группировки от остальных немецко-фашистских сил. В Восточной Пруссии были отсечены 3-я танковая и 4-я армии, а также 6 пехотных и 2 моторизованные дивизии 2-й армии; остальные 14 пехотных и танковая дивизии, 2 бригады и группа, входившие в состав 2-й армии, понесли большие потери и были отброшены за Вислу.

К этому времени армии правого крыла 2-го Белорусского фронта, преследуя отходившего противника, продвинулись до 100 км и в основном преодолели систему Мазурских озер, а армии левого крыла фронта вышли к Висле на участке Мариенбург, Торунь. 70-я армия с ходу форсировала Вислу, а частью сил блокировала крепость Торунь. С 14 по 26 января войска фронта продвинулись на 200–220 км. Они разгромили до 15 дивизий противника, преодолели оборону в южной части Летценского укрепленного района, овладели Млавским и Алленштейнским укрепленными районами, заняли часть Восточной Пруссии площадью до 14 тыс. кв. км и освободили территорию Северной Польши площадью до 20 тыс. кв. км.

26 января группа армий «Центр», действовавшая в Восточной Пруссии, была переименована в группу армий «Север», а группа армий «Север» — в группу армий «Курляндия». Войска, которые были сосредоточены в Померании, объединены в группу армий «Висла», куда вошла и 2-я армия.

После выхода к заливу Фришес-Хафф войска 2-го Белорусского фронта продолжали наступление с целью уничтожения отсеченного противника. Обстановка в полосе фронта осложнилась. Армии его правого крыла растянулись и действовали в основном в северном направлении, в то время как армии левого крыла были нацелены на запад. Войска понесли потери и нуждались в отдыхе. Армейские тылы отстали. Большая часть аэродромов 4-й воздушной армии оказалась на значительном удалении от войск, к тому же наступившая распутица затрудняла их использование.

По войскам 2-го Белорусского фронта, вышедшим к заливу Фришес-Хафф, немецко-фашистское командование решило нанести сильный контрудар. Гитлеровцы надеялись, что успешное претворение в жизнь этого замысла позволит им восстановить сухопутные коммуникации с Центральной Германией и осуществить непосредственную связь с главными силами вермахта. С этой целью в южной части Хейльсбергского укрепленного района были сосредоточены четыре пехотные, две моторизованные и танковая дивизии, а также бригада штурмовых орудий. В ночь на 27 января войска 4-й немецкой армии внезапно перешли в наступление в направлении на Либштадт и Эльбинг. Противнику удалось на узком участке прорвать оборону 48-й армии и окружить 17-ю стрелковую дивизию юго-западнее Вормдитта. Двое суток продолжались непрерывные бои. Противник овладел Либштадтом и продолжал настойчивые атаки западнее этого города.

Учитывая сложную обстановку, командующий 2-м Белорусским фронтом усилил 48-ю армию 8-м гвардейским танковым корпусом и пятью противотанковыми артиллерийскими бригадами. Фронтом на восток были развернуты 5-я гвардейская танковая армия и 8-й механизированный корпус; 3-й гвардейский кавалерийский корпус изготовился основными силами нанести фланговый удар. Из фронтового резерва в состав 48-й армии был передан стрелковый корпус 49-й армии. Быстрой перегруппировкой сил и средств на угрожаемое направление удалось сначала остановить противника, а затем нанести ему ощутимый удар. 30 января он предпринял последнюю попытку прорыва, но успеха не имел. Войска, выделенные для отражения контрудара, создали плотный сплошной фронт, а затем, возобновив наступление, деблокировали героически сражавшуюся в окружении 17-ю стрелковую дивизию полковника А. Ф. Гребнева и отбросили соединения врага в исходное положение.

В период борьбы с контрударной группировкой противника 50, 49 и 3-я армии 2-го Белорусского фронта продолжали наступление совместно с войсками 3-го Белорусского фронта, сжимая хейльсбергскую группировку. Ее положение крайне осложнилось 31 января, когда соединения 31-й армии под командованием генерала П. Г. Шафранова штурмом овладели сильнейшим опорным пунктом обороны центральных районов Восточной Пруссии — городом Хейльсберг. Мощные оборонительные рубежи Хейльсбергского укрепленного района остались в тылу наступавших. Сужение полос наступления армий по мере их продвижения в глубину позволило командующему 2-м Белорусским фронтом вывести в свой резерв сначала две дивизии 50-й армии, а с 31 января — всю 49-ю армию.

В конце месяца 2-я ударная, 65-я и 70-я армии 2-го Белорусского фронта на широком участке вышли к рекам Ногат и Висла, от залива Фришес-Хафф до Быдгощи. При этом 2-я ударная армия сменила у Эль-бинга части 5-й гвардейской танковой армии, полностью взяв на себя блокаду крепости. 65-я армия подошла к Висле и форсировала ее, захватив плацдарм в районе города Свеце. 70-я армия расширила плацдарм на Висле севернее Быдгощи.

Ожесточенные и упорные бои развернулись при ликвидации гарнизонов городов-крепостей Торунь и Эльбинг. Как уже упоминалось, 70-я армия оставила для блокады Торуни лишь небольшую часть сил и средств (ослабленную стрелковую дивизию и полк). Такое решение вытекало из ошибочной оценки действительной численности гарнизона. Командование армии считало, что в крепости находится не более 3–4 тыс., а фактически гарнизон насчитывал около 30 тыс. человек.

В ночь на 31 января войска гарнизона внезапным ударом на узком участке северо-западного сектора прорвали слабый фронт блокады. Для ликвидации прорвавшихся сил врага командующему 70-й армией пришлось привлечь шесть стрелковых дивизий, в том числе две прибывшие из резерва фронта, а также часть сил 1-го гвардейского танкового корпуса. Юго-восточнее Хелмно вырвавшаяся группировка сначала была расчленена, а 8 февраля разгромлена. До 12 тыс. солдат и офицеров были пленены, свыше 270 исправных орудий захвачено в качестве трофеев. Только небольшой части (около 3 тыс. человек) удалось прорваться на другой берег Вислы. Важную роль в успешном разгроме торуньского гарнизона сыграла 4-я воздушная армия, которая серией штурмовых ударов препятствовала планомерному отходу вражеских войск.

10 февраля решительными действиями войск 2-й ударной армии было сломлено сопротивление гарнизона Эльбинга — еще одного крупного узла коммуникаций и мощного опорного пункта вражеской обороны на пути к Данцигской бухте.

Несмотря на плохую погоду, авиация продолжала поддерживать наземные войска. За девять суток, с 31 января по 8 февраля, 4-я воздушная армия совершила 3450 самолето-вылетов, уничтожив 38 самолетов противника. За этот же период немецкая авиация произвела лишь около 300 самолето-вылетов.

Таким образом, войска 2-го Белорусского фронта завершили отсечение восточно-прусской группировки противника и, создав прочный внутренний фронт с юго-запада, выполнили поставленную им задачу.

Ударная группировка 1-го Белорусского фронта в начале февраля вышла на Одер и захватила плацдармы на его левом берегу. Между ней и армиями левого крыла 2-го Белорусского фронта, находившимися на Висле, образовался разрыв до 200 км. В связи с угрозой флангового удара противника с севера командующий 1-м Белорусским фронтом вынужден был развернуть против группы армий «Висла» армии правого крыла. Учитывая сложившуюся обстановку, Ставка Верховного Главнокомандования, как и намечалось первоначальным планом, для наступления к западу от Вислы, в Восточную Померанию, перенацелила основные силы 2-го Белорусского фронта. Своей директивой от 8 февраля она приказала фронту центром и левым крылом перейти в наступление к западу от Вислы, в дальнейшем развивая его на Штеттин, овладеть районом Данциг, Гдыня и очистить от противника побережье Балтийского моря вплоть до-Померанской бухты. Директивой Ставки, отданной на следующий день, войска 50, 3, 48-й общевойсковых и 5-й гвардейской танковой армий вместе с полосами передавались 3-му Белорусскому фронту. Это означало, что 2-й Белорусский фронт полностью освобождался от участия в Восточно-Прусской операции и его командование могло сосредоточить все внимание на боевых действиях в Восточной Померании.

Труднее, но также успешно развивалось наступление войск 3-го Белорусского фронта на кенигсбергском направлении. С 19 января в его состав по указанию Ставки была включена из 1-го Прибалтийского фронта 43-я армия под командованием генерала А. П. Белобородова. Соединения армии в тот же день совместно с 39-й армией овладели городом Тильзит. Одновременно 2-й гвардейский и 1-й танковые корпуса, нанеся удар по противнику в полосе 39-й армии, продвинулись за день до 20 км и в ночном бою овладели сильными узлами сопротивления Гросс-Скайсгир-рен и Ауловенен. 20 января с рубежа реки Инстер на стыке 39-й и 5-й армий в сражение была введена 11-я гвардейская армия. Имея впереди два танковых корпуса, она устремилась в юго-западном направлении и к исходу 21 января вышла к реке Прегель северо-восточнее Велау и на подступы к Инстербургу с севера. К этому времени войска 43-й и 39-й армий приблизились к заливу Куришес-Хафф и реке-Дейме. Инстербургская группировка врага была глубоко охвачена с северо-запада. В то же время наступление 5, 28 и 2-й гвардейской армий замедлилось из-за упорного сопротивления немецко-фашистских войск. Особенно ожесточенные бои велись на подступах к Гумбиннену. Лишь во второй половине 21 января упорство противника было сломлено и город Гумбиннен взят. Соединения 5-й армии охватили Инстербург с востока. В ночь на 22 января 11-я гвардейская армия при содействии 5-й армии начала его штурм. Враг упорно сопротивлялся, но к утру город был захвачен советскими войсками.

Потеря Гумбиннена и Инстербурга отрицательно сказалась на устойчивости обороны противника на кенигсбергском направлении. Угроза выхода советских войск на ближние подступы к Кенигсбергу стала еще более реальной. Гитлеровское командование проводило одно совещание за другим, обсуждая, какими способами и средствами задержать наступление в Восточной Пруссии. По предложению гросс-адмирала К. Деница из Дании на советско-германский фронт были переброшены 22 армейских батальона, из которых часть прибыла на Земландский полуостров. По рекам Дейме и Алле также усиливалась оборона, сюда дополнительно выдвигались резервы, различные части и подразделения. С удержанием обороны на этих реках немецко-фашистское командование связывало большие надежды. Пленные офицеры из штаба обороны Кенигсберга потом показали, что из военной истории они знали о «чуде» на Марне, где в 1914 г. французам удалось остановить немецкие армии, и теперь мечтали о «чуде» на Дейме.

Продолжая наступление, войска правого крыла фронта 23–25 января с ходу форсировали реки Дейме, Прегель и Алле, преодолели долговременные сооружения Хейльсбергского укрепленного района на севере и продвигались к Кенигсбергу. 26 января они подошли к внешнему оборонительному обводу города. Войска левого крыла фронта, преследуя соединения 4-й армии противника, к исходу дня полностью овладели сооружениями Летценского укрепленного района и вышли на рубеж западнее Мазурских озер.

Таким образом, войска 3-го Белорусского фронта, несмотря на ожесточенное сопротивление врага, опиравшегося на глубоко эшелонированную систему оборонительных рубежей и укрепленных районов, продвинулись до 120 км. С падением Ильменхорстского и Летценского укрепленных районов и выходом войск 2-го Белорусского фронта на побережье Балтийского моря обстановка для противника значительно ухудшилась, но он еще был способен продолжать борьбу.

По мере успешного продвижения советских войск на кенигсбергском направлении сопротивление врага возрастало. В последних числах января немецко-фашистское командование предприняло еще одну попытку усилить свою группировку на подступах к Кенигсбергу за счет эвакуации дивизий, оборонявших плацдарм в районе Клайпеды. Однако войска 1-го Прибалтийского фронта — командующий генерал И. X. Баграмян, начальник штаба генерал В. В. Курасов, — своевременно вскрыв подготовку противника к эвакуации, 27 января перешли в наступление. 4-я ударная армия генерала П. Ф. Малышева смяла противостоявшие вражеские части и на следующий день полностью освободила Клайпеду. В этих боях немалая заслуга принадлежит воинам 16-й Литовской стрелковой дивизии. Остатки клайпедского гарнизона бежали по косе Курише-Нерунг на Земландский полуостров, где влились в состав войск, оборонявших Кенигсберг. В ходе боевых действий за Клайпеду войсками 4-й ударной армии было завершено освобождение Литовской Советской Социалистической Республики от гитлеровских захватчиков.

Осуществляя наступление по всему фронту и направляя удары на Кенигсберг, командующий 3-м Белорусским фронтом стремился как можно быстрее изолировать кенигсбергский гарнизон от сил, действовавших западнее и южнее города. Выполняя эту задачу, 39-я армия 29 января вплотную подошла к Кенигсбергу с северо-востока и севера, а спустя двое суток ее соединения достигли залива Фришес-Хафф западнее города, отрезав таким образом гарнизон крепости от войск на Земландском полуострове. В это же время авиация фронта и флота нанесла удары по гидротехническим сооружениям Кенигсбергского морского канала и частично вывела его из строя. Вход транспортных судов в гавань Кенигсберга оказался перекрытым. В связи с этим потребность в перевозках к Пиллау сушей стала для гитлеровцев особенно острой. Войска 11-й гвардейской армии, наступавшие вдоль левого берега реки Прегель, обошли Кенигсберг с юга и 30 января вышли к заливу, перерезав автостраду, которая ведет в Эльбинг. В результате советские войска не только отсекли восточно-прусскую группировку, но и расчленили ее на три изолированные части.

Решительные действия войск фронта по расчленению группы армий «Север» и их изоляции вызвали растерянность среди фашистского руководства. Враг отступал столь поспешно, что не успевал приводить в негодность промышленные предприятия и транспортные средства, нетронутыми оставались склады и арсеналы. Воспользовавшись замешательством в стане противника, разведчики подключили к его электросети командные пункты 39-й и 11-й гвардейской армий, которые в течение двух суток пользовались электроэнергией, подаваемой из Кенигсберга.

Немецко-фашистское командование предприняло отчаянные усилия с целью деблокировать Кенигсберг и восстановить сухопутные связи со всеми группировками. Юго-западнее города, в районе Бранденбурга, оно сосредоточило танковую и моторизованную дивизии и несколько пехотных частей, которые использовало 30 января для нанесения удара вдоль залива Фришес-Хафф на север. Ценой больших потерь противнику удалось потеснить части 11-й гвардейской армии и восстановить связь с Кенигсбергом. Однако этот успех оказался кратковременным. К 6 февраля войска 11-й гвардейской и 5-й армий снова перерезали автостраду, прочно изолировав Кенигсберг с юга, а войска 43-й и частично 39-й армий в упорной борьбе отбросили дивизии врага от Кенигсберга в глубь Земландского полуострова, образовав внешний фронт окружения.

Таким образом, в течение четырех недель большая часть территории Восточной Пруссии и Северной Польши была очищена от немецко-фашистских войск, созданная здесь глубоко эшелонированная оборона сокрушена, а врагу нанесен серьезный урон в живой силе и технике. За время боев только пленными противник потерял около 52 тыс. солдат и офицеров. Советские войска захватили в качестве трофеев более 4,3 тыс. орудий и минометов, 569 танков и штурмовых орудий, 335 бронемашин и бронетранспортеров, свыше 13 тыс. автомашин, 1704 военных склада. Планы немецко-фашистского командования на восстановление сухопутных связей между группировками были сорваны и созданы условия для их уничтожения.

Оглавление. Завершение разгрома фашистской Германии

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.