Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Окружение немецко-фашистских войск в Руре в 1945 г.

Сокрушительные удары Советских Вооруженных Сил на востоке, а также успешные наступательные действия союзных войск на западе поставили вермахт перед фактом неминуемого краха. Гитлеровская клика металась в поисках выхода из создавшегося положения. Западногерманский историк В. Гёрлитц писал, что «высшие руководители партии и государства вели себя как ожидающие ареста гангстеры одной шайки, когда каждый пытается спасти собственную шкуру» {469}. В правящих кругах Германии вынашивались различные планы, чтобы любой ценой не допустить дальнейшего продвижения советских войск на запад. Никаких планов активных действий войск на западе немецко-фашистское командование уже не намечало. Оно думало лишь о сдерживании армий противников с целью выигрыша времени в ожидании разлада и потрясений внутри антигитлеровской коалиции.

Обстановка на западном фронте, сложившаяся к концу марта, являлась исключительно благоприятной для союзников. Германские войска, которые понесли большие потери при отходе с левого берега Рейна, были очень ослаблены. Общие силы всех дивизий, хотя их имелось более 60, были [249] эквивалентны лишь 26 дивизиям полного состава. Моральный и боевой дух немецко-фашистских войск вследствие крупных поражений на востоке и западе был серьезно подорван. Недостаток сил и средств не позволял командованию вермахта создать сколько-нибудь прочную оборону на всем западном фронте. Даже рурское направление, наиболее ответственное в стратегическом отношении, было прикрыто слабо. Малочисленные резервы не могли оказать эффективное влияние на успешную оборону.

В феврале — марте американо-английское командование перебросило на западный фронт новые силы — 8 дивизий с Британских островов, из Италии и США. Группировка союзных войск к началу апреля насчитывала здесь 91 дивизию, из них 61 американскую, 14 английских, 10 французских, 5 канадских, польскую, а также 21 отдельную бригаду (в том числе по одной чешской, польской, датской и бельгийской) {470}. Все соединения, как правило, были полностью укомплектованы. Союзные сухопутные войска превосходили противника по численности более чем в три раза. Преимущество американо-английских военно-воздушных сил по-прежнему оставалось подавляющим. Их авиация безраздельно господствовала в воздухе и имела возможность надежно обеспечить проведение операций наземных войск, а также выброску крупных воздушно-десантных соединений в тыл противника.

Немецкие военнопленные на улицах города Кёльн. Март 1945 г.
Немецкие военнопленные на улицах города Кёльн. Март 1945 г.

Общий замысел союзного командования на наступление с рубежа реки Рейн сводился к следующему: силами 21-й группы армий нанести удар к северу от Рурского промышленного района, а соединениями 12-й группы армий — из районов северо-западнее Кобленца и юго-западнее Франкфурта-на-Майне. Эти удары были направлены по сходящимся направлениям на Кассель с целью окружения войск группы армий «Б» в Руре. В дальнейшем предполагалось основными силами развить наступление в глубь Германии.

Главные усилия 21-й группы армий сосредоточивались для наступления на 100-километровом фронте Эммерих, Дюссельдорф, где были развернуты 2-я английская и 9-я американская армии. Всего в их составе имелось 24 дивизии и 12 отдельных бригад, в том числе 7 дивизий и 7 отдельных бригад бронетанковых. Кроме того, в составе группы армий действовал 18-й воздушно-десантный корпус (6-я английская и 17-я американская дивизии). Для поддержки наступления выделялось свыше 4 тыс. самолетов. 2-я английская армия (3 корпуса), а также приданные ей 2-й канадский и 18-й воздушно-десантный корпуса (всего 14 дивизий и 12 отдельных бригад, в том числе 4 дивизии и 7 бригад бронетанковых, а также 2 воздушно-десантные дивизии), имея 3 корпуса в первом эшелоне и 1 во втором, получили задачу форсировать Рейн на фронте Эммерих, Везель, захватить плацдарм на правом берегу реки и в дальнейшем развивать наступление в восточном направлении в обход Рура с севера. 9-я американская армия (3 корпуса) в составе 12 дивизий, из них 3 бронетанковые, имея основные силы в одном эшелоне и 3 дивизии в резерве, должна •была форсировать Рейн к югу от Везеля, захватить плацдарм и в последующем продвигаться на северо-восток.

Для содействия войскам 21-й группы армий с фронта в ближайшем тылу противника планировалось высадить крупный воздушный десант северо-восточнее города Везель. Проведение этой операции возлагалось на 18-й воздушно-десантный корпус, для переброски которого выделялось 1595 транспортных самолетов и 1347 планеров {471}. Дивизии этого корпуса [250] должны были высадиться вскоре после переправы передовых отрядов пехотных соединений на правый берег реки в 8 — 15 км к востоку от Рейна в пределах досягаемости огня артиллерии среднего калибра. Задача воздушных десантов заключалась в захвате важных в тактическом отношении участков местности, что нарушило бы оборону противника в районе Везеля. Кроме того, это позволило бы не допустить подхода его резервов, расширить плацдарм, захваченный наземными войсками, и обеспечить 2-й армии проведение дальнейших наступательных действий.

Река Рейн в полосе форсирования представляла весьма серьезную водную преграду. Союзное командование провело тщательную подготовку войск, а также предприняло меры по всестороннему материально-техническому обеспечению форсирования этого рубежа. Было доставлено достаточное количество разнообразных переправочных средств, подготовлено и сосредоточено необходимое имущество для наводки переправ, накоплены большие запасы различных видов снабжения. Для перевозки войск и техники помимо десантных судов привлекались все танки-амфибии и другие специальные машины, имевшиеся в 21-й группе армий.

Большое внимание уделялось наводке мостов после форсирования реки главными силами первого эшелона. Всего было запланировано навести десять таких мостов (четыре свайных, два тяжелых понтонных и четыре наплавных различной грузоподъемности), из них четыре в полосе 2-й английской и шесть в полосе 9-й американской армий. Для руководства использованием десантно-переправочных средств и инженерно-саперных войск была создана специальная группа берегового контроля.

При подготовке операции по форсированию Рейна важное место отводилось мероприятиям по достижению внезапности: тщательно маскировались все передвижения и работы на тех направлениях, где намечалось форсирование; широко имитировались ложные участки форсирования; в оперативном тылу проводилась подготовка войск, предназначавшихся для операции; войска занимали исходное положение перед самым началом наступления.

Форсированию предшествовали длительные и мощные авиационные удары. «В последнюю неделю февраля, — вспоминал британский премьер-министр, — авиация начала бомбардировку района от Бремена до Кобленца, с тем чтобы отрезать противника от арсеналов Рура и изолировать район боевых действий... В течение двух недель, предшествовавших наступлению, тяжелые бомбардировщики английских военно-воздушных сил, а также 8-й и 9-й американских воздушных армий сбросили около 50 тыс. тонн бомб. Средние бомбардировщики и истребители-бомбардировщики, а также огромные силы истребительной авиации объединили свои усилия с целью изолировать район боевых действий и вызвать хаос и разрушения в Западной Германии» {472}.

Для нарушения работы транспортной системы Рура в период с 1 по 21 марта тяжелые и средние бомбардировщики совершили около 11 тыс. самолето-вылетов, сбросив свыше 31,6 тыс. тонн бомб {473}. Авиация союзников ежедневно совершала мощные массированные налеты на промышленные объекты и коммуникации противника, его оборонительные сооружения и группировку войск. Только авиация США в течение недели произвела более 50 тыс. самолето-вылетов. В результате многократных налетов на тылы врага были разрушены важнейшие мосты и узлы коммуникаций, расположенные на линии Бремен, Падерборн, Кобленц, что в значительной [251] мере затруднило сообщение немецко-фашистских войск, оборонявших Рурский промышленный район, с остальной территорией Германии.

За трое суток до начала наступления наземных войск авиация нанесла мощные удары по железнодорожным мостам на реке Эмс, узлам дорог и другим объектам к западу от условной линии Зволле, Линген, Рейне, Мюнстер, Хамм. За сутки перед форсированием реки ударам авиации подверглись опорные пункты и артиллерийские позиции противника в тактической зоне обороны. Особенно сокрушительный бомбовый удар был нанесен по городу Везель.

Операция по форсированию Рейна началась 23 марта в 21 час во 2-й английской, а через пять часов в 9-й американской армиях. Перед наступлением пехоты была проведена артиллерийская подготовка, продолжавшаяся в течение часа. Для непосредственной поддержки войск 21-й группы армий, форсировавших Рейн, в период авиационной подготовки американо-английская авиация совершила свыше 16 тыс. самолето-вылетов.

В полосе 30-го армейского корпуса 2-й английской армии четыре батальона 51-й пехотной дивизии начали форсирование точно в назначенное время. Через несколько минут поступило донесение, что передовые подразделения достигли противоположного берега. Уже к утру 24 марта высадившиеся на правый берег Рейна соединения 30-го корпуса заняли плацдарм глубиной до 4 км. Успешно форсировали реку войска 12-го корпуса 2-й английской армии и 16-го корпуса 9-й американской армии. Дивизии первых эшелонов этих корпусов к утру 24 марта захватили плацдармы в своих полосах. При этом части 12-го корпуса овладели городом Везель. Сопротивление немецко-фашистских войск оказалось настолько незначительным, что действия союзников скорее напоминали выполнение инженерной задачи, чем тактический маневр {474}. 26 марта Эйзенхауэр в письме Маршаллу сообщал, «что наши потери убитыми во время форсирования составили 15 человек в одной дивизии первого эшелона и 16 человек — в другой» {475}. «...Кризис, вызванный угрозой со стороны русских, — писал Б. Лиддел Гарт, — заставил немцев принять роковое решение пожертвовать обороной Рейна ради обороны Одера с тем, чтобы задержать русских... Наступавшим англо-американским войскам был облегчен не только выход к Рейну, но и его форсирование» {476}.

Как и намечалось по плану, высадка воздушно-десантных войск началась утром 24 марта. Действия их после перехода в наступление сухопутных войск с фронта явились полной неожиданностью для немецко-фашистского командования. Правда, огнем зенитной артиллерии 53 транспортных самолета были уничтожены, а 440 других сильно повреждены. Сопротивление же германских войск в районах приземления десантных сил было незначительным. Это способствовало тому, что высадка с планеров и сбрасывание парашютистов производились в намеченных пунктах довольно точно, а боеприпасы были подобраны почти полностью. Быстро осуществлялось сосредоточение десантников в местах сбора, потери их оказались небольшими.

В течение двух часов в район высадки 18-го воздушно-десантного корпуса было доставлено в общей сложности более 17 тыс. человек, 286 орудий и минометов, 614 легких бронеавтомобилей, сотни тонн боеприпасов, бензина и продовольствия {477}. Действуя организованно, [252] воздушно-десантные войска выполнили стоявшие перед ними задачи, захватили несколько крупных населенных пунктов к северу от Везеля. Во второй половине 24 марта воздушно-десантные части соединились с войсками, наступавшими с фронта. К исходу первого дня наступления войска 21-й группы армий захватили на правом берегу Рейна несколько плацдармов глубиной от 10 до 12 км.

За первые сутки операции авиация союзников совершила до 8 тыс. самолето-вылетов, не считая транспортировку воздушных десантов, доставку боеприпасов и продовольствия. Все основные оборонительные сооружения, артиллерийские позиции, а также другие объекты подвергались неоднократным бомбовым ударам и обстрелу с бреющего полета. Немецкая авиация оказалась не в состоянии существенно противодействовать наступавшим: в течение дня было зарегистрировано не более 150 самолето-вылетов.

С захваченного в первый день операции плацдарма союзные войска продолжали наступать в восточном направлении. К исходу 28 марта они расширили его к северу от Рура до 60 км по фронту и 35 км в глубину. По существу, противник прекратил здесь сопротивление {478}. К этому времени через реку было наведено не менее 26 мостовых переправ. Для наступления в обход Рурского промышленного района с севера создались благоприятные условия. Но Б. Монтгомери, все еще считая, что немецкая армия способна оказать серьезное сопротивление, не давал санкции на продолжение продвижения на восток, пока на плацдарме не была создана группировка в 20 дивизий и 1500 танков {479}.

В это время войска 12-й группы армий (1-я и 3-я американские армии), имевшей в своем составе 25 дивизий, в том числе 7 бронетанковых, развернули наступление с плацдармов в районах Ремагена и Оппенгейма. Войска 1-й американской армии, прорвав оборону противника с ремагенского плацдарма, быстро продвигались в юго-восточном направлении. Соединения 3-й армии, наступавшие с оппенгеймского плацдарма, 25 марта овладели городом Дармштадт, захватили мосты через реку Майн в районе к западу от Франкфурта и вступили на его окраины. С 26 марта организованное сопротивление германских войск в полосе наступления 12-й группы армий, которое, по словам Эйзенхауэра, и до этого было незначительным, почти полностью прекратилось {480}. К исходу 28 марта войска группы армий вышли на рубеж Гисен, Франкфурт-на-Майне, Ашаффенбург, а передовые части 1-й американской армии подошли к Марбургу.

В конце марта на южном крыле фронта перешла в наступление 6-я группа армий. В ночь на 26 марта соединения 7-й американской армии приступили к форсированию Рейна на 25-километровом участке к югу от Мангейма, переправились на правый берег реки и начали продвигаться в восточном направлении. В это же время войска 1-й французской армии форсировали Рейн в районе севернее Карлсруэ и, развивая наступление на Гейдельберг, к югу от этого города соединились с частями 7-й американской армии. К концу марта 6-я группа армий создала на правом берегу Рейна плацдарм до 50 км по фронту и 40 км в глубину.

Таким образом, в результате успешных действий союзников были созданы условия для окружения немецко-фашистских войск в Рурском промышленном районе и продвижения в глубь Германии. Д. Эйзенхауэр [253] в личном послании И. В. Сталину от 28 марта сообщал, что в его ближайшие планы входят окружение и разгром войск противника, оборонявших Рур, а также изоляция этого района от остальной части Германии. Эту задачу он предполагал выполнить наступлением в обход Рура с севера и от Франкфурта-на-Майне через Кассель до тех пор, пока враг не будет окружен. «Я рассчитываю, — продолжал он, — что эта фаза операции завершится в конце апреля, а может быть, и ранее, и моя следующая задача будет состоять в рассечении остальных войск противника посредством соединения с Вашими армиями» {481}. Наилучшее направление, на котором, по его мнению, можно осуществить встречу, — это Эрфурт, Лейпциг, Дрезден, так как именно сюда двинутся основные правительственные учреждения рейха {482}. Как следует из планов Эйзенхауэра, он намеревался перенести главный удар своих войск с северного направления на центральное южнее Берлина. Это объяснялось общей обстановкой, сложившейся к этому времени на советско-германском и западном фронтах.

Изменение планов действий американо-английских войск в Западной Европе по сравнению с теми, которые были согласованы западными союзниками на Мальте, и особенно личное обращение генерала Д. Эйзенхауэра к И. В. Сталину, вызвали неудовольствие и раздражение со стороны комитета начальников штабов Великобритании. Английские военные руководители были по-прежнему убеждены, что главный удар должен быть нанесен на севере силами 21-й группы армий, имея в виду прежде всего овладение германскими портами на Северном и Балтийском морях и захват Дании. По их мнению, американо-английские войска должны продвинуться как можно дальше на восток, чтобы «вести переговоры с русскими с позиции силы» {483}. Английских начальников штабов поддержал Черчилль. Британский премьер считал, что в новом плане Эйзенхауэра недооценивалось военное и политическое значение Берлина. Чтобы оказать воздействие на комитет начальников штабов США, он направил 1 апреля Рузвельту телеграмму, в которой писал: «Я полагаю... что, если бы нам представилась возможность овладеть Берлином, это, конечно, следовало бы сделать» {484}. Черчилль предлагал Объединенному комитету начальников штабов критически отнестись к новому плану Эйзенхауэра.

Однако американский комитет начальников штабов принял точку зрения Эйзенхауэра. Его представители не хуже англичан понимали большое значение Берлина, но исходили из того, что неблагоразумно предпринимать главный удар на столицу Германии в то время, когда на Одере в 60 км от города уже сосредоточено свыше 1 млн. советских войск, а основные силы западных союзников еще находятся на рубеже Рейна. Доказывая целесообразность своего плана, Эйзенхауэр писал Маршаллу: «Я пытался подчеркнуть, что мое наступление в район Лейпцига является не только правильным направлением для решающего удара, так как он ведет к полному расчленению противника, но и предоставляет мне максимальную мобильность. В любое время, когда мы сможем взять Берлин без больших потерь, мы, конечно, это сделаем. Но я полагаю, что неразумно, с военной точки зрения, в данных условиях делать Берлин главной целью, особенно если учесть тот факт, что от него до русских позиций всего 35 миль. Я первый признаю, что война ведется в политических целях, и если Объединенный комитет начальников штабов решит, что взятие Берлина войсками западных [254] союзников имеет значение большее, чем чисто военные соображения на этом театре, то я с готовностью внесу необходимые изменения в свои планы...» {485} Аргументы Эйзенхауэра убедили Объединенный комитет начальников штабов, в котором американцы играли ведущую роль.

Возражения англичан против планов Эйзенхауэра не нашли поддержки и у президента Рузвельта. В ответ на телеграмму Черчилля от 1 апреля президент США сообщил: «...мне кажется, директива генерала Эйзенхауэра от 2 апреля предусматривает все и, возможно, немножко больше для севера, чем предусматривалось решениями, принятыми на Мальте. Лейпциг находится недалеко от Берлина и вполне входит в пределы центрального направления общих усилий. В то же время для английской армии выделены, как мне кажется, вполне логично, обоснованные цели на северном фланге» {486}.

Американцы, так же как и англичане, были не прочь взять Берлин раньше Советской Армии. Но они более реально оценивали сложившуюся обстановку и свои возможности. Главнокомандующий союзными войсками Д. Эйзенхауэр учитывал и то обстоятельство, что наступление на столицу Германии в полосе 21-й группы армий сопряжено со значительными трудностями, связанными с сильно пересеченной местностью к востоку от Эльбы и наличием большого количества водных преград. Он сделал вывод, что наиболее благоприятные условия для стремительного продвижения союзных армий в глубь Германии, а в случае целесообразности и к Берлину, сложились в центре западного фронта, где организованная оборона противника фактически распалась и американские войска добились наибольшего успеха. При этом он нисколько не преуменьшал значение северного направления. Напротив, с точки зрения Эйзенхауэра, сосредоточение сил 21-й группы армий с целью захвата побережья Балтики имело большие политические выгоды.

Главнокомандующий союзными войсками считал более важным нанести удар в центре на Лейпциг с целью рассечь силы противника западнее Эльбы и левым флангом выйти на Балтийское побережье близ Любека, чтобы воспрепятствовать занятию советскими войсками Шлезвиг-Гольштейна.

В соответствии с общим планом дальнейшего ведения операций в Германии, который был выработан в конце марта, союзным войскам ставились следующие задачи. 21-я группа армий должна была основными силами развивать наступление к северу от Рура в восточном и северо-восточном направлениях с целью захвата Северо-Западной Германии. Действовавшая на правом крыле 9-я американская армия получила задачу наступать в общем направлении на Падерборн, охватить с севера рурскую группировку противника и соединиться с войсками 12-й группы армий в районе Падерборн, Кассель. 2-й английской армии надлежало развивать наступление в общем направлении на Бремен, а, 1-й канадской армии захватить Арнем и очистить от немецко-фашистских войск северо-восточную часть Голландии. 12-й группе армий ставилась задача основными силами наступать из района Франкфурта-на-Майне в направлении Касселя с целью охвата с фланга и тыла рурской группировки противника и соединения с войсками 21-й группы армий в районе Падерборн, Кассель. 1-я американская армия на левом крыле группы армий должна была развивать наступление в направлении Марбург, Падерборн и во взаимодействии с войсками 9-й американской армии завершить окружение группировки противника в Рурском промышленном районе. Обеспечение наступления 12-й группы армий с юга возлагалось на 6-ю группу армий. [255]

Союзные войска 23 марта начали наступление с занятых на правом берегу Рейна плацдармов. Соединения 9-й американской армии, преодолевая слабое сопротивление противника, стремительно продвигались в восточном направлении. Обойдя рурскую группировку с севера, они 1 апреля вышли в район Липштадта. Часть сил, наступавшая в северо-восточном направлении, к 4 апреля достигла реки Везер. Войска 2-й английской армии в последних числах марта и первых числах апреля вели наступление на бременском направлении. 3 апреля они заняли Мюнстер и Оснабрюк, а на следующий день подошли к Миндену.

Войска 1-й канадской армии к 5 апреля продолжали вести бои в районе Арнема. Овладев этим городом, они начали развивать наступление в северном и северо-восточном направлениях, а войска 12-й группы армий — на восток и северо-восток. 29 марта американские войска заняли Франкфурт-на-Майне, 4 апреля вступили в Кассель. Соединения 1-й американской армии быстро продвинулись на северо-восток и к концу марта вышли в район Падерборн, Липштадт. 1 апреля 3-я бронетанковая дивизия 7-го армейского корпуса 1-й американской армии в районе Липштадта соединилась со 2-й бронетанковой дивизией 19-го армейского корпуса 9-й американской армии, тем самым завершив окружение рурской группировки противника, которая насчитывала 18 дивизий — всего около 325 тыс. человек {487}.

В первых числах апреля войска вермахта предприняли попытки прорвать фронт окружения в районе Хамма на северном, а в районе Зигена на южном флангах. Однако ни одна из них не увенчалась успехом. Положение осложнялось еще и тем, что быстро наступавшие союзные армии смогли создать внешний фронт окружения, а в связи с этим исключалась реальная помощь из других районов Германии. Окруженные войска были полностью деморализованы. Кроме того, ощущался острый недостаток боевой техники и вооружения, боеприпасов и различных видов снабжения {488}. Тем не менее немецко-фашистское руководство решило удерживать Рур, чтобы сковать здесь американо-английские войска и не дать возможности использовать их на других участках фронта. Но эти надежды не оправдались. На ряде участков фронта немецкие части прекращали сопротивление и складывали оружие.

Наступление союзных войск с целью ликвидации войск противника в районе Рура проводилось в соответствии с установками директивы Эйзенхауэра от 2 апреля {489}.

С севера союзное командование нацелило два корпуса 9-й, а с юга два корпуса 1-й американских армий. 14 апреля эти группировки соединились и немецкие войска в Руре оказались разрезанными на две части. На следующий день войска 1-й американской армии, расширив образовавшийся коридор, повернули на запад и восток, чтобы ускорить ликвидацию группировки противника. Окончательное поражение группы армий «Б» явилось делом нескольких дней. Ее командующий фельдмаршал В. Модель отдал приказ прекратить сопротивление с 17 апреля и объявил о расформировании своих войск. Солдатам старших и младших возрастов разрешалось разойтись по домам, а окруженным гарнизонам сдаться в плен. Остальные солдаты и офицеры должны были попытаться пробиться из окружения. Сам Модель застрелился. 18 апреля германские войска полностью прекратили сопротивление в Руре. С 1 по 18 апреля союзники взяли в плен 317 тыс. солдат и офицеров противника, в том числе 24 генерала. [256]

Окружение и ликвидация рурской группировки противника были осуществлены при подавляющем превосходстве союзных войск в силах и средствах. Кроме того, в распоряжении немецко-фашистского командования отсутствовали резервы, а в связи с крупными поражениями на советско-германском фронте и на западе боеспособность войск резко снизилась. У окруженной группировки недоставало не только танков, артиллерии, но и автомашин, средств связи и вообще самых необходимых предметов снабжения. Это наступление выглядело, писал Ф. Погью, «как маневры мирного времени, проводимые со всеми техническими средствами современной войны» {490}.

В Рурской операции американо-английским войскам удалось быстро выйти в тыл войск противника, а затем создать прочный внешний фронт окружения. В связи с этим получение какой-либо реальной помощи из внутренних районов Германии фактически исключалось. Эти обстоятельства определили безвыходность положения окруженной группировки и беспорядочную сдачу в плен ее солдат и офицеров.

Оглавление. Завершение разгрома фашистской Германии

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.