Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Крушение экономики фашистской Германии в 1945 г.

В 1945 г. экономическое положение Германии быстро ухудшалось. Под ударами вооруженных сил СССР, США и Англии она потеряла не. только захваченные территории на востоке и западе, но и ряд собственных важных экономических районов. В результате резко усилилась дезорганизация экономики страны. Значительно сократились поступления из нейтральных стран: Турция прекратила поставки хромовой руды и других видов стратегического сырья; Испания, отрезанная от Германии, не могла больше оказывать ей какую-либо помощь; ухудшились отношения с правящими кругами Швеции, откуда ранее вывозились железная руда, вооружение и другие военные материалы, (особое место среди них занимали шарикоподшипники). Оказавшаяся в состоянии международной изоляции, Германия переживала глубокий военно-политический и экономический кризис.

Несмотря на то что военное поражение фашистской Германии было совершенно очевидным, немецкие монополии предпринимали отчаянные усилия, чтобы обеспечить военную машину всем необходимым для продолжения войны. Однако начавшийся во второй половине 1944 г. спад военного производства по мере ухудшения положения на фронтах все более нарастал. Добыча угля (включая оккупированные страны), составлявшая в июле 1944 г. 26,3 млн. тонн, в январе 1945 г. снизилась до 11,8 млн. тонн, в феврале — до 7 млн. тонн. В середине марта вся ежедневная добыча каменного угля составляла лишь 40 тыс. тонн, или 8 процентов количества, поступавшего год назад. В основном уголь шел на обеспечение транспорта и заводов по производству синтетического бензина. Электростанции, газовые заводы, военная и пищевая промышленность получали уголь только за счет сокращения поставок транспорту. Кризис в угольной промышленности еще более обострился после отступления немецко-фашистских войск из Верхней Силезии, которая еще в ноябре 1944 г. давала половину всей добычи угля в стране. В конце марта, когда советские войска заняли Рибницкий район (в оставшейся части Верхней Силезии), дневная добыча каменного угля в Германии упала до 4 процентов от добычи, полученной в начале 1944 г. В Германии имелись значительные запасы бурого угля, добыча которого также резко сократилась из-за потери буроугольного бассейна на левом берегу Рейна. В середине февраля 1945 г. Германия лишилась более 18 процентов всех мощностей по добыче бурого угля. Подача вагонов под бурый уголь, составлявшая в октябре 1944 г. примерно 20 тыс. вагонов в день, в конце марта 1945 г. снизилась до 9 — 13 тыс. вагонов {857}.

Бункер на одном из специальных предприятий фашистской Германии по изготовлению самолётов-снарядов Фау-1. 1945 г.
Бункер на одном из специальных предприятий фашистской Германии по изготовлению самолётов-снарядов Фау-1. 1945 г.

Страна располагала мощной сетью электростанций, которые в основном обеспечивали потребности страны, однако трудности со снабжением углем неизбежно вели к ухудшению их работы. В январе — феврале 1945 г. по сравнению с концом 1944 г. недоиспользование мощностей электростанций значительно возросло. С целью преодоления энергетического кризиса было сокращено потребление электроэнергии для бытовых целей и мелких предприятий, практиковалась также передача электроэнергии от одних крупных промышленных потребителей другим. Но эти меры не могли устранить трудности, а лишь перемещали их из одной отрасли промышленности в другую. Значительное количество электростанций было отключено в связи с продвижением советских войск в глубь Германии. Большие затруднения в снабжении электроэнергией имели место также в Австрии. В марте 1945 г. вся электросеть Германии распалась на отдельные звенья. [432]

Не менее сильно оказалось подорванным и газовое хозяйство страны. До февраля — марта 1945 г. количество газа в газопроводах Рура и Саара сократилось на одну треть. В Средней Германии подача газа уменьшилась на две пятых {858}. Причиной послужили вывод из строя мощностей, совершенно недостаточное снабжение углем и воздушные бомбардировки; газопроводов.

Развал угольного, электроэнергетического и газового хозяйства оказал катастрофическое влияние на производство вооружения, а также основных видов сырья, обрабатывающую и строительную промышленность, машиностроение.

Острый характер принял в Германии кризис жидкого горючего. Баланс его складывался из собственной добычи нефти, производства синтетического горючего и ввоза из-за границы. После потери румынской нефти положение еще более обострилось. Воздушные налеты американо-английской авиации на важнейшие предприятия по производству жидкого топлива привели к тому, что с мая 1944 г. по февраль 1945 г. было недополучено 2,8 млн. тонн жидкого топлива {859}.Поступление его из западной части Венгрии и Австрии в связи с вступлением туда советских войск к середине апреля 1945 г. было полностью прекращено.

Производство авиационного бензина в 1945 г. составляло: в январе — 11 тыс. тонн, в феврале — 1 тыс. тонн, в марте он не производился. Обычного бензина было произведено за эти три месяца 139 тыс. тонн, а дизельного топлива — 180 тыс. тонн. Таким образом, общее количество жидкого горючего, произведенного в январе — марте, было немногим более 331 тыс. тонн, в то время как в эти же месяцы 1944 г. оно достигало 1173 тыс. тонн {860}. Подобное положение с бензином, особенно с сортами, необходимыми для авиационных двигателей, заставляло гитлеровцев метаться в поисках выхода. Немецко-фашистское руководство полагало, что снабжение вермахта горючим будет всецело зависеть от планомерной работы предприятий, производивших синтетическое горючее {861}. С этой целью была разработана программа строительства подземных заводов. Предусматривалось создание семи крупных и большого количества мелких предприятий, обеспечивающих производство 300 тыс. тонн жидкого топлива в месяц. Однако к марту удалось ввести в действие предприятия, выпускавшие лишь 52 тыс. тонн жидкого топлива в месяц. Запасы авиационного бензина в апреле составили 11 тыс. тонн (при месячной потребности 195 тыс. тонн) {862}, вследствие этого немецко-фашистское командование вынуждено было резко сократить вылеты своих самолетов {863}.

Энергетический кризис имел тяжелые последствия для транспорта, военного производства и всех важных отраслей экономики. Возможности военного производства уменьшились, а потери вооружения на полях сражений возросли. Отступая, германские войска бросали огромное количество боевой техники и снаряжения. Например, с 1 июня 1944 г. по 1 марта 1945 г. они лишились 3,5 млн. винтовок {864}. Хотя военная промышленность продолжала еще выпускать в значительных количествах некоторые виды вооружения и боеприпасов (в первом [433] квартале 4945 г. было произведено 125,1 тыс. автоматических винтовок, 87,6 тыс. автоматов), возместить потери было уже невозможно {865}. В феврале складские запасы оружия были в основном израсходованы. Вследствие этого военно-воздушные и военно-морские силы оказались не в состоянии вооружить из своих запасов созданные ими формирования, предназначенные для действий в качестве пехоты. Особенно остро сказывался недостаток тяжелого вооружения. В связи с этим командование вермахта требовало, чтобы войска более энергично и широко применяли ручное огнестрельное оружие.

В декабре 1944 г. германской промышленностью было выпущено 31,5 тыс. пулеметов, 2760 полевых орудий и 3950 минометов различных калибров, в феврале 1945 г. эти показатели значительно уменьшились и составляли 25,4 тыс. пулеметов, 1040 орудий и 2235 минометов {866}. Не лучше обстояло и с производством танковой техники. Если в январе 1945 г. было выпущено 684 танка и 1025 штурмовых орудий, то в феврале — 510 танков и 697 штурмовых орудий. Таким образом, выпуск танков сократился на 25 процентов, а штурмовых орудий на треть {867}. В последующем их производство снижалось еще быстрее.

Угрожающим стало положение с производством боеприпасов. В феврале на фронт ежедневно отправлялось только 8 — 9 поездов с боеприпасами, в то время как в последнем квартале 1944 г. — 48 поездов {868}.

Перенесение военных действий на территорию Германии и систематические налеты авиации на крупные узлы железнодорожного и водного транспорта привели к полной его дезорганизации. Неуклонно снижалось количество подвижного состава, дневная подача вагонов непрерывно уменьшалась. Если в июле 1944 г. она составляла 136 тыс. вагонов, то в январе 1945 г. — 70 тыс., а в марте — только 15 тыс. вагонов {869}, то есть количество подаваемых под погрузку вагонов уменьшилось в девять раз. В связи с этим возникали большие трудности для военных перевозок и транспортировки других важных грузов.

Все это вынуждало немецкое руководство изо дня в день сокращать перечень перевозимых грузов, а также изыскивать новые формы управления транспортом, которые должны были улучшить его работу. 10 февраля Гитлер приказал создать транспортный штаб, подчиненный непосредственно министру вооружений и военного производства Германии Шпееру. Штаб должен был строго регулировать очередность железнодорожных перевозок, не допуская транспортировки второстепенных грузов. Требовалось улучшить эксплуатацию подвижного состава. В качестве одной из мер для восстановления транспортной сети было предусмотрено использование 2 млн. рабочих и военнопленных {870}. Рабский труд на протяжении войны был обычным явлением, которое полностью соответствовало человеконенавистнической идеологии и расовой политике германского фашизма. Обострившийся в марте кризис на транспорте привел к расшатыванию всей экономики страны, приближая час окончательного краха фашистской Германии.

В целях более эффективного использования экономики в интересах войны военно-политическое руководство Германии, как известно, создало мощный аппарат, главным звеном которого стало имперское министерство [434] вооружений и военного производства. На него возлагалась задача централизованного руководства производством вооружения, всей военной техники и материалов. Однако в начале 1945 г. эта централизация не привела к улучшению положения. В результате наступления советских и союзных войск, а также воздушных бомбардировок в Германии создалась чрезвычайно трудная обстановка. Дезорганизация транспорта вызывала все большую изоляцию отдельных экономических районов. Шпеер, совершивший поездку во фронтовые районы, пришел к выводу, что в сложившейся обстановке осуществлять централизованное управление производством вооружения становилось практически невозможно {871}.

Имперское министерство вооружений и военного производства вынуждено было перейти к децентрализованной системе управления военной промышленностью. Были созданы шесть крупных округов, или промышленных районов, имевших задачу организовать по системе замкнутого круга производство вооружения и других военных материалов для удовлетворения непосредственных потребностей фронта. Во главе округов стояли уполномоченные военной промышленности, наделенные диктаторскими полномочиями {872}. Это позволило продолжать производство некоторых видов вооружения и боеприпасов вплоть до конца войны. Но в целом уже никакие мероприятия не могли спасти фашистскую Германию от неумолимо надвигавшейся катастрофы.

Понимая всю безнадежность своих попыток изменить ход военно-политических событий в пользу Германии, фашистское руководство пошло на крайние меры. По указанию Гитлера, когда фронт непосредственно приблизился к жизненно важным районам, высшее немецкое командование стало отдавать приказы, выполнение которых должно было превратить страну в груды развалин. Обосновывая необходимость проведения политики «выжженной земли», Гитлер 18 марта в беседе со Шпеером заявил: «Если война будет проиграна, то погибнет и народ. Эта судьба неотвратима. Поэтому не следует обращать внимание на то, что будут уничтожены материальные основы, которые в будущем могут обеспечить народу самое примитивное существование. Напротив, даже лучше самим уничтожить эти основы, ибо народ наш оказался слабым и будущее будет принадлежать исключительно более сильному восточному народу. Кроме того, после борьбы останутся в живых лишь неполноценные люди, так как лучшие пали в борьбе» {873}.

На следующий день был издан приказ «О разрушении объектов на территории Германии». Мотивируя это необходимостью использовать все средства, которые могут ослабить боеспособность противника и задержать его продвижение, Гитлер требовал: «Все имеющие военное значение пути сообщения, средства связи, промышленные предприятия и объекты снабжения, а также материальные ценности, которые находятся на территории Германии и которыми может воспользоваться противник... подлежат уничтожению» {874}. Проведение в жизнь этого приказа могло превратить Германию в огромную выжженную пустыню и подорвать основы существования немецкого народа.

Против его выполнения выступили влиятельные монополистические круги, стремившиеся сохранить свои предприятия. Крупная буржуазия отдавала себе отчет, что война проиграна, и готовилась к тому, чтобы занять определенное место в послевоенном мире. Выражая интересы [435] финансового капитала, Шпеер вначале добился ограничения действия этого приказа, а затем получил право вносить необходимые коррективы в процессе его выполнения {875}.

Претворение в жизнь этого приказа натолкнулось на сопротивление со стороны немецких антифашистов, а также патриотически настроенных солдат и офицеров. Однако решающую роль в срыве приказа о «выжженной земле» сыграла Советская Армия, быстрое продвижение которой опрокинуло все планы фашистских варваров. Завершив разгром вермахта, советские воины спасли для немецкого народа восточную часть Германии от разрушения.

В связи с выводом из строя крупных промышленных центров эвакуированные массы рабочих не могли быть полностью использованы и поэтому были мобилизованы в армию. Кроме того, гитлеровское руководство приняло решение призвать в январе — марте 1945 г. 16- и 17-летних юношей. Оно потребовало также еще раз тщательно пересмотреть контингенты лиц, занятых в военной промышленности и имеющих бронь, с целью мобилизации части из них в армию {876}.

Резко возрос кризис в подготовке резервов вермахта. Времени для обучения поступавшего пополнения не было, не хватало вооружения и обмундирования. В начале 1945 г. еще более ухудшилось продовольственное снабжение в Германии. Особенно тяжелое положение отмечалось в Саксонии, Нижней Силезии и в Берлине {877}. С апреля были введены новые урезанные нормы, составлявшие для рядового потребителя (к ним относились более двух третей населения) 1700 граммов хлеба, 250 граммов мяса и 125 граммов жиров в неделю. Рабочим, занятым на тяжелых и сверхтяжелых работах, устанавливались надбавки {878}. Однако, несмотря на ухудшение продовольственного положения, население Германии в целом питалось значительно лучше, чем миллионы насильственно угнанных в рейх иностранных рабочих. В немецких документах того времени имеются указания руководящих органов о том, что «физические силы иностранных рабочих должны поддерживаться только в минимальных размерах» {879}.

В связи с общей разрухой в стране к весне 1945 г. значительно ухудшилось снабжение населения промышленными товарами.

Война, принесшая трудящимся Германии тяжелые бедствия, стала источником огромных прибылей для магнатов финансового капитала, занимавших господствующие позиции в экономике страны. В годы войны усилился процесс концентрации капитала, чему способствовало проведение мероприятий по государственно-монополистическому регулированию. Это было достигнуто за счет разорения мелких и средних предприятий Германии, за счет захвата предприятий в оккупированных странах и усиления эксплуатации рабочих, в особенности иностранных, и военнопленных. Ведущую роль среди монополистических объединений играли такие крупнейшие промышленные концерны, как «И. Г. Фарбениндустри», «Стальной трест», «Рейхсверке Герман Геринг», «АЭГ», «Сименс унд Гальске», концерны Маннесмана, Крупна, Флика, «Клёкнерверке», «Рейн-Металл Борзинг», а также крупные банки — «Дойче банк», «Дрезденер банк» и другие.

Монополисты наживали баснословные барыши на крови и бедствиях народных масс. Прибыли концерна «И. Г. Фарбениндустри», занимавшего господствующие позиции в химической промышленности, достигли огромных [436] размеров. Число рабочих на заводах этого концерна к концу войны составляло 200 тыс. человек, из них принудительно направленных на работу — около 100 тыс. человек {880}. Капитал концерна Флика к концу войны составлял 3 млрд. марок. Кроме того, он контролировал и другие предприятия с капиталом 10 млрд. марок, уступая лишь «И. Г. Фарбениндустри», «Стальному тресту» и концерну Крупна {881}.

После проведения в жизнь мероприятий по концентрации военного производства власть монополистических магнатов еще более усилилась. Министерство Шпеера превратилось в своеобразный гигантский трест, руководящие посты в котором были переданы крупнейшим монополистам и их доверенным лицам. Но это не могло устранить острых противоречий между монополиями. Борьба между ними продолжалась на более высоком уровне за доходные посты в министерстве Шпеера и наиболее прибыльные военные заказы {882}.

Попытки гитлеровского руководства создать ядерное оружие не принесли ожидаемого успеха. Исследования в этой области носили условное наименование «Урановый проект». Они проводились под руководством имперского исследовательского совета, принявшего эти работы от управления армейского вооружения верховного главнокомандования вермахта.

В своей работе немецкие ученые широко использовали энергетический и промышленный потенциалы Норвегии, а ранее и Италии. Разведывательные органы и крупные промышленные компании снабжали ученых научно-технической информацией, добываемой в других странах. Когда же возможности для исследований сократились в связи с ухудшением экономического положения в стране, их расчеты стали строиться на достижении какого-либо неожиданного успеха в разработке атомного реактора или оборудования для получения урана-293. Однако война уже велась на территории Германии. Началась эвакуация научно-исследовательских учреждений на запад и юго-запад, навстречу американо-английским войскам. Почти все внутренние связи «Уранового проекта» нарушились. Но и в этих условиях в апреле 1945 г. продолжались очередные эксперименты по реакторной сборке. За несколько дней до прихода американских войск в Хесинген поступили материалы и оборудование для дальнейших испытаний. Однако быстрое наступление советских войск и союзников сорвало последние попытки решить ядерную проблему, проблему разрекламированного нового «чудо-оружия».

В результате мобилизации внутренних ресурсов в самой Германии, ограбления оккупированных стран, тотальных мобилизаций, массового угона рабочих с оккупированных территорий и усиления эксплуатации германо-фашистский империализм добился на предшествовавших этапах войны значительного роста военного производства. Однако Германия не могла превзойти в производстве вооружения страны антифашистской коалиции, которые обладали мощным военно-экономическим потенциалом. Особенно важно отметить, что Советский Союз, понесший тяжелые потери в первые годы войны, превзошел Германию в производстве боевой техники, вооружения и боеприпасов.

К началу 1945 г. военно-экономический потенциал Германии был серьезно ослаблен в результате тягчайших поражений на фронтах, отпадения союзников и сателлитов и потери захваченных территорий. В 1945 г. последовали новые катастрофические поражения немецко-фашистских [437] войск на советско-германском и западном фронтах. Огромные потери в живой силе и технике восполнить уже было невозможно. В стране неуклонно нарастал хаос, вызванный развертыванием военных действий на территории самой Германии и отчасти воздушными налетами авиации союзных стран. В результате в конце февраля — марте прекратили работу многие промышленные предприятия, имевшие решающее значение для военного производства.

Главной причиной полного крушения экономики фашистской Германии был ее военный разгром. Все усилия германского империализма зимой и весной 1945 г. поддержать на необходимом уровне военное производство не увенчались успехом. Они были сорваны победоносным наступлением Советских Вооруженных Сил и армий союзников.

Основные капиталистические государства к концу войны пришли с неодинаковыми результатами в области экономики.

Соединенные Штаты Америки, отдаленные от района боевых действий океанами и не понесшие никакого ущерба на своей территории, обогатились на войне. Она ускорила процесс перерастания монополистического капитализма в государственно-монополистический, резко увеличилась централизация капитала. Крупнейшие монополии получили огромные прибыли. В их руках оказались важнейшие позиции в международной торговле. Все это предвещало еще более активное наступление на позиции своих ослабевших конкурентов в различных районах мира. Вместе с тем в стране обострились социальные противоречия, связанные с переводом экономики на мирное положение, сопровождавшимся массовым увольнением рабочих. В то же время промышленным компаниям государство выплачивало за счет налогоплательщиков огромные денежные компенсации за незавершенную военную продукцию и неиспользованные производственные мощности.

Экономика Англии оказалась ослабленной. Возможности этой крупнейшей капиталистической страны влиять на международные отношения были ограничены. Однако сфера британского преобладания и после войны была еще весьма обширной. Англия по-прежнему являлась финансовым и экономическим центром зависимых от нее стран. Ее монополии продолжали эксплуатировать колонии. Социальная сущность внутренней политики в стране была та же, что и у США, — дальнейшее укрепление монополий. Эта политика носила классово враждебный характер по отношению к трудящимся, обостряла социальные противоречия.

Фашистская Германия, потерпев сокрушительное поражение, полностью утратила рынки сбыта, а ее собственная территория подверглась оккупации. Экономика была сильно подорвана и дезорганизована.

В обстановке послевоенного устройства мира влияние США на экономику стран Западной Европы усилилось. В результате многие из них послушно следовали внешнеполитическому курсу американского правительства.

Оглавление. Завершение разгрома фашистской Германии

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.