Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Ситуация в странах в мире в начале 1945 г.

Обстановка, сложившаяся на театрах второй мировой войны к началу 1945 г., открывала реальные возможности для достижения скорой победы над странами фашистского блока. Становилось все более очевидным, что попытки руководителей этих стран продлить войну и добиться приемлемого для них ее исхода обречены на провал.

К тому времени Советские Вооруженные Силы, развивая наступательные операции, освободили от немецко-фашистских оккупантов ряд стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Под ударами Советской Армии и войск союзников по антигитлеровской коалиции распался агрессивный блок в Европе, нацистская Германия лишалась одного за другим своих партнеров и сателлитов.

Решающее влияние на военно-политическую обстановку оказали прежде всего крупные победы Советского Союза. Советский народ, который по-прежнему нес основную тяжесть борьбы с фашистскими захватчиками, напрягал все силы, чтобы ускорить достижение полной победы, контуры которой уже были отчетливо видны {2}.

Победы Советских Вооруженных Сил способствовали дальнейшему развитию национально-освободительного движения. Открытие второго фронта в Европе свидетельствовало об укреплении антифашистской коалиции и сотрудничества между Советским Союзом, Соединенными Штатами Америки и Великобританией.

Возросшее влияние СССР на политику и стратегию его западных союзников вынуждало правительства США и Великобритании согласовывать с Советским правительством планы не только войны, но и послевоенного устройства мира. В 1945 г. завершались подготовительные мероприятия по созданию Организации Объединенных Наций, в которых активное участие принимал Советский Союз. Его усилия были направлены на то, чтобы новая международная организация безопасности, основанная на принципах суверенного равенства всех ее членов, мирного сосуществования государств с различным социально-экономическим и политическим строем, стала действенным инструментом поддержания прочного мира.

Вместе с тем по мере приближения краха агрессивного блока в правящих кругах США и Великобритании активизировались антисоветские [11] силы. Наиболее реакционные политические деятели и крупные монополии этих стран опасались возрастания мощи Советского Союза, дальнейшего укрепления его международного авторитета. Однако военно-политическая обстановка не позволяла этим силам в США и Великобритании в начале 1945 г. открыто перейти к антисоветской политике, и они продолжали придерживаться сотрудничества с СССР в целях разгрома германского фашизма и японского милитаризма.

Международное и внутриполитическое положение Соединенных Штатов Америки было стабильным. Активизация участия в военно-политической стратегии антифашистской коалиции, успешные действия американских вооруженных сил, высокие темпы развития экономики создали правительству Ф. Рузвельта политический капитал внутри страны {3}. На выборах в ноябре 1944 г. демократическая партия одержала победу над более консервативными республиканцами, и Рузвельт в четвертый раз подряд был избран президентом США. Отдавая за пего свои голоса, американские избиратели надеялись, что оп быстро доведет войну до победного конца и обеспечит прочный послевоенный мир.

Будучи по конституции верховным главнокомандующим американскими вооруженными силами, Рузвельт руководил ими, опираясь на комитет начальников штабов США. В состав комитета входили начальник штаба президента (он же председатель комитета начальников штабов) адмирал У. Леги, начальник штаба армии США генерал Дж. Маршалл, главнокомандующий военно-морским флотом, начальник морского штаба адмирал Э. Кинг и командующий военно-воздушными силами армии США генерал Г. Арнольд. Значительную роль в выработке курса американской стратегии играли также военный министр Г. Стимсон и военно-морской министр Дж. Форрестол.

К началу 1945 г. несколько улучшилось международное и внутреннее положение другого участника антифашистской коалиции — Великобритании. Но если для США вторая мировая война была связана с увеличением многомиллиардных прибылей монополий и ростом влияния в мире, то этого нельзя было сказать о Великобритании. Уменьшилась не только ее роль в мировой экономике, политике и военной стратегии, но и влияние на собственные доминионы, особенно Австралию и Канаду. На военном и экономическом состоянии страны сказывался и непосильный груз глобальных имперских обязательств.

В начале 1945 г. у власти оставалось коалиционное правительство, возглавляемое лидером консервативной партии У. Черчиллем. Высшая ответственность за ведение войны была возложена на особый орган — военный кабинет. В его состав входили премьер-министр (он же военный министр), лорд-председатель имперского совета, а также министры иностранных дел, труда, финансов, внутренних дел, реконструкции и производства. Конкретные вопросы руководства вооруженными силами страны решались комитетом начальников штабов Великобритании под председательством начальника имперского генерального штаба фельдмаршала А. Брука. Члены комитета — начальник штаба военно-воздушных сил маршал авиации Ч. Портал, 1-й морской лорд — начальник морского штаба адмирал Э. Каннингхэм. заместитель секретаря военного кабинета и начальник штаба премьер-министра генерал X. Исмей — являлись советниками-экспертами военного кабинета.

Координация военных действий США и Великобритании осуществлялась Объединенным комитетом начальников штабов, находившимся в Вашингтоне. [12] Он подчинялся непосредственно президенту США и премьер-министру Великобритании. Члены Объединенного комитета — начальники штабов обеих держав сообща определяли планы стратегического руководства войной и основанные на них военные потребности, распределяли военные запасы. Однако единство союзников в Объединенном комитете проявлялось далеко не по всем вопросам. Так, если планы операций в Европе действительно разрабатывались США и Великобританией на межсоюзническом уровне, то «война против Японии с самого начала была почти исключительно делом американцев, и ее стратегия касалась в основном только военных ведомств США» {4}.

В 1945 г. военно-политическое положение милитаристской Японии резко ухудшилось. Под ударами Советских Вооруженных Сил и американо-британских войск агонизировал ее главный союзник — фашистская Германия. Неблагоприятно для Японии развивались и события на Тихом океане и в Юго-Восточной Азии.

Непрерывные поражения агрессивного блока в целом и Японии в частности привели к усилению ее изоляции на мировой арене. В течение января — июля 1945 г. 16 государств объявили ей войну. В их числе были и страны, ранее ориентировавшиеся на ось Рим — Берлин — Токио, например Аргентина и Турция. Это свидетельствовало о резком падении престижа Японии.

Несмотря на явные признаки скорого краха фашистской Германии, японское правительство продолжало поддерживать с ней союз. Министр иностранных дел М. Сигэмицу, выступая 21 января на 86-й сессии парламента, заявил, что «связи империи с союзниками становятся все более и более крепкими. Мы с нашими союзниками будем усиленно вести эту войну до конца любой ценой» {5}. Вместе с тем, демагогически утверждая, что внешняя политика Японии имеет целью «построение мира без агрессии и насилия», Сигэмицу пытался ввести в заблуждение японский народ и мировую общественность {6}.

Продолжал углубляться кризис японской экономики. Главными факторами, отрицательно влиявшими на процесс ее развития, были сокращение импорта сырья, топлива и продовольствия, а также недостаточная обеспеченность рабочей силой. В 1944 г. вооруженные силы США на Тихом океане активизировали действия против японского торгового флота, в результате чего его тоннаж сократился, несмотря на пополнение, более чем на 2 млн. брт. или на 52,7 процента. Это привело к резкому падению импорта. Если в 1943 г. было ввезено 16,4 млн. тонн, то в 1944 г. — только 10,1 млн. тонн. Импорт угля снизился с 5,2 млн. тонн до 2,6 млн., железной руды — с 4,3 млн. тонн до 2,2 млн., бокситов — с 0,9 млн. тонн до 0,4 млн. Особенно ощутимо сократился импорт нефти и нефтепродуктов: с 1,9 млн. тонн в 1943 г. до 0,9 млн. тонн в 1944 г. {7}.

Серьезные трудности испытывали и основные отрасли промышленности в собственно Японии {8}. Так, по сравнению с предыдущим финансовым годом в 1944/45 финансовом году {9} добыча угля на ее территории [13] снизилась с 55,5 млн. тонн до 49,3 млн., выработка электроэнергии — с 34,8 млрд. кВт-ч до 32,2 млрд., выплавка стали — с 7,8 млн. тонн до 5,9 млн., производство проката — с 4,1 млн. тонн до 2,6 млн., алюминия (включая Корею и Тайвань) — со 141,1 тыс. тонн до 110,4 тыс. {10}.

В то же время производство вооружения возросло. Если в 1943/44 финансовом году общая стоимость его составила 11 млрд. иен (в ценах 1945 г.), то в 1944/45 финансовом году — 15,8 млрд. иен. За год было завершено строительство 4 авианосцев, крейсера, 31 эсминца, 37 подводных лодок и значительного количества других боевых кораблей и судов общим водоизмещением 468,4 тыс. тонн, то есть вдвое больше, чем в 1943/44 финансовом году. Авиационная промышленность Японии с января по декабрь 1944 г. выпустила более 28 тыс. самолетов, тогда как годом ранее их число едва доходило до 17 тыс.

Высокий уровень военного производства поддерживался мерами государственно-монополистического управления: более жесткое распределение сырья для нужд войны; дальнейшее ограничение гражданской сферы потребления; растущее расходование стратегических запасов; дополнительное финансирование промышленных компаний, прежде всего самолетостроительных; усиление эксплуатации японских трудящихся и народов оккупированных стран. Длительное время эти меры позволяли достигнуть значительных показателей военного производства, что создавало у правящей верхушки империи иллюзию благополучного состояния экономики страны. Однако к концу 1944 г. кризис коснулся и чисто военных отраслей. Индекс производства вооружения, достигший в сентябре наивысшего за всю войну уровня — 332,5, в декабре снизился до 314,9 (1941 г. = 100).

Увеличение расходов на войну с 30,8 млрд. иен в 1943/44 финансовом году до 75 млрд. иен в 1944/45 финансовом году резко ухудшило финансовое положение Японии {11}. И без того огромный дефицит платежного баланса страны возрос еще больше, что ускорило процесс инфляции в экономике. Особенно заметно она усилилась в конце 1944 г. Японская печать отмечала, что в стране происходит обесценение валюты, а общая сумма банкнот достигла громадной величины. Налоги, являвшиеся одним из основных источников финансирования, увеличились в 1944/45 финансовом году на 2,9 млрд. иен и составили 13,7 млрд. иен.

В то время как доходы японских монополий возрастали, реальная заработная плата трудящихся снижалась. Даже по официальным данным, за период с начала войны до конца 1944 г. цены на продовольствие, одежду, топливо увеличились в 3 — 4 раза, а заработная плата повысилась в среднем только в 2 раза {12}.

Значительная часть японского населения, недовольная затянувшейся войной и связанными с нею лишениями, оказывала сопротивление политике правящих кругов. В 1944 г. на 761 заводе под различными предлогами уклонялось от работы 15 процентов рабочих, а на некоторых предприятиях — до 40 процентов {13}. Даже в военных отраслях японской промышленности на работу обычно не выходило от 18 до 24 процентов рабочих {14}. [14]

Несмотря на жестокий полицейский режим, в Японии имели место сотни трудовых конфликтов. Даже по заниженным официальным данным, их число на заводах достигло 296, а в сельской местности — 2160. Жандармерия ежемесячно привлекала к ответственности за распространение «вредных слухов» более 6 тыс. человек {15}. 23 декабря 1944 г. в Токио, Кобе и Иокогаме состоялись антивоенные демонстрации трудящихся под лозунгом «Долой войну!» {16}.

В сложившейся обстановке правительство стремилось провести тотальную мобилизацию материальных, людских и духовных ресурсов. Власти пытались усовершенствовать политическую структуру государства, активизировать деятельность правительственных органов, подавить рост недовольства народа войной, поддержать моральное состояние населения. Учрежденные в январе «комитет по укреплению внутреннего положения страны» и «политический комитет великой Японии» провозгласили лозунг «Обеспечение сотрудничества всех слоев населения в преодолении национального кризиса». Для организации поддержки военных и политических мероприятий правительства «политический комитет великой Японии» учредил «штаб по руководству движением за освобождение родины» {17}. Во главе одного из этих комитетов встал ярый милитарист генерал Д. Минами. Однако новые организации не пользовались доверием народа и политическую обстановку в стране изменить не могли.

В начале 1945 г. у власти находился кабинет К. Койсо. Но основные вопросы политики и стратегии Японии решались не кабинетом, а особым органом — Высшим советом по руководству войной. В его состав входили премьер-министр, вице-премьер и военно-морской министр адмирал М. Йонаи, министр иностранных дел М. Сигэмицу, военный министр фельдмаршал Г. Сугияма, начальник генерального штаба армии генерал И. Умэдзу и начальник морского генерального штаба адмирал К. Оикава.

Руководство вооруженными силами Японии осуществляла ставка, подчинявшаяся непосредственно императору Хирохито, который по конституции был верховным главнокомандующим. Однако вследствие того что армия и флот имели большую самостоятельность и не зависели друг от друга, начальники генеральных штабов видов вооруженных сил руководили ими практически бесконтрольно. В начале 1945 г. премьер-министр не имел даже права присутствовать на заседаниях ставки.

Таким образом, влияние военных на жизнь Японии было огромным. Их представители превалировали в кабинете министров и Высшем совете по руководству войной, они же руководили вооруженными силами. Используя свою власть, высший командный состав армии и флота, поддерживаемый воспитанными в духе самурайского кодекса «бусидо» фанатиками-офицерами, требовал от правительства безусловного продолжения войны «до победного конца».

В то же время влиятельная группировка во главе с принцем Ф. Коноэ обвиняла кабинет Койсо в уступчивости милитаристам, когда, по ее мнению, война фактически уже проиграна и главная задача в том, чтобы выйти из нее с минимальными потерями. 14 февраля принц представил императору памятную записку, в которой дал оценку международного положения Японии, стратегической обстановки в Европе, на Тихом океане и в Азии, а также перспектив развития событий в стране. Этим Коноэ преследовал две цели: во-первых, побудить императора согласиться [15] на прекращение войны и заключение компромиссного мира; во-вторых, найти возможности выхода Японии из войны с наименьшим ущербом для существующей системы правления. Он, несомненно, учитывал уроки первой мировой войны, приведшей к падению монархии в России, Германии и Австро-Венгрии.

Памятная записка начиналась с примечательного заявления: «Мне кажется, наше поражение в войне, к сожалению, уже является неизбежным». Далее Коноэ развивал мысль, что, поскольку США и Великобритания не требовали изменения государственного строя, военное поражение не должно само по себе вызывать особой тревоги. Гораздо большей опасностью представлялась ему «коммунистическая революция, которая может возникнуть вслед за поражением» и изменить императорскую систему правления {18}.

Проанализировав (и основательно извратив) внешнеполитическую деятельность Советского Союза, Коноэ пришел к выводу о необычайном его возвышении. Больше всего «демократа» Коноэ страшили такие предполагаемые шаги Советского правительства, как легализация в Японии всех прогрессивных партий, включение коммунистов в состав кабинета министров, отмена драконовского закона «О поддержании общественного спокойствия» и другие.

По мнению Коноэ, условия, способствовавшие «приближению коммунистической революции, созрели и внутри страны». Намеренно сгущая краски, он причислил к коммунистам едва ли не всех рабочих, большую часть кадровых военных и движение так называемой «новой бюрократии». Принц приписал коммунистам даже организацию маньчжурского инцидента, ставшего первой вехой на пути к войне в «великой Восточной Азии».

Коноэ выразил твердую уверенность в том, что продолжение войны, в которой у Японии не было никаких перспектив на победу, играло бы на руку лишь «прокоммунистическим элементам». В интересах сохранения института императора он предлагал как можно скорее закончить войну. В памятной записке указывалось, что поскольку союзники по антифашистской коалиции заявили о низвержении японской военщины как о своей главной цели, то существенные изменения в военных кругах империи вполне могут побудить руководство США, Великобритании и Китая задуматься над целесообразностью продолжения войны. Отстранить от власти дискредитировавших себя военных лидеров, возложить на них всю ответственность за войну и, принеся их в жертву победителям, добиться компромиссного мира — вот главный тезис оборонной стратегии группировки Коноэ.

В меморандуме нашло отражение состояние глубокого кризиса, в котором оказались правящие круги империи. Как пишут прогрессивные японские историки, «японский империализм мог выбирать только одно из двух — либо военное поражение, либо революцию» {19}.

В западной и японской буржуазной историографии группировка Коноэ получила название «партии мира». Однако этот термин не соответствует духу и характеру ее действий. И хотя в 1945 г. «миротворец» Коноэ уже не щеголял в нацистской форме, как это было пятью годами ранее, главной целью деятельности его группировки было не достижение мира, не избавление японского народа и народов других стран от тягот войны, а стремление предотвратить весьма вероятный взрыв негодования трудящихся Японии. [16]

Критика кабинета Койсо усилилась и со стороны командования вооруженных сил, отражавшего взгляды наиболее реакционных помещиков и крупнейших монополий. Неудачный ход военных действий на Тихом океане и в Юго-Восточной Азии, возросшая изоляция Японии, углублявшийся кризис экономики и провал поддерживавшихся премьер-министром переговоров о мире с Чунцином отнюдь не способствовали его популярности. Попытки Койсо взять на себя руководство вооруженными силами были встречены высшими офицерами с подозрением. Однако премьер-министру удалось добиться некоторых успехов — с 16 марта по особому указанию императора он мог присутствовать на совещаниях в ставке, знакомиться с оперативными документами и военными секретами. Все же решающего голоса Койсо не получил, а положение высокопоставленного наблюдателя его не удовлетворяло. Когда же он попытался взять по совместительству портфель военного министра вместо уходившего с этого поста фельдмаршала Сугиямы. то получил отказ на основании, что командовать армией может только офицер, состоящий на действительной службе (Койсо был генералом в отставке).

4 апреля кабинет Койсо подал в отставку. А так как на следующий день Советское правительство объявило о денонсации советско-японского пакта о нейтралитете, возможность пребывания Койсо на посту премьера была полностью исключена.

На смену ему пришло правительство во главе с адмиралом в отставке К. Судзуки, временно получившим и портфель министра иностранных дел. Военным министром стал генерал К. Анами, а военно-морским — адмирал М. Йопаи. Несколько позже дал согласие быть министром иностранных дел и по делам «великой Восточной Азии» сторонник «партии мира» С. Того. За исключением Анами, все они считались либералами. Однако милитаристы по-прежнему преобладали в Высшем совете по руководству войной, так как в мае начальником морского генерального штаба был назначен склонявшийся к «жесткой» линии адмирал С. Тоёда, а его заместителем (с правом совещательного голоса в Высшем совете) — ярый шовинист, инициатор движения «камикадзе» адмирал Т. Описи.

В первом же выступлении Судзуки заявил, что «империя стоит перед величайшими трудностями в своей истории» {20}. Как и предшественник, он призвал японский народ напрячь все силы, чтобы любой ценой выиграть войну.

Едва ли не самые серьезные проблемы предстояло решить новому кабинету в области внешней политики. После разгрома фашистской Германии правительство Судзуки заявило, что выход из войны европейского союзника не влечет за собой ни малейшего изменения военных целей империи и она будет продолжать войну против США и Великобритании {21}. Однако отход от прежней внешнеполитической линии все же произошел. В середине мая, после полной победы союзников по антифашистской коалиции в Европе, решающую роль в достижении которой сыграл Советский Союз, Высший совет по руководству войной принял решение попытаться организовать переговоры о мире при посредничестве СССР, тогда как ранее милитаристы сопротивлялись даже самой идее таких переговоров. В то же время Япония заявила об утрате силы ее договора с Германией.

Итак, положение Японии было трудным, но, несмотря на это, в первую половину года она оставалась еще сильным и опасным противником. [17]

Оглавление. Поражение Японии. Окончание Второй мировой

 
Постельное белье kingsilk: семейное постельное белье.

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.