Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Военная тактика стран фашистского блока во второй мировой

Основой военных доктрин стран фашистского блока, прежде всего гитлеровской Германии, являлась теория «молниеносной войны», предусматривавшая уничтожение противников поодиночке, упреждение их и готовности к военным действиям, внезапное нанесение мощного стратегического удара в самом начале войны.

Немецко-фашистское командование стремилось сосредоточить для первого удара максимальное количество сил и средств, обеспечить скрытность подготовки войск, захватить стратегическую инициативу. Решающей предпосылкой для захвата инициативы считалось достижение стратегической внезапности. Поскольку мероприятия по обеспечению внезапности нападения выходили за пределы функций военного командования, ими занимались не только аппарат военного ведомства, но и другие государственные органы. Важная роль в этом принадлежала политической, дипломатической, военной дезинформации.

На первых этапах второй мировой войны применение доктринальных положений «блицкрига» привело к быстрому разгрому вооруженных сил ряда капиталистических государств Европы, в том числе одного из сильнейших в военном отношении — Франции. Вследствие внезапности нападения немецко-фашистская армия добилась также успехов в первые месяцы войны с Советским Союзом.

Основным видом военных действий вооруженных сил фашистской Германии в 1939 — 1942 гг. являлось стратегическое наступление с целью в короткие сроки разгромить вооруженные силы противника, овладеть основными экономическими и политическими центрами, вынудить его к капитуляции. При подготовке стратегического наступления большое внимание уделялось выбору направления главного удара. Как правило, он наносился по основной группировке войск противника, от которой зависела устойчивость всего стратегического фронта, с целью ее окружения [320] или расчленения с последующим разгромом по частям. Наступление обычно велось на направлениях, которые выводили к жизненно важным экономическим, военно-стратегическим и политическим центрам.

При подготовке агрессии стратегическое развертывание и создание ударных группировок войск осуществлялось еще в мирное время. Это давало возможность вермахту с началом войны сразу захватить стратегическую инициативу и вести крупные стратегические операции с решительными целями. Передвижение, сосредоточение и развертывание войск в исходных районах, завершение создания ударных группировок проводились скрытно и в сжатые сроки непосредственно перед наступлением.

Для обеспечения наибольшей мощи начального удара вооруженные силы развертывались в одном стратегическом эшелоне. Массирование сил, особенно танковых войск и авиации на главных направлениях, позволяло создавать значительное превосходство и добиваться крупных оперативных успехов. В военных кампаниях против Польши и стран Западной Европы вооруженные силы фашистской Германии развертывали наступление на всем стратегическом фронте или на большей его части с использованием воздушных десантов и агентуры («пятой колонны») для диверсий и дезорганизации работы тыла и управления.

Стратегическое наступление вермахта в войне против СССР характеризовалось постепенным уменьшением размаха и результатов. Если в 1941 г. наступление включало ряд одновременных стратегических операций, проводимых на всем фронте и на значительную глубину, то в 1942 г. оно было предпринято на одном стратегическом направлении, а в 1943 г. ограничивалось лишь узким участком фронта в районе Курского выступа. При этом ни в одной из наступательных кампаний, несмотря на первоначальные успехи, вермахт не смог сломить сопротивления советских войск и достичь поставленных стратегических целей полностью.

Почти все наступательные операции проводились, как правило, группами армий, каждая из которых действовала на самостоятельном стратегическом направлении. Главной ударной силой являлись крупные соединения и объединения танковых войск. В стратегическом наступлении на них возлагалась задача рассекать оборону, выходить в глубокий тыл, завершать окружение группировок или отсекать их от основных сил. Поставленные задачи группа армий решала при поддержке воздушного флота.

В ходе войны изменялись способы применения танковых войск. В польской кампании танковые и моторизованные дивизии придавались полевым армиям. Перед нападением на Францию был сделан шаг к массированному применению танков: для действий на главном направлении создавалась сильная танковая группа под единым командованием в составе двух танковых и одного моторизованного корпусов.

В войне против СССР танковые группы, преобразованные затем в танковые армии, использовались главным образом для нанесения глубоких рассекающих ударов в целях последующего окружения крупных группировок. Глубина операций танковых групп вермахта летом 1941 г. составляла 400 — 500 км, средний темп наступления 20 — 30 км в сутки. При этом гитлеровское командование стремилось не отвлекать их на борьбу с поясками, оставшимися в тылу или даже угрожавшими флангам. Эти задачи решали пехотные соединения, наступавшие вслед за танками. Прорыв обороны осуществлялся обычно на двух, а иногда трех участках с последующим развитием наступления по сходящимся направлениям. Такие действия приводили к успеху только в первые месяцы после нападения на СССР, когда наступление велось превосходящими силами и против поспешно подготовленной, неглубокой обороны. [321]

В ряде случаев применялся также фронтальный удар, чтобы затем расчленить противостоящую группировку, стремительно выйти в оперативную глубину и захватить важные оперативно-стратегические объекты. Таким способом наступала, например, группа армий «Юг» на житомирско-киевском направлении осенью 1943 г.

Провал наступательной стратегии вермахта на советско-германском фронте был результатом постоянно нараставших ударов советских войск и превосходства их военного искусства. Уже в летне-осенней кампании 1941 г. стала видна порочность гитлеровских стратегических концепций, которые базировались на внезапности нападения или временном преимуществе в силах и средствах.

Начиная войну против СССР, фашистское руководство не предполагало, что вермахту придется хотя бы временно перейти к обороне. Однако уже летом 1941 г. вражеские войска были вынуждены обороняться под Ленинградом, Смоленском, в Заполярье, а зимой 1941/42 г. — на всем фронте. С лета 1943 г. после поражения под Курском фашистская армия была поставлена перед необходимостью полностью отказаться от наступательной стратегии и перейти к стратегической обороне.

Зимой 1941/42 г. и зимой 1942/43 г. командование вермахта считало оборону временной и организовывало ее поспешно. Цель ее заключалась в срыве наступления советских войск, удержании захваченной территории, выигрыше времени для накопления сил и подготовки нового наступления. Поэтому стратегические оборонительные рубежи, как правило, заблаговременно не оборудовались. Оборонительные группировки войск создавались в ходе сражений. Немецко-фашистское командование рассчитывало стабилизировать фронт, опираясь на естественные рубежи, однако под мощными ударами советских войск добиться этого не могло.

В 1943 — 1945 гг. наряду с естественными рубежами вермахт стал широко использовать систему оборонительных полос с развитой сетью инженерных укреплений. Группа армий в обороне получала полосу шириной от 600 км до 1 тыс. км и более. Общая глубина обороны составляла 60 — 100 км и включала тактическую и оперативную зоны. Путем инженерного оборудования местности и использования выгодных естественных рубежей повышалась устойчивость обороны. Основное внимание уделялось подготовке тактической зоны, глубина которой достигала 10 — 20 км. Она состояла из двух, а иногда из трех полос, которые оборонялись соединениями первого оперативного эшелона армии. В оперативной зоне глубиной до 80 км и более располагались резервы армий и групп армий. Оперативные плотности на главных направлениях составляли 10 — 12 км, а на второстепенных — 30 — 40 км на дивизию. Плотности артиллерии в зависимости от важности направлений колебались от 15 — 20 до 50 орудий и минометов на 1 км фронта. С перенесением боевых действий на территорию Германии в систему обороны групп армий стали включаться укрепленные районы. Глубина обороны возросла до 120 — 150 км.

Действия войск при удержании важных районов и рубежей отличались упорством и активностью. Они сопровождались скрытно подготовленными контрударами, а на отдельных направлениях и переходом в контрнаступление (контрнаступление в Арденнах в 1944 г., попытка перехода в контрнаступление у озера Балатон в 1945 г.).

Наиболее слабым звеном в стратегической обороне вермахта являлся недостаток резервов. Это во многом затрудняло восстановление нарушенного фронта.

Военно-воздушные силы Германии применялись для решения многообразных тактических, оперативных, а в отдельных случаях и стратегических задач. Особенно важная роль отводилась им в начале военных действий. Завоевание господства в воздухе путем уничтожения авиации [322] на аэродромах, а также поддержка танковых группировок считались основными предпосылками успешного ведения операций сухопутных войск. Одновременно с борьбой за господство в воздухе авиация наносила удары по административно-политическим центрам, узлам железных и шоссейных дорог, военно-морским базам, войскам, выдвигавшимся из глубины, резервам для срыва мобилизации и развертывания противостоящих вооруженных сил. Глубина авиационного воздействия по объектам тыла доходила до 500 — 600 км и более.

В ходе наступательных операций вермахта осуществлялось тесное взаимодействие военно-воздушных сил с группировками сухопутных войск. С переходом к стратегической обороне главные усилия ВВС все более сосредоточивались на поддержке наземных группировок и прикрытии наиболее важных объектов в тылу. Однако утрата господства в воздухе на советско-германском фронте резко снизила эффективность действий фашистской авиации в решении этих задач.

В ходе войны (особенно в ее первом периоде) противник сравнительно широко использовал авиацию для высадки воздушных десантов. Наиболее крупной была воздушно-десантная операция по захвату острова Крит (май 1941 г.). В ней участвовало две дивизии (воздушно-десантная и горнострелковая), 550 транспортных самолетов и 60 планеров для переброски войск, а также более 600 истребителей и бомбардировщиков, обеспечивавших прикрытие десантов с воздуха и их действия после высадки. Для успеха этих операций важное значение имело абсолютное господство фашистской авиации в воздухе и незначительное расстояние между ее базами на материке и районом высадки (120 — 240 км).

Усилия военно-морского флота Германии были сосредоточены на нарушении морских перевозок государств антигитлеровской коалиции. Если по предвоенным взглядам значительная роль в борьбе на океанских коммуникациях отводилась надводному флоту, то в ходе войны основным средством борьбы против торгового судоходства стали подводные лодки. На их долю приходилось более 60 процентов всех уничтоженных транспортов Англии и США.

Способы применения подводных лодок совершенствовались. В начале войны, когда к составе немецких ВМС насчитывалось всего 57 подводных лодок (причем менее половины их были способны к действиям в Атлантике), они использовались одиночно, позиционным методом, позднее — методом крейсерства в обширных районах, а затем группами. От действий в неподвижных завесах лодки перешли к преследованию и атакам конвоев способом «волчьей стаи». Для ударов по наиболее важным конвоям проводились специальные операции, в которых принимали участие разнородные силы флота и авиации. Такие операции осуществлялись в Баренцевом море против конвоев, следовавших в Советский Союз, на Средиземном море и в других районах.

Эффективность действий немецких подводных лодок достигла максимума и 1942 г. С усилением же противолодочной обороны Англии и США она стала резко падать. Совершенствование методов борьбы с лодками заставило фашистское командование изменить их тактику. Крупные завесы разделялись на мелкие группы, а часть подводных лодок снова переходила к одиночным действиям, как в начале войны. Однако это не принесло ожидаемых результатов. Хотя за время войны немецкие подводные лодки нанесли значительный урон судоходству союзников, решить поставленную задачу — прервать их морские сообщения они не смогли.

Подобный исход «подводной войны» был в значительной степени обусловлен тем, что основные ресурсы фашистской Германии поглощал советско-германский фронт. В этих условиях темпы строительства подводного флота, особенно новых лодок, ограничивались. Кроме того, [323] применение их без активного участия авиации не могло принести достаточно ощутимых результатов. Германия же не использовала в боевых действиях в Атлантике свою авиацию, прежде всего потому, что основные ее силы были сосредоточены против Советского Союза.

Совместные операции армии и флота фашистской Германии в ходе войны не получили значительного развития. Наиболее крупный морской десант был осуществлен в Норвегии (1940 г.). В этой операции использовались почти все наличные силы флота при поддержке превосходящих сил авиации. Пользуясь внезапностью нападения и слабым противодействием, фашистские войска высадились на побережье и в короткий срок оккупировали Норвегию, что оказало определенное влияние на дальнейший ход вооруженной борьбы на Западе. В последующем же морские десантные операции гитлеровским флотом не проводились {358}.

Противодесантная оборона фашистской Германии не могла активно противодействовать крупным морским десантам США и Англии, так как главные силы вермахта были скованы на советско-германском фронте. Весьма незначительное участие принимал военно-морской флот Германии и в операциях, которые проводили сухопутные войска на приморских направлениях советско-германского фронта. Действия фашистского флота в основном ограничивались использованием минного оружия и применением легких сил в прибрежной зоне.

На формирование стратегических концепций фашистской Италии сильное влияние оказали немецкие военные теории. Так же, как и в Германии, расчет делался на «молниеносные» кампании. Главным видом стратегических действий в итальянской армии считалось наступление, однако первые же сражения показали беспочвенность подобных концепций. Потерпев ряд поражений в наступательных кампаниях, Италия втянулась в затяжную войну.

В ходе военных действий на североафриканском фронте итальянские войска фактически превратились в своеобразную вспомогательную силу немецкого африканского корпуса. В наступлении они закрепляли успехи немецких танковых дивизий, блокировали противника в укрепленных пунктах, обеспечивали фланги, охраняли коммуникации. В обороне они действовали, как правило, в первом эшелоне, а во втором эшелоне находились немецкие дивизии, предназначавшиеся для контратак и контрударов. Такой же способ «подстраховки» применялся и на советско-германском фронте, где немецкие дивизии, например, во время Сталинградской битвы находились в тылу 8-й итальянской армии.

Противодесантная оборона в Италии была недостаточно устойчивой и глубокой. При обороне острова Сицилия итальянские дивизии береговой обороны действовали в широких полосах (70 — 100 км на дивизию). Плотности артиллерии (в среднем 2 орудия на 1 км фронта) были низкие. Противодесантных заграждений на берегу было мало, минирование важнейших подходов к берегу не проводилось; итальянские пехотные дивизии, предназначавшиеся для контратак и контрударов, обладали слабой подвижностью.

В ходе войны выявились существенные недостатки и в способах использования военно-морских сил Италии. Корабли итальянского флота, уступавшие по своим боевым качествам кораблям союзников, не смогли противостоять действиям их флота. На Средиземном море они оказались неспособными надежно защитить свои морские сообщения. Причина поражения итальянских ВМС кроется также в плохой организации управления силами, неумении итальянского командования организовать надежное [324] прикрытие их с воздуха, в полной мере использовать в боевых действиях на море свою ударную авиацию и подводные лодки.

Военное искусство милитаристской Японии, как и других стран агрессивного блока, основывалось на принципах ведения «молниеносной войны». При разработке военных планов учитывалась слабая обеспеченность страны стратегическим сырьем (особенно жидким топливом). Исходя из итого, расчет делался на быстротечные наступательные операции, чтобы захватить важнейшие источники стратегического сырья и занять Господствующие позиции в Азии и бассейне Тихого океана. Первостепенное значение придавалось достижению внезапности и завоеванию господства в воздухе и на море. Эту задачу предполагалось решить нанесением мощных внезапных ударов силами авиации и военно-морского флота но военно-морским и воздушным базам. В борьбе на море большая роль отводилась авианосцам.

С вступлением Японии в войну основные усилия сосредоточились на уничтожении американского и английского флотов на море и в базах, а также на проведении морских десантных операций. Стратегическое наступление велось по отдельным направлениям. Главный удар наносился в направлении Филиппины, Я на с целью быстрейшего овладения важнейшими сырьевыми источниками в районе Южных морей.

На первых этапах военных действий в Юго-Восточной Азии и на Тихом океане японские вооруженные силы достигали целей операций в намеченные сроки и с небольшими потерями. В наступательных операциях большое место занимали морские десанты. Они, как правило, высаживались после сильных ударов авиации. Вместе с высадкой морских десантов в некоторых случаях осуществлялись воздушные десанты с целью захвата портов и плацдармов на побережье, а также для наступления в глубину.

Составной частью стратегической обороны Японии на Тихом океане являлась противодесантная оборона крупных островов и приморских плацдармов. В противодесантных операциях важная роль отводилась военно-морскому флоту. Его задача заключалась в том, чтобы разгромить десанты союзников в море и не допустить их высадки. В связи с крупными потерями в авианосцах и других кораблях основные задачи в противодесантных операциях стали возлагаться на сухопутные войска, которые отражали десанты противника, опираясь на долговременные сооружения и естественные оборонительные рубежи на островах. Для ударов по надводным кораблям с 1944 г. применялись самолеты, пилотируемые летчиками-смертниками («камикадзе»). Но в условиях огромного превосходства американских вооруженных сил японскому командованию не удалось эффективно противодействовать высадке морских десантов.

Весьма слабой оказалась и защита морских коммуникаций Японии. Не оправдались расчеты на скоротечность войны, при которой завоевание господства в воздухе и на море обеспечит безопасность судоходства. В ходе военных действий все больше сказывалась неподготовленность японских сил противолодочной обороны к ведению борьбы на море. Ощущался недостаток боевых кораблей для защиты конвоев как от подводных лодок, так и от авиации США и Англии, в результате чего потери судов резко возрастали.

На континентальных театрах военных действий японские вооруженные силы осуществляли как наступательные, так и оборонительные операции. Наступление велось обычно армейскими объединениями при поддержке авиации по отдельным направлениям, преимущественно вдоль железнодорожных магистралей, крупных рек и морского побережья, чтобы овладеть важными экономическим политическими районами и узлами [325] коммуникаций. Глубина большинства операций составляла 150 — 200 км. Партизанские методы борьбы, которые применяли китайские войска, вынуждали японское командование рассредоточивать силы для захвата и удержания важнейших районов и обеспечения безопасности коммуникаций. В ходе наступления широко применялись обходы, охваты, ночные действия, умело использовались не занятые войсками промежутки в обороне. Слабая насыщенность японских сухопутных войск танками ограничивала их маневренность и определяла низкие темпы наступлении. Военно-морские силы оказывали содействие сухопутным войскам огнем корабельной артиллерии, ударами авианосной и базовой авиации, высадкой тактических и оперативных десантов.

Оборона японских сухопутных поиск обычно осуществлялась в рамках армейских объединений и реже в масштабе фронта. Армии оборонялись в полосах 200 — 300 км (в отдельных случаях до 500 км). Полосы пехотных дивизий на главных направлениях составляли 10 — 20 км, а на второстепенных — 60 — 80 км. Средние плотности артиллерии на главных направлениях не превышали 10 — 12 орудий на 1 км. Оборона строилась отдельными очагами и была неглубокой. Однако и при этих условиях она была достаточно устойчивой против наступавших войск США.

Оборона армии состояла, как правило, из главной полосы и тылового оборонительного рубежа общей глубиной около 20 — 25 км. На тыловом рубеже, оборудованном в 15 — 20 км от главной полосы, находились армейские резервы. Против наступавших войск Советской Армии в Маньчжурии кроме двух армейских оборонительных полос создавался фронтовой рубеж обороны, на котором располагались фронтовые резервы (до трети всех сил).

Японские войска, как правило, проявляли упорство и активность в обороне, наносили внезапные контрудары по слабо защищенным флангам наступавших войск, Авиация действовала небольшими группами по вклинившимся группировкам и резервам. Однако мощного удара Советских Вооруженных Сил в Маньчжурской операции 1945 г. войска Квантунской армии выдержать не смогли.

В целом в военном искусстве государств фашистско-милитаристского блока, прежде всего фашистской Германии, наиболее полно были разработаны такие вопросы, как упреждение противника в стратегическом развертывании, обеспечение внезапности первого удара, завоевание господства в воздухе, ведение широких маневренных действий с использованием крупных масс подвижных войск в тесном взаимодействии с авиацией. И хотя первоначально немецким и японским вооруженным силам удалось добиться значительных успехов, их стратегия и тактика оказались не в состоянии преодолеть пороки, коренившиеся в реакционной политике и авантюристических целях фашистско-милитаристских государств.

Как ни одна из войн прошлого, вторая мировая война дала огромный опыт оперативно-стратегического применения вооруженных сил и ведения военных действий большого стратегического масштаба на континентальных и океанских театрах с применением крупных масс войск, авиации и сил флота. Она убедительно подтвердила действие закона о зависимости развития военного искусства от способа производства, экономических условий и морально-боевых качеств личного состава.

Наиболее ценный и многообразный опыт получили Вооруженные Силы СССР, сражавшиеся на главном фронте войны и с самым сильным противником. Вооруженные силы США и Англии проводили крупные операции на континентальных театрах военных действий лишь на завершающем [326] этапе войны, когда фашистские войска были резко ослаблены в результате ожесточенных боев на советско-германском фронте. Имеете с тем союзники получили большой опыт ведения боевых действий на океанских ТВД.

В продолжительной и ожесточенной борьбе с сильным и коварным противником советское военное искусство показало неоспоримое превосходство над военным искусством армий фашистского блока. Блестящие победы, одержанные Советскими Вооруженными Силами в Великой Отечественной войне, явились ярким показателем их боевого могущества и высокого воинского мастерства.

Советская военная стратегия как ведущая часть военного искусства обогатилась новыми положениями в вопросах подготовки и ведения стратегического наступления. Успешно была решена проблема последовательного и одновременного проведения стратегических операций групп фронтов, объединенных единством замысла Ставки ВГК. Существенный вклад сделан и в решение проблемы стратегической обороны, особенно в части ее устойчивости и активности. Непрерывно совершенствовалось искусство боевого применения видов Вооруженных Сил, организации стратегического взаимодействия. Дальнейшее развитие получили оперативное искусство и тактика. Поэтому, несмотря на то что в условиях научно-технической революции произошли колоссальные изменения во всех областях военного дела, богатейший боевой опыт Советских Вооруженных Сил остается одним из важных источников дальнейшего развития советского военного искусства, обучения и воспитания личного состава Советской Армии и Флота.

Уроки войны учат, что развитие военного искусства — сложный процесс диалектической взаимосвязи и взаимодействия материальных и духовных факторов. В Советских Вооруженных Силах оно определялось непрерывно возраставшей боевой мощью армии, ростом ее технической оснащенности и высокими морально-боевыми качествами личного состава. Вместе с тем развитие способов ведения военных действий оказывало непосредственное воздействие на решение всего комплекса проблем вооруженной борьбы, предъявляло новые требования к военной технике, совершенствованию организационной структуры объединений и соединений, подготовке военных кадров, обучению и воспитанию личного состава, формам и методам управления войсками.

Опыт минувшей войны позволяет глубоко осмыслить закономерные изменения в формах и способах вооруженной борьбы, извлечь необходимые уроки из боевой практики войск и штабов в решении таких важных проблем военного искусства, как готовность войск к срыву внезапных ударов, ведение военных действий в начальный период войны, подготовка ТВД, борьба за стратегическую инициативу, завоевание господства в воздухе, отражение контрударов во фронтовых и армейских операциях, прорыв сильно укрепленной обороны противника, использование подвижных группировок, применение различных форм оперативного маневра, форсирование водных преград, высадка десантов, борьба на морских (океанских) сообщениях, способы применения ВВС, организация всех видов обеспечения войск и т. д.

Уроки минувшей войны и опыт развития военного дела в послевоенный период подтверждают исключительную важность заблаговременного предвидения характера вооруженной борьбы и соответствующей подготовки к ней Вооруженных Сил СССР и армий других стран социалистического содружества. Они убедительно показывают, что в условиях возросшей агрессивности империализма их вооруженные силы должны находиться в постоянной боевой готовности к отражению агрессии и решительному разгрому противника в любых условиях обстановки. [327]

Опыт войны показал, что необходимым условном высокой боеспособности Советской Армии и Военно-Морского Флота является овладение различными формами и способами вооруженной борьбы. В этой связи важное значение имело и имеет изучение и оценка военных концепций и теорий капиталистических государств, характера и направленности боевой и оперативной подготовки их вооруженных сил.

Глубокое научное предвидение, теснейшая связь теории и практики, творческий поиск новых форм и способов ведения операций, всесторонний учет обстановки, правильная оценка соотношения сил, решительность и активность в достижении поставленных целей, их соответствие боевым возможностям войск — эти чертр,1 военного искусства, присущие Советским Вооруженным Силам в годы Великой Отечественной войны, характеризуют развитие советской военной теории и практики подготовки войск и в современных условиях. Творческое использование боевого опыта способствует решению задач, поставленных перед личным составом армии и флота.

Оглавление. Итоги и уроки Второй мировой войны

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.