Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Развитие абсолютизма на Руси в 17 веке

Главной политической тенденцией развития Русского государства во второй половине XVII в. было сохраняющееся господство идеи абсолютизма, а с ней связан рост бюрократической системы управления.

Этот путь приведет к превращению Руси в регулярное государство западного типа во время царствования Петра Великого. Однако, прежде чем этот результат мог быть достигнут, строители абсолютизма в России – государственные деятели, военачальники и идеологи – должны были преодолеть немало препятствий.

Среди сил, которые могли – и иногда делали это – оказать сопротивление всемогуществу государства, были Церковь, аристократия и Земский Собор.

Церковь, однако, была ослаблена расколом староверов. Эта группа не выступала против высшей власти царя, пока он защищал Православие. Но когда царь одобрил никонианские реформы церковных книг и обрядов, он, с точки зрения Аввакума и его последователей, предал истинную веру. Преследования староверов объединенными усилиями правительства и господствующей церкви только укрепили дух старообрядцев, и они перешли к открытому неповиновению. Когда правительственные силы подавили их сопротивление, многие и" них, в отчаянии, предпочитали спасать свои души, принося в жертву собственные тела.

В господствующей церкви сохранилось никонианство, хотя самого Никона в 1666 г. низложили и сослали. Царь Алексей был вынуждая сделать церкви некоторые уступки, в которых Никону он отказывал. Третий патриарх после Никона, Иоаким, оказался человеком энергичным и волевым. В последние два года царствования царя Алексея и во время правления царя Федора он играл важную роль не только в Церковной администрации, но и в государственных делах.

Именно в патриаршество Иоакима были предприняты окончательные меры к упразднению Монастырского Приказа (1667 г.). Восстановив таким образом исключение духовенства из юрисдикции светских судов, Иоаким объединился с правительством в его репрессивной политике по отношению к староверам и поддержал царское самодержавие против аристократических проектов высшей группы боярства.

Иоаким ничего не имел против института Земского Собора в принципе. После кончины царя Федора он даже поспешно созвал специальную ассамблею, избравшую царем мальчика Петра. Это, разумеется, был чисто марионеточный Собор. Когда, в 1674 г., Иоаким взошел на патриарший престол, институт Земского Собора уже не функционировал.

В 1653 году Земский Собор одобрил решение распространить царский протекторат на Украину. После этого он уже не использовался. Существовало несколько причин, почему царь прекратил созывать Земский Собор.

Во‑первых, после объединения с Украиной и неудавшегося объединения с Белоруссией Алексей стал именоваться Царей Всея Великой, Малой и Белой Руси.. Украинцы и белорусы присягали на верность царю, а не Земскому Собору, то есть России, а не Московии. В отношениях с Украиной, Белоруссией, а в связи с ними и с Польшей, царь не желал быть ограниченным Земским Собором.

Другой важной причиной прекращения деятельности этого совета было растущее отчуждение между сословиями (чинами) в Московии, особенно между дворянством и посадскими, двумя группами, сотрудничавшими при подготовке свода законов 1649 г. Большинство бояр, в свою очередь, возражали против притязаний дворян на равный с боярами социальный статус. Нарождающаяся русская буржуазия – гости (купцы) и промышленники – тоже требовали большего внимания к своим интересам, чем бояре были склонны уделить им. Они стремились к финансовому господству над розничными торговцами и посадскими.

В результате подобных трений царь стал предпочитать созывать специальные совещания представителей каждой социальной группы по отдельности, когда возникала необходимость обсудить их требования.

До конца правления царя Федора состоялись два таких важных совещания: одно для обсуждения необходимых финансовых реформ, а второе – по упразднению местничества (генеалогического старшинства на гражданской и военной службе) (1681‑1682 гг.).

Боярская Дума составляла органическую часть русского правительства, работавшую в тесном сотрудничестве с царем, как это было во второй половине XVI в. Ключевая позиция в Думе в ХVII в. принадлежала первосоветнику.

Первосоветниками в первой половине XVII столетия были боярин Иван Никитич Романов и, после его смерти, князь Иван Борисович Черкасский (умер в 1642 г.). Последний из известных первосоветников – князь Никита Иванович Одоевский, подучивший этот высокий пост к концу царствования Алексея и сохранявший его до своей кончины в 1681г.[1519])

Почти все первосоветники принадлежали к самым именитым княжеским родам и, таким образом, представляли в правительстве аристократический элемент. Некоторые из них, как князь И.Б. Черкасский, стояли во главе центральной администрации царства. Положение Черкасского, со всеми необходимыми оговорками, можно сравнить с положением премьер‑министра. Подобное положение занимал Борис Иванович Морозов в начале царствования царя Алексея, однако нет свидетельств, что он имел титул первосоветника.

После своей второй женитьбы царь Алексей пожаловал боярский титул человеку не принадлежавшему к кругу древних боярских родов, Артамону Сергеевичу Матвееву, и поставил его во главе администрации, можно сказать, назначил премьер‑министром. Это вызвало недовольство многих князей и бояр. Им пришлось ждать смерти Алексея, чтобы получить возможность избавиться от этого одаренного государственного деятеля. Царь имел прерогативу жаловать боярство, однако при назначении на военные и административные должности его выбор ограничивали родовые притязания (местничество) кандидатов. Самое большее, что мог сделать царь, – это освободить от соображений родовой знатности назначения командиров для определенных кампаний, объявив их без мест, то есть освобожденными от традиционных правил, во даже это не всегда удавалось.

И все‑таки ущерб, наносимый местничеством нормальной работе органов управления, особенно в армии, был очевиден. Первоначально местничество распространялось только на княжеские и именитые боярские рода. Храня традиции местничества, московская аристократия пыталась защитить себя от произвола великого князя (позже, царя) сверху, а также от претензий низшего дворянства снизу социальной лестницы.[1520])

В течение XVII в. местничество утеряло свой чисто аристократический характер. Понятия местничества распространились среди дворянских офицеров и даже среди дьяков. В результате природа института изменилась. В своей новой форме местническая система больше не могла удовлетворять нужды ведущих боярских и княжеских родов. В то же время местнические притязания и тяжбы продолжали сеять раздоры между самими боярами и подрывать престиж аристократии в целом. В связи с этим возник новый план – план обеспечения политического преимущества древних боярских и княжеских родов как высшего сословия русского государства. В этих условиях бояре не выступали против идеи упразднения местнической системы.

Инициатива подобного шага исходила от армейских офицеров, которые лучше, чем любая другая социальная группа, осознавали ущерб, наносимый местничеством. К концу 1681 г. под председательством князя Василия Васильевича Голицына была созван совет армейских офицеров, чтобы обсудить основные реформы, модернизации русских вооруженных сил. О необходимости реформ говорил анализ недавних войн. «В этих войнах противники показали новые тактические приемы, которые царские армии должны принять во внимание».

Было предложено заменить традиционное дворянское ополчение регулярной армией, состоящей из полков, подготовленных по современным западным образцам, и в связи с этим упразднить местничество. Голицын доложил об этом решении царю Федору. Патриарх Иоаким его поддержал.

12 января 1682 г. царь Федор повелел, «случаи местничества полностью искоренить; а для их полного искоренения и вечного забвения мы желаем, чтобы все прошения касательно прежних случаев и разрядные книги [которые рассматривались при назначениях в армии и органах управления] предать огню».[1521]) Это аутодафе произвели немедленно.

Чтобы удовлетворить желания аристократии, правительство царя Федора приказало составить книгу княжеских и боярских родословных. В нее также вошел высший слой дворянства, однако в целов книга подчеркивала значение аристократии. Она стала известна как Бархатная книга.[1522])

Борцы за аристократические принципы желали не только престижа, но и власти. Они задумали план, по которому царю конституционно должны были помогать старшие бояре древних родов. Царь остается верховным правителем страны, однако царская держава делится на несколько государств, каждое из которых возглавляет один из старших бояр – царский наместник.

Эти наместники поселяются навечно в Новгороде Великом, Казани, Сибири и некоторых других регионах. Проект по сути превращал Россию в аристократическую федерацию при верховном правлении царя. Федор был готов принять план, но сначала отправил его на одобрение к патриарху Иоакиму. Патриарх наложил на этот проект вето. Он считал, что претворение этого плана в жизнь приведет к распаду царства на отдельные княжества, что означало бы возвращение к системе уделов с ее междоусобными распрями, и погубит Россию.

Как комментирует Острогорский, «еще раз, незадолго до упразднения московского патриархата [Петром Великим], лидер Русской Церкви действенно продемонстрировал свое национальное сознание».[1523])

Хотя аристократический план был отвергнут, в правительственных кругах чувствовали, что необходимо что‑то сделать для обеспечения высшим боярам определенного места на государственной службе. С этой целью был разработан другой проект – табель о рангах высших постов в органах управления и армии. Он был предшественником гораздо более сложного табеля Петра Великого. Замечательной чертой этого проекта было разделение гражданской и военной службы.[1524])

Первый ранг принадлежал верховному судье; второй – воеводе при царском дворе с функциями своего рода министра обороны. Боярин третьего ранга с титулом наместник Владимира, должен был председательствовать на заседаниях Боярской Думы. Среди служащих более низких рангов были командующие пехотой и кавалерией, начальники военных округов (разрядов), высшие придворные чиновники, уездные управляющие и т.д.

Стоит заметить, что гетман Украины («обоих берегов Днепра») тоже вошел в табель о рангах. Ему присвоили довольно низкий, двадцать пятый, ранг. Получившего упомянули по имени (единственный подобный случай в этом проекте), Иван Самойлович, «верный подданный Нашего Царского Величества». «Он живет вместе с Запорожской армией в малорусском городе Батурине, и они должны быть всегда готовы послужить, где Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, им прикажем».

Об автономном статусе гетмана и Запорожской армии не упоминалось. Это свидетельствует, что правительство царя Федора, точнее один из самых влиятельных в нем людей на тот момент, князь Василий Голицын, желал сократить, или даже ликвидировать, автономию Украины. Во внешней политике Голицын выступал за соглашение с Польшей, по которому правый берег Украины (кроме Киева) в 1686 г. отойдет полякам. Кроме того, Голицын не любил Самойловича, с которым (и с князем Григорием Ромодановским) он не ладил во время второй Чигиринской кампании 1678 г.

Характерной чертой проекта являлось то, что в нескольких случаях русские названия чинов сопровождались греческими (византийскими). Это говорит о том, что в подготовке проекта принимал участие человек, или люди, знакомые с греческим языком. Много таких состояло в окружении патриарха Иоакима, что делает вероятным его доброжелательное отношение к этому плану. Проект был как раз готов для окончательного одобрения царем Федором, когда тот умер, после чего проект оставили.

Для модернизации Московского государства было важно навести порядок в хаотичной системе департаментов центральной администрации – системе приказов. Царь Алексей увеличил неразбериху, создав Приказ Тайных Дел, первоначально как свою канцелярию, но впоследствии передав ему управление своими личными поместьями. В первоначальной форме целью этого приказа было подчеркнуть усиление царского контроля над деятельностью правительства. Смешение государственных и личных дел царя, происшедшее в результате придания приказу новых функций, привело к возвращению на удельный путь и затушевыванию идеи абсолютизма. После смерти Алексея этот приказ‑гибрид был упразднен.

Правительство царя Федора старалось реорганизовать структуру центральной администрации, объединяя небольшие приказы сходными функциями в более крупные и комплексные. Еще до царствования Федора управление делами вотчин и поместий бояр и дворян, а также проведение переписей было сконцентрировано в Поместном приказе.

При Федоре, в 1678 г., Пушкарский (артиллерийский) приказ слили с Рейтарским (кавалерийским) приказом. За 1679‑1680 гг. объединили несколько финансовых приказов. Эта реформа была завершена в 1684 г.[1525])

Во второй половине XVII в. государство уделяло значительное внимание организации регулярной почтовой связи между Москвой и зарубежными странами.[1526]) Русское правительство нуждалось в ней для поддержания дипломатических и торговых отношений как с Западом, так и с Востоком. Западине правительства и купцы, в свою очередь, тоже были заинтересованы в подобной службе.

В 1665 г. царь Алексей дал распоряжение Приказу Тайных Дел заключить контракт с голландским купцом, Иоганном ван Сведеном, на организацию почтовой службы. За жалованье 1 200 рублей в год плюс 1000 рублей на расходы ван Сведен взялся доставлять почту в Москву из Западной Европы каждые две недели и из Турции, Ирана м Индии периодически, с неопределенными интервалами.[1527])

В 1667 г. ван Сведена поручили строительство в Дединово (на реке Оке) первого из нескольких запланированных морских судов для каботажа по Каспийскому морю. Флотилия, предполагалось, будет поддерживать торговые отношения с Персией и Средним Востоком, а также будет полезной для почтового сообщения между Московией и Ираном. Племянника ван Сведена, Давида Бутлера, назначили капитаном первого (и единственного) построенного судна «Орел».[1528]) Во время разинского восстания этот корабль был сожжен казаками.

После смерти ван Сведена его вдова и племянник были готовы ваять на себя его контракт, однако вскоре, по настоянию Ордина‑Нащокина, почтовую службу поручили заботам датчанина.Леонарда Карселиса, сына Петра Марселиса, купца и промышленника, служившего русскому правительству в качестве дипломата с 1640‑вых гг. Ордии‑Нащокин снова консультировался с Петром Марселисом при подготовке Новоторгового Устава. Леонард Марселис заключил с рижским почтмейстером соглашение о почтовых маршрутах из Риги в Новгород и Москву через Псков. По соглашению с почтмейстером Вильно в 1669 г. организовали почтовый путь Берлин‑Вильно‑Смоленск‑Москва. В 1670 г. Леонард Марселис умер, его отец скончался двумя годами позже. Русскую линию этого рода тогда представил сын Леонарда, Петр, умерший в 1675 г.

В тот же год, по рекомендации боярина Артамона Сергеевича Матвеева (преемника Ордина‑Нащокина на посту главы Посольского приказа), царь Алексей доверил управление почтовой службой обрусевшему голландцу, Андрею Андреевичу Виниусу, сыну Андрея Денисовича Виниуса, в 1632 г. подучившего царский патент на строительство железоделательного и оружейного завода под Тулой. Испытывая недостаток средств, Андрей Денисович был вынужден принять в качестве партнеров Петра Марселиса и его родственника Акема. В 1640‑вых гг. эти двое удалили Виниуса из дела и стали владельцами. Назначение А.А. Виниуса, таким образом, было своего рода новым поворотом в усобице между семьями Виниуса и Марселиса.

Андрей Андреевич Виниус оказался прекрасным потчмейстером. Он продолжал возглавлять почтовую службу двадцать шесть лет. Кроме того, в 1677 г. его назначили дьяком (секретарем) Аптекарского приказа, а в 1689‑м – дьяком Посольского приказа.

Модернизация русской армии в XVII в. наложила на страну новое финансовое бремя. В 1620‑х гг. ежегодные расходы России на вооруженные силы составляли около 275 000 рублей. К 1680 г. они достигли примерно 700 000 рублей.[1529])

В 1680 г. готовые к действиям вооруженные силы Московии состояли из (1) дворян, около шестнадцати тысяч; (2) московских стрельцов, двадцать тысяч; (3) регулярной кавалерии (рейтары) тридцать тысяч; и (4) регулярной пехоты (солдаты), больше шестидесяти тысяч.[1530])

Во второй половине XVII в. московские вооруженные силы стояли несколькими группами по южной и западной границам царства. На этом основании было создано несколько военных округов под названием разряды.[1531])

В 1654 г., после захвата Смоленска, организовали Смоленский разряд, а в 1656‑м, в начале войны со Швецией, Новгородский разряд.[1532]) В 1663 г. создали Белгородский разряд, как оплот против крымских татар, а два года спустя – Севский разряд для защиты от потенциальных нападений поляков и антимосковских отрядов украинских казаков.

Система военных округов постепенно распространилась на большую часть России. После подавления восстания Разина появился Казанский разряд. В Сибири, Тобольске и Томске, разряды существовали с 1602 и 1627 гг. соответственно. В 1676 г. Енисейск стал центром отдельного разряда.[1533])

Организация системы военных округов была завершена в 1680 г., когда в центральной части Московии создали четыре разряда – Московский, Владимирский, Тамбовский и Рязанский. Там обучали рекрутов, собирали вооружение и припасы для внешних разрядов. Чтобы упростить финансирование разрядов и сделать их экономически независимыми, средства от налогов, собираемых в городах, принадлежащих внешним разрядам, не отправлялись в центральный финансовый приказ в Москве, а оставались в распоряжении властей каждого округа и использовались на местах. В конце концов разряды дослужили моделью для губерний, введенных царем Петром.

Московское царство. Оглавление.

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.