Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

ГЛАВА XLII. Царствование Петра II Алексеевича

1. Меншиков. Меншиков перевез молодого императора из дворца в свой дом, приставил к нему своих родных и людей надежных. Немедленно Петр назвал Меншикова генералиссимусом и обручился с ею дочерью княжною Марьею Александровною, несмотря на то что двенадцатилетпему жениху вовсе не нравилась шестнадцатилетняя невеста. В письмах к императору Меншиков называл его сыном, подписывал "ваш отец", велел внести в календарь вместе с особами императорской фамилии свое имя и имена членов своего семейства, хотел женить своего сына на сестре императора великой княжне Наталье Алексеевне. 
Тяжелый и прежде для всех своим высокомерием, Меншиков стал невыносим теперь, когда сделался правителем полновластным. Но враги Меншнкова не имели средств свергнуть его явно и должны были пито подкапываться под нею. Воспитателем молодого императора был вице-канцлер Остерман, помощником его - гофмейстер князь Алексей Григорьевич Долгорукий, сын Долгорукого, шестнадцатилетний князь Иван Алексеевич, пользовался сильною привязанностью молодого императора, был неразлучным ею товарищем, и он-то успел вооружить Петра против Меншикова. Падение последнего было ускорено опасною болезнию его, которою воспользовались враги. 
Когда правитель выздоровел и начал распоряжаться всем по-прежнему, ничего не подозревая, то вдруг 6 сентября 1727 года император объявил, что он не будет более жить в доме Меншикова, а в летнем дворце, 8 сентября бывшему правителю объявлен был арест и отлучение от всех дел, а 9-го велено снять с Меншикова все чины и ордена и отправить на безвыездное житье в Ораниенбург, город Рязанской губернии, ему принадлежавший, имение оставлено за ним. 
2. Долгорукий. Правитель пал, немногие жалели об нем. "Прошла и погибла суетная слава прегордого Голиафа, - писал один современник другому, Пашков Черкасову, прошла и погибла суетная слава прегордого Голиафа, которого Бог сильною десницею сокрушил, все тому сильно рады, и я, многогрешный, сланя св. Троицу, пребываю без всякого страха, у нас все благополучно и таких страхов теперь ни oт кого нет, какие были при князе Меншикове". 
Но скоро обнаружились явления, которые могли заставить пожалеть и о Меишикове. Тотчас по удалении последнего император объявил себя совершеннолетним, объявил, что будет присутствовать в Тайном Совете и заниматься делами правления, но все это осталось обещаниями только, учение было прервано, занятия правительственные были не по летам, и одни удовольствия стали исключительным занятием молодого государя. Долгорукие овладели волею Петра, воспитатель его Остерман скоро потерял всякое влияние, его наставления казались скучны: однажды Осгерман приступил к Петру с упреками, говорил, что через несколько лет государь сам велит отрубить ему голову, если он теперь не станет указывать ему на ту пропасть, к которой он стремится, и что он, Остерман, оставляет должность воспитателя. Петр растрогался, бросился к нему на шею и умолял не покидать его, но к вечеру возобновил прежний образ жизни. 
Петр чувствовал врожденную ненависть к морю и кораблям, страстно любил охоту и с удовольствием последовал совету тех, которые уговаривали его переехать в Москву (9 января 1728 года). Иностранцы, Остерман с товарищами, смотрели с ужасом на этот переезд, видя в нем шаг к унижению дел Петра Великого, но они напрасно беспокоились: людям, окружавшим Петра II, было не до древней или новой России, а только до личных своих выгод. Тот же самый Пашков, который так радовался свержению Меншикова, должен был теперь писать к тому же другу своему Черкасову: "Новые временщики произвели такую смуту, что мы с опасением бываем при дворе, один другого боится, а крепкой надежды нигде нет". 
Некоторые стали тужить о Меншикове, явилось подметное письмо, в котором старались выставить достоинства бывшего правителя и его необходимость для поправления дел, Меншикова за это ведено было переместить из Ораниенбурга в Сибирь, в Березов. Заславши Меншикова в Сибирь, Долгорукие спешили следовать его примеру, они не допускали никого к императору: царица-бабка Лопухина, освобожденная по восшествии на престол внука и перевезенная в Москву, не могла говорить с государем наедине, стали увозить его из Москвы на охоту, и эти отсутствия продолжались по нескольку дней, иногда по нескольку недель, после охоты за роскошным и шумным обедом веселили государя похвалами его ловкости и искусству в стрельбе, перечисляли удачи, радовали планами новых поездок, о делах государственных не было и помина. 
В сентябре 1729 года император выехал из Москвы в сопровождении семейства Долгоруких и возвратился не ранее ноября, в это время он дал согласие Долгоруким жениться на Екатерине, дочери князя Алексея, сестре своего любимца. 30 ноября было совершено торжественное обручение. Но это было последнее торжество Долгоруких: император стал видимо тяготиться их опекою, не видался с своею невестою, начал сближаться с Остерманом. Когда тетка его цесаревна Елисавета Петровна жаловалась ему, что она терпит во всем большую нужду, то Петр отвечал: "В этом не я виноват, мои приказания не исполняются, но я найду средства разбить мои оковы". 
В самом семействе Долгоруких господствовало сильное несогласие, ждали переворота, он произошел, но не так, как надеялись. 6 января 1730 года император простудился при обряде водоосвящения, открылась оспа, и 19 числа Петр скончался. 
3. Дела внешние. Из дел внешних в царствование Петра II вначале занимал вопрос курляндский: здесь по смерти мужа царевны Анны Иоанновны Фридриха Вильгельма правил престарелый и бездетный дядя его Фердинанд. Курляндцы хотели провозгласить его преемником знаменитого Морица Саксонского, побочного сына польского короля Августа II, поляки с своей стороны хотели присоединить Курляндию к своему государству, но Россия воспрепятствовала и тому и другому. 
С Пруссиею заключен был договор в случае смерти короля Августа II польского действовать заодно относительно избрания ему преемника. Австрия и Пруссия предлагали разделение Польши. В Азии граф Рагузинский заключил договор с Китаем на реке Буре, выговорено было свободное отправление торговли на пограничной черте в двух местах: в русской слободе Кяхте и в китайской Маймачине, выговорено право отправлять каждые три года караван в Пекин и там торговать беспошлинно, право держать в Пекине 4 духовных лица и 6 молодых людей для изучения китайского языка.
4. Дела внутренние. При Екатерине I, как мы видели, городовые магистраты были подчинены воеводам, а при Петре II, еще при Меншикове, уничтожен Главный магистрат, для суда между петербургскими купцами велено быть троим выборным, иностранных же купцов приказано ведать в Коммерц-коллегии. Под председательством Остермана учреждена была еще предложенная при Екатерине комиссия о коммерции: правительство объявило, что купцы целым городом или поодиночке могут через губернаторов и воевод пересылать в эту комиссию представления о том, что может быть полезно для купечества. Особенная заслуга комиссии состояла в противодействии откупной системе, она же издала вексельный устав.
По-прежнему должно было принимать меры против побега крестьян в Польшу и в степь к казакам и против разбоев: в Пензенской и других низовых областях разбойники ездили многолюдством с ружьями, жгли села и деревни, помещиков и крестьян мучили и грабили, против них надобно было посылать отряды драгунов. 
Относительно просвещения в духовенстве надобно было подтвердить указ Петра Великого, чтоб изо всех монастырей высылали молодых монахов в московскую Славяно-греко-латинскую академию, ибо ректор этой академии доносил Синоду, что монахов ниоткуда не присылают и у него только 5 учеников. Наконец, относительно обычаев времени заметим, что при Петре II уничтожен варварский обычай ставить внутри Петербурга каменные столбы, где на кольях втыкали тела и головы казненных преступников.
5. Малороссия. В Малороссии при Петре II восстановлено гетманство. 1 октября 1727 года рада, собранная в Глухове присланным из Петербурга тайным советником Наумовым, провозгласила гетманом шестидесятидевятилетнего старика Апостола, полковника миргородского. Младший сын Апостола отправлен в Петербург заложником, Наумов остался при гетмане для советов в звании министра императорского, на том основании, что на генеральный суд было прежде много жалоб, ведено быть в этом суде трем членам из великоросснян и трем из малороссиян под предссдательством гетмана: кто же будет недоволен решением генерального суда, может бить челом императору в Коллегию иностранных дел, для сбора доходов учреждены два чиновника - один из великороссиян и один из малороссиян, дозволено покупать невеликороссиянам в Малороссии, а малороссиянам в областях великорусских всякого рода недвижимые имения.

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.