Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Глава 5. Россия на рубеже XVI-XVII веков.Смутное время

Исторические события этого периода получили название "смутное время". Понятие "смута" вошло в историографию из народного лексикона, означая прежде всего анархию и крайнюю неустроенность общественной жизни. В России на рубеже XVI-XVII веков "смута" коснулась экономики, внутренней и внешней политики, идеологии и нравственности.

Предпосылки и причины смуты. На рубеже XVI-XVII веков Московское государство переживало тяжелый и сложный морально-политический и социально-экономический кризис, который особенно проявлялся в положении центральных областей государства. С открытием для русской колонизации обширных юго-восточных пространств среднего и нижнего Поволжья сюда устремился из центральных областей государства широкий поток крестьянского населения, стремившегося уйти от государева и помещичьего "тягла", и эта утечка рабочей силы повела к недостатку рабочих рук в центре. Чем больше уходило людей из центра, тем тяжелее давило государственное помещичье тягло на оставшихся. Рост поместного землевладения отдавал все большее количество крестьян под власть помещиков, а недостаток рабочих рук вынуждал помещиков увеличивать крестьянские подати и повинности и стремиться всеми способами закрепить за собой наличное крестьянское население своих имений. Положение холопов "полных" и "кабальных" всегда было достаточно тяжелым, а в конце XVI века число кабальных холопов было увеличено указом, который предписывал обращать в кабальных холопов всех тех прежде вольных слуг и работников, которые прослужили у своих господ более полугода.

Во второй половине XVI века особые обстоятельства, внешние и внутренние, способствовали усилению кризиса и росту недовольства. Тяжелая Ливонская война, продолжавшаяся 25 лет и кончившаяся полной неудачей, потребовала от населения огромных жертв людьми и материальными средствами. Татарское нашествие и разгром Москвы в 1571 году значительно увеличили жертвы и потери. Опричнина царя Ивана Грозного, потрясшая и расшатавшая старый уклад жизни и привычные отношения, усиливала общий разлад и деморализацию: в царствование Грозного водворилась страшная привычка не уважать жизнь, честь, имущество ближнего.

Пока на московском престоле были государи старой, привычной династии, прямые потомки Рюрика и Владимира Святого, население в огромном большинстве своем безропотно и беспрекословно подчинялось своим "природным государям". Но когда династии прекратились и государство оказалось "ничьим", оно растерялось и пришло в брожение.

Высший слой московского населения - боярство, экономически ослабленное и морально приниженное политикой Грозного, начало смуту борьбой за власть в стране, ставшей "безгосударственной".

Царь Федор Иванович. После смерти Ивана Грозного 18 марта 1584 года на престол вступил средний сын Грозного - двадцатисемилетний Федор Иванович (1584-1598). Царствование Федора Ивановича было временем политической осторожности и успокоения народа после опричнины. Мягкий по натуре, новый царь не имел способностей к делам правления государством. Понимая, что престол переходит к блаженному Федору, Иван Грозный создал при сыне своеобразный регентский совет. Таким образом, оказалось, что за спиной несамостоятельного Федора стоял его шурин, боярин Борис Годунов, выполняя регентские функции и фактически управляя государством.

Борис Годунов. После смерти бездетного царя Федора Ивановича ( в январе 1598 года) не осталось законных наследников престола. Земский собор избрал на царство Годунова, популярность которого была непрочной по ряду причин: 1) он был татарского происхождения; 2) зять Малюты Скуратова; 3) обвинялся в убийстве последнего прямого наследника на престол царевича Дмитрия, который в 1591 году при неясных обстоятельствах погиб в Угличе, якобы напоровшись на нож в припадке эпилепсии; 4) незаконно вступил на трон.

Но, в свою очередь, Годунов пытался предпринять меры для ослабления недовольства, так как постоянно ощущал непрочность своего положения. В целом он был энергичным, честолюбивым, способным государственным деятелем. В тяжелых условиях - экономическая разруха, сложная международная обстановка - он смог продолжить политику Ивана Грозного, но менее жестокими мерами.

Начало царствования Бориса Годунова несло народу немало благих надежд. Внутренняя политика направлялась на социальную стабилизацию в стране, преодоление хозяйственной разрухи. Поощрялись колонизация новых земель и строительство городов в Поволжье и на Урале.

В ряде современных публикаций делаются попытки представить Годунова в качестве реформатора на том лишь основании, что он был выборным правителем. С этим трудно согласиться, так как именно на время правления Бориса Годунова приходится появление крепостного права в России. Царь Борис усиливал привилегии боярства, хотя нельзя не видеть и такого мотива в прикреплении крестьян к земле, как стремление со стороны государственной власти предотвратить запустение центральных уездов страны вследствие расширявшейся колонизации и оттока населения на окраины. В целом же введение крепостного права, безусловно, усилило социальное напряжение в стране. Оно - вместе с обострением династической проблемы, усилением боярского своеволия, иностранным вмешательствам в русские дела - способствовало разложению морали, распаду традиционных отношений.

В 1598 году Годунов отменил недоимки по налогам и податям, дал некоторые привилегии служилым и посадским людям в выполнении государственных повинностей. Но неурожай в стране 1601-1602 годов привел к голоду и росту социальной напряженности. И в этой обстановке хаоса Годунов пытался не допустить народного восстания. Он установил предельную цену на хлеб, в ноябре 1601 года разрешил переход крестьян (на Юрьев день, единственный день в году, когда крестьяне могли свободно переходить от одного хозяина к другому), начал раздачу хлеба из государственных амбаров, усилил репрессии по разбойным делам и разрешил уходить холопам от своих хозяев, если те не могли их прокормить. Тем не менее эти меры успеха не имели. Народ бедствовал, а знать устраивала дележ богатства и привилегий, злобно соперничая в поисках личного благополучия. Запасов зерна, припрятанных многими боярами, хватило бы всему населению на несколько лет. Среди бедноты наблюдались случаи людоедства, а спекулянты удерживали хлеб, предвкушая повышение цен на него. Суть происходящего хорошо осознавалась в народе и определялась словом "воровство", но быстрых и простых путей выхода из кризиса не мог предложить никто. Чувство сопричастности к общественным проблемам у каждого отдельного человека оказывалось недостаточно развитым. К тому же немалые массы простых людей заражались цинизмом, корыстью, забвением традиций и святынь. Разложение шло сверху - от потерявшей всякий авторитет боярской верхушки, но грозило захлестнуть и низы.

В 1589 году было введено патриаршество, что повысило ранг и престиж русской церкви, она стала окончательно равноправной по отношению к другим христианским церквям. Первым патриархом стал Иов, человек близкий к Годунову. Борис Годунов несколько упрочил международное положение страны. После войны со Швецией в 1590 году были возвращены земли в устье Невы, утерянные Россией после Ливонской войны. В 1600 году Годунов заключил перемирие с Польшей на 20 лет. Было предотвращено нападение крымских татар на Москву. В 1598 году Годунов с 40-тысячным дворянским ополчением выступил против хана Казы-Гирея и тот отступил. Но в основном положение в России было бедственным. Магнаты и шляхта хотели захватить смоленские и северские земли, которые сто лет назад входили в состав Великого княжества Литовского.

Положение ухудшалось и недовольством широких народных масс, вызванным дальнейшим закабалением крестьянства, которые связывали ухудшение своего положения с именем Бориса. Они утверждали, что их закрепостили при царе Федоре Ивановиче по наущению боярина Бориса Федоровича Годунова.

В результате в центре страны вспыхнуло восстание (1603-1604) холопов под предводительством Хлопка Косолапа. Оно было жестоко подавлено, а Хлопок казнен в Москве. Смутное время было насыщено всевозможными конфликтами и непредсказуемостью событий.

Лжедмитрий I. Разочарование народа в "безродном" царе быстро перерастало в ненависть, что и предрешило поиск "законного наследника" престола. В это время (1603 год) в Польше объявился "царевич Дмитрий" - якобы чудом спасшийся от убийц сын Ивана Грозного. Он поведал польскому магнату Адаму Вишневецкому, что его подменили "в спальне угличского дворца". Покровителем Лжедмитрия стал воевода Ежи Мнишек. Заручившись поддержкой польско-литовских магнатов, Лжедмитрий тайно принял католичество и обещал римскому папе распространить католицизм в России. Лжедмитрий обещал также передать Речи Посполитой и своей невесте Марине Мнишек (дочери воеводы Ежи Мнишека) северские (район Чернигова) и смоленские земли, Новгород и Псков. Авантюра Лжедмитрия не была его личным делом. Лжедмитрий появился в обстановке всеобщего недовольства правительством Бориса Годунова как со стороны знати, так и со стороны русских крестьян, горожан, казаков. Лжедмитрий понадобился польским магнатам для того, чтобы начать агрессию против России, замаскировав ее видимостью борьбы за возвращение престола законному наследнику. Это была скрытая интервенция против русского народа. Но нужно заметить, что в появлении самозванца главная роль принадлежала московскому боярству. Ни один из самозванцев не посмел бы посягнуть на престол без открытой или тайной поддержки боярских группировок. Лжедмитрий I нужен был боярам для свержения Годунова, чтобы подготовить почву для воцарения одного из представителей боярской знати. Этот сценарий и был разыгран.

20 июня 1605 года Лжедмитрий во главе перешедшей на его сторону армии торжественно въехал в Москву и был провозглашен царем. Еще до этого были тайно убиты почти все родственники царя Бориса, в том числе и наследовавший ему сын Федор, а также некоторые из сохранивших верность апрельской присяге (Москва и войско в апреле 1605 года присягнули Федору Борисовичу Годунову), патриарх Иов был сослан в монастырь. Самозванец приступил к управлению государством.

Под маской мнимого сына Ивана IV скрывался беглый монах Григорий Отрепьев. Насколько можно судить, это был человек несомненно способный, склонность к авантюрам он сочетал с тонким политическим расчетом и государственными талантами. Успех Лжедмитрия I обеспечили, однако, не столько расчет и таланты, сколько общая ситуация в стране.

Однако укрепиться ему не удалось, так как он не сумел заручиться поддержкой ни одной из социально-политических сил. Свои польские "авансы" (Смоленск, Псков, Новгород, которые он обещал полякам, будучи претендентом на трон) самозванец оправдывать не собирался. Более того, он не разрешил полякам строить на Руси католические храмы. Желая привлечь на свою сторону русское дворянство, Отрепьев щедро раздавал земли и деньги, но их запасы были не беспредельны. Юрьева дня для крестьян он восстановить не решился. Православная же церковь относилась к царю-католику весьма настороженно. Падение Лжедмитрия I стало неминуемым, и 17 мая 1606 года в результате боярского заговора, слившегося с восстанием москвичей, он был сброшен с престола. Во главе заговора стоял могущественный клан князей Шуйских. 17 и 18 мая они обнародовали мнимые показания Бучинских, поляков-кальвинистов, приближенных Лжедмитрия. По этим показаниям Лжедмитрий будто бы хотел избить всех бояр и обратить русских в латинство и лютеранскую веру. Через три дня после убийства Лжедмитрия труп его был сожжен, прах заложен в пушку, из которой выстрелили в ту сторону, откуда пришел самозванец.

Василий Шуйский. После смерти Лжедмитрия на престол вступил боярский царь Василий Шуйский (1606-1610). 19 мая новый царь дал крестоцеловальную запись о том, что не будет применять смертную казнь и конфискацию имущества по отношению к своим врагам без согласия Боярской думы. Знать, таким образом, все внутренние и внешние противоречия могла решать с помощью боярского царя.

В окружной грамоте Шуйский уверял, что его просили на престол митрополиты, архиепископы, епископы и весь Освященный собор, а также бояре, дворяне, дети боярские и всякие люди Московского государства. Вслед за грамотою царя была послана грамота от московских бояр, дворян и детей боярских, в которой объяснялся переворот в ночь на 17 мая и говорилось о том, что царевич Дмитрий подлинно умер и погребен в Угличе, со ссылкой на свидетельство матери и дядей царевича, на престол же сел Гришка Отрепьев. Мать царевича инокиня Марфа в особой грамоте клялась, что она из страха признала самозванца за сына. По городам и всюду, куда проникали эти грамоты, они волновали умы. С целью пресечения слухов о спасении царевича Дмитрия его останки были перенесены по приказу Василия Шуйского через три дня после коронации из Углича в Москву. Царевич был причислен к лику святых.

Четырехлетнее правление Шуйского и Боярской думы принесло России новые испытания. Желанная стабильность не была достигнута. Окраины России продолжали бурлить и волноваться. Политический конфликт, порожденный борьбой за власть и корону, перерос в социальный. Народ, окончательно потеряв веру в улучшение своего положения, вновь выступил против властей. Вдобавок пошли слухи о чудесном спасении Лжедмитрия I в ночь на 17 мая. В самой среде боярства усиливались рознь и раскол. Боярин Петр Никитич Шереметев составил заговор с целью свергнуть царя Василия в пользу князя Мстиславского, за что и был сослан воеводой во Псков. Опасаясь излишних толков и волнений по поводу мнимого спасения названного Дмитрия, царь Василий выслал из Москвы в города большую часть пленных поляков, а некоторых и совсем освободил.

Восстание И. И. Болотникова. При таких обстоятельствах в новгород-северской окраине при князе Шаховском появился Иван Исаевич Болотников, якобы посланный царем Дмитрием. Этот бывалый человек, одаренный недюжинными военными способностями, умом, смелостью и отвагой, познакомился в Самборе с неким Молчановым, который разыграл перед ним роль спасенного царя Дмитрия и отправил его с письмом к князю Шаховскому, назначив Болотникова воеводой. Болотников призвал к оружию холопов, обещая им волю и почести под знаменами Дмитрия. "Горючего материала" была такая масса, что громадный пожар не замедлил вспыхнуть: крестьяне поднялись на помещиков, подчиненные - против начальников, бедные - на богатых. В городах заволновались посадские люди, в уездах - крестьяне, поднялись стрельцы, казаки. У дворян и детей боярских зашевелилась зависть к высшим чинам - стольникам, окольничим, боярам. Воевод и дьяков вязали и отправляли в Путивль, холопы разоряли дома господ, убивали мужчин, насиловали женщин. Царь Василий выслал против Болотникова князя Трубецкого, но его войско было разбито наголову под Кромами. Мятеж после победы Болотникова принял огромные размеры. Дворянин Истома Пашков возмутил Тулу, Венев, Каширу. Воевода Сунбулов и дворянин Прокофий Ляпунов подняли Рязанскую землю. В пределах губерний Орловской, Калужской, Смоленской двадцать городов восстали против царя Василия.

Летом и осенью 1606 года войска Болотникова и Пашкова испытали ряд неудач в полевых сражениях, однако большинство северских городов-крепостей перешли на сторону мятежников. Воеводы Шуйского осаждали города, переметнувшиеся на сторону новоявленного Лжедмитрия, однако не смогли овладеть положением в южных районах страны. Дворянское ополчение правительства было ненадежно: рязанские, тульские, калужские дворяне часто переходили на службу в войско самозванца (который по-прежнему не показывался в России).

Правительственные силы были вынуждены отступить из охваченных восстанием районов на север (август 1606 года), осенью пришлось оставить и окрестности Калуги и Тулы. Отряды Болотникова и Пашкова наступали и после победы под Троицком 25 октября (селом в 50 верстах на юг от Москвы) подошли к столице.

Московский посад, в котором было велико влияние семьи Шуйских еще до вступления Василия на престол, не откликнулся на призывы мятежников открыть ворота "воеводам царя Дмитрия". Столичные жители, многие из которых своими глазами видели труп Лжедмитрия I, не слишком верили в его очередное "чудесное спасение". Сил для штурма Москвы у мятежников было недостаточно, кроме того, в их лагере не хватало единства. Болотников не слишком ладил с Пашковым, а дворянская конница восставших была столь же ненадежна, как и дворяне, воевавшие на стороне Шуйского. Попытки Болотникова обратиться к "черному люду" столицы насторожили помещиков и привели к разладу в лагере противоправительственной коалиции, а не в осажденном городе. 15 ноября, во время битвы в Замоскворечье, на сторону Шуйского перешел Прокопий Ляпунов с отрядом рязанских помещиков. В ходе генерального сражения в начале декабря примеру рязанцев последовал и Истома Пашков. Верные Болотникову отряды были разбиты и отступили, у стен Москвы еще некоторое время стояли казаки, но и они постепенно прекратили сопротивление.

Болотников отступил в Калугу: его положение в осажденном городе было незавидным. Обещанный народу "царь Дмитрий" всё не соглашался объявиться в Московском государстве. Правда, неожиданную помощь болотниковцам оказал другой самозванец - Илейка Коровин, который еще в апреле 1606 года при поддержке донских казаков объявил себя никогда не существовавшим "царевичем Петром Федоровичем". Этот "сын" бездетного Федора Ивановича сначала воевал со своим мнимым дядей, Лжедмитрием I, а затем не признавал таинственного нового самозванца. В начале 1607 года Лжепетр двинулся на соединение с Болотниковым. Это соединение произошло в Туле, которая вскоре была осаждена Шуйским и 10 октября сдалась. Царь Василий сослал Болотникова, ослепив его, на север, в Каргополь, где он был утоплен. Лжепетра повесили в Москве.

Лжедмитрий II. Тем временем в пределах Московского царства объявился Лжедмитрий II (вероятнее всего, это был не тот человек, который отправлял Болотникова в Путивль, о личности этого самозванца неизвестно ничего). Очередной претендент на трон с помощью польских отрядов занял несколько южных городов, но не успел оказать помощь Туле, которую ранее попросил И. И. Болотников в надежде воссоединиться с самозванцем. Тула была взята войсками Шуйского. Тем не менее ряд побед позволил Лжедмитрию II подойти к Москве, но попытки войти в столицу закончились провалом. Он остановился в 17 км от Кремля, в местечке Тушино, где в начале июня 1608 года разбил военный лагерь (отсюда его прозвище "Тушинский вор"). Здесь были свои бояре и воеводы, свои приказы и даже свой патриарх - таковым стал (как говорят современники - по принуждению) митрополит Ростовский Филарет, бывший боярин Федор Никитович Романов. В Тушинский лагерь пришло из Москвы немало князей и бояр, хотя они знали, конечно, что идут служить явному обманщику и самозванцу. Вскоре в Тушино перебралась и Марина Мнишек. Самозванец обещал ей три тысячи золотых рублей и доходы с четырнадцати русских городов после воцарения в Москве, и она признала в нем своего мужа. Было совершено их тайное венчание по католическому обряду. Самозванец обещал способствовать распространению католицизма в России.

Лжедмитрий II был послушной марионеткой в руках польских шляхтичей, которые сумели взять под свой контроль северо-запад и север русских земель. Одной из светлых страниц русской истории этого времени была героическая защита Троице-Сергиева монастыря, осажденного поляками, литовцами и русскими "ворами" (сентябрь 1608-январь 1610 года). Выступления против польских захватчиков произошли в ряде крупных городов севера - Новгороде, Вологде, Великом Устюге. Во многих случаях победа доставалась русским ополченцам.

Открытая интервенция. Гражданская война в России осложнилась интервенцией: с Запада в 1610 году вторглись польские королевские войска, а в северо-западных областях появились шведы. В этих условиях Россия, отказавшись от своих претензий на Балтийское побережье, заключила договор со Швецией. В благодарность шведы оказали военную помощь России в ее борьбе с Лжедмитрием II. Во главе московских войск встал в это время талантливый полководец, племянник царя Василия князь Михаил Скопин-Шуйский. С помощью шведов и ополчений северных городов начались успешные действия против польских захватчиков. В результате был освобожден север России. Войска двинулись к Москве.

В ответ на помощь Швеции России польский король Сигизмунд объявил русскому правительству войну. В сентябре 1609 года он осадил сильную русскую крепость Смоленск, который оборонялся 21 месяц. Сигизмунд приказал польским отрядам покинуть Тушино и идти на Смоленск. Тушинский лагерь рассыпался, самозванец остался без покровителей. Осенью 1609 года он оставил Тушино и бежал в Калугу. Тогда русские тушинцы, оставшиеся без своего "царя", послали послов под Смоленск к польскому королю Сигизмунду и заключили с ним в феврале 1610 года договор о принятии на царство его сына, королевича Владислава.

В марте 1610 года тушинский лагерь был покинут всеми его обитателями, которые разошлись в разные стороны, и Скопин-Шуйский торжественно вступил в освобожденную Москву. Москва радостно приветствовала молодого воеводу и ожидала от него новых подвигов и успехов в борьбе против неприятелей, но в апреле Скопин внезапно заболел и умер (по слухам - от отравы).

Между тем от западной границы к Москве двигалось польское войско под командой гетмана Жолкевского. При селе Клушино Жолкевский встретил и разбил московское войско, бывшее под командой царского брата, князя Дмитрия Шуйского, и приблизился к самой Москве. С другой стороны к Москве подходил из Калуги Тушинский вор. Город был в тревоге и в смятении, царь Василий потерял всякое доверие и авторитет, 17 июля 1610 года он был свергнут с престола, а 19 июля насильственно пострижен в монахи.

Семибоярщина. Устранив от власти Василия Шуйского, летом 1610 года московская аристократия создала собственное правительство во главе с князем Ф. И. Мстиславским. Это правительство состояло из семи бояр и получило название "семибоярщина". Однако это боярское правление не могло быть длительным и прочным. Приближение Тушинского вора, за которым шел призрак социального переворота и анархии, пугало всех бояр и всех "лучших людей". Чтобы избавиться от вора и его притязаний, бояре решили избрать на московский престол сына короля Сигизмунда, Владислава, и впустили войска интервентов в Кремль. 27 августа 1610 года Москва торжественно присягнула королевичу Владиславу, как своему будущему государю, с условием, что он обещает охранять православную веру. На последнем условии категорически настаивал патриарх Гермоген, который не допускал возможности занятия московского престола неправославным. Это было прямое предательство национальных интересов. Перед страной встала угроза потери независимости.

Однако планы Сигизмунда были другие, он не хотел отпускать молодого сына в Москву, тем более не хотел позволить ему принять православие. Он намеревался сам занять московский престол, но пока не открывал своих планов. Поэтому русское посольство под Смоленском было вынуждено вести длительные и бесплодные переговоры, в которых король настаивал, чтобы послы побудили "смоленских сидельцев" к сдаче.

Между тем Москва в сентябре 1610 года с согласия бояр была занята польским войском Жолкевского, который скоро уехал оттуда, передав команду Гонсевскому. Во главе гражданского правительства стали боярин Михаил Салтыков и "торговый мужик" Федор Андронов, которые и пытались управлять страной от имени Владислава. Летом (в июле) 1611 года был занят шведами Новгород Великий почти без сопротивления жителей, что дополняет печальную картину общего морального упадка и разложения в стране.

Польская оккупация Москвы затягивалась, Владислав не принимал православия и не ехал в Россию. Правление поляков и польских клевретов в Москве возбуждало все большее недовольство, но его терпели как меньшее зло, ибо присутствие польского гарнизона в столице делало ее недоступной для Тушинского (теперь Калужского) вора. Но в декабре 1610 года вор был убит в Калуге, и это событие послужило поворотным пунктом в истории смуты. Теперь у служилых людей, и у "земских" людей вообще, и у казаков, в которых жило национальное сознание и религиозное чувство, оставался один враг - тот, который занимал русскую столицу иноземными войсками и угрожал национальному русскому государству и православной русской вере.

Первое ополчение. Во главе национально-религиозной оппозиции в это время становится патриарх Гермоген. Он обратился к русским людям с прямыми призывами к восстанию, на защиту церкви и отечества, за что был арестован. Но голос патриарха был услышан. Уже в самом начале 1611 года начинается широкое патриотическое движение в стране. Города переписываются между собой, чтоб всем прийти в соединение, собирать ратных людей и идти на выручку к Москве. "Главный двигатель восстания... был патриарх, по мановению которого, во имя веры, вставала и собиралась Земля".

Весной 1611 года к Москве подступило земское ополчение и начало его осаду. В это время король Сигизмунд прекратил бесконечные переговоры под Смоленском с русскими послами и велел увезти митрополита Филарета и князя Голицына в Польшу как пленников. В июне 1611 года поляки, наконец, взяли Смоленск, в котором из 80 000 жителей, бывших там в начале осады, оставалось в живых едва 8 000 человек.

Значительная часть Москвы в марте 1611 года подверглась разгрому и сожжению со стороны польского гарнизона, желавшего предупредить восстание, причем было избито несколько тысяч жителей. Пришедшее под Москву земское ополчение состояло из двух различных элементов: это были, во-первых, дворяне и дети боярские, во главе которых стоял знаменитый в то время рязанский воевода Прокопий Ляпунов, а во-вторых, казаки, во главе которых стояли бывшие тушинские бояре, князь Дмитрий Трубецкой и казачий атаман Иван Заруцкий.

Войска ополченцев мужественно сражались за независимость уже на подступах к Кремлю. Здесь в районе Сретенки был тяжело ранен князь Д. М. Пожарский, руководивший передовыми отрядами. Однако развить успех русские войска не смогли. Руководители ополчения высказались за возврат беглых крестьян к их владельцам. Казаки не имели права занимать государственные должности. Между дворянами и казаками, лично между Ляпуновым и Заруцким возникли антагонизм и соперничество. Дело кончилось тем, что казаки, подозревая Ляпунова во враждебных умыслах, вызвали его в свой круг для объяснения и убили. Так погиб П. Ляпунов - дворянин, руководитель рязанского ополчения, сумевший хорошо наладить его военную организацию.

Оставшись без вождя и напуганные казацким самосудом, дворяне и дети боярские в большинстве разъехались из-под Москвы по домам. Казаки остались в лагере под Москвой, но они были недостаточно сильны, чтобы справиться с польским гарнизоном. Первое ополчение распалось. Продолжая грабеж русских земель, шведы в это время захватили Новгород, а поляки после многомесячной осады овладели Смоленском. Польский король Сигизмунд III объявил, что сам станет русским царем, а Россия войдет в Речь Посполитую. Так закончилось первое ополчение, но оно имело большое практическое и историческое значение.

Второе ополчение. Неудача первого земского ополчения огорчила, но не обескуражила земских людей. В провинциальных городах скоро снова началось движение за организацию нового ополчения и похода к Москве. На этот раз исходным пунктом и центром движения стал Нижний Новгород во главе с его знаменитым земским старостой Кузьмою Мининым, который в сентябре 1611 года выступил в Нижегородской земской избе с горячими призывами помочь Московскому государству, не жалея никаких средств и никаких жертв. Городской совет, из представителей всех слоев населения, руководил начальными шагами - сбором средств и призывом ратных людей. Начальником земского ополчения был приглашен "стольник и воевода" Дмитрий Михайлович Пожарский, способный военачальник и человек с незапятнанной репутацией, хозяйственную и финансовую часть взял на себя "выборный человек всей землею" Кузьма Минин. В ноябре движение, начатое Нижним Новгородом, охватило уже значительный приволжский район, а в январе ополчение двинулось из Нижнего сначала к Костроме, а потом к Ярославлю, куда оно прибыло к началу апреля 1612 года, встречая по пути живейшее сочувствие и поддержку со стороны населения.

Узнав о движении нижегородского ополчения, М. Салтыков со своими приспешниками потребовали от патриарха Гермогена, чтобы он написал грамоту с запрещением нижегородцам идти к Москве. На это Гермоген ответил: "да будет им от Бога милость и от нашего смирения благословление; на нас же изменниках да излиется от Бога гнев и от нашего смирения будьте прокляты в сем веце и в будущем"; за это отступники "начаша его гладом томити и умре от глада в 1612 году февраля в 17 день, и погребен в Москве в Чудове монастыре".

Земское ополчение оставалось в Ярославле около четырех месяцев, это время прошло в напряженной работе над восстановлением порядка в стране, над созданием центральных правительственных учреждений, над собиранием сил и средств для самого ополчения. Вокруг ополчения объединилось больше половины тогдашней России, в городах работали местные советы из представителей всех слоев населения, а из Ярославля назначали в города воевод. В самом Ярославле образовался Земский собор, или Совет всея земли, из представителей с мест и представителей от служилых людей, составлявших ополчение. Этот совет и был временной верховной властью в стране.

Помня судьбу Ляпунова и его ополчения, Пожарский не спешил идти к Москве, пока не соберет достаточно сил. В конце июля ополчение Пожарского двинулось из Ярославля к Москве. Услыхав о его движении, атаман Заруцкий, увлекши с собой несколько тысяч "воровских" казаков, ушел из-под Москвы в Калугу, а Трубецкой с большинством казацкого войска остался, поджидая прихода Пожарского. В августе ополчение Пожарского подошло к Москве, а через несколько дней к Москве подступил польский гетман Ходкевич, шедший на помощь польскому гарнизону в Москве, но был отражен и вынужден отступить.

В сентябре подмосковные воеводы договорились, "по челобитью и приговору всех чинов людей", чтобы им вместе "Москвы доступать и Российскому государству во всем добра хотеть безо всякой хитрости", и всякие дела делать заодно, а грамоты от единого правительства писать отныне от имени обоих воевод, Трубецкого и Пожарского. 22 октября казаки пошли на приступ и взяли Китай-город, а через несколько дней сдались, обессиленные голодом, поляки, сидевшие в Кремле, и оба ополчения торжественно вступили в освобожденную Москву при звоне колоколов и ликовании народа.

Начало царской династии Романовых. В феврале 1613 года состоялся Земский собор в Москве, на котором стоял вопрос о выборе нового русского царя. В качестве кандидатов на русский престол были предложены польский королевич Владислав, сын шведского короля Карл-Филипп, сын Лжедмитрия II и Марины Мнишек - Иван, а также представители крупнейших боярских фамилий.

Решили избрать кого-нибудь из своих, но тут начались разногласия, споры, козни и смуты, ибо среди "великородных" московских бояр, бывших ранее союзниками или поляков, или Тушинского вора, не находилось достойного и популярного кандидата. После долгих споров 7 февраля 1613 года выборные люди сошлись на кандидатуре 16-летнего Михаила Романова, сына находившегося в польском плену митрополита Филарета, внучатого племянника первой жены Ивана Грозного, Анастасии Романовой.

21 февраля 1613 года Земский собор единодушно избрал и торжественно провозгласил царем Михаила Федоровича Романова. В избирательной грамоте было сказано, что его пожелали на царство "все православные крестьяне всего Московского государства", а с другой стороны - были указаны его родственные связи с прежней царской династией: новый царь - сын двоюродного брата царя Федора Ивановича, Федора Никитича Романова-Юрьева, а царю Федору Ивановичу - племянник...

2 мая 1613 года Михаил Романов прибыл в Москву, 11 июля он был венчан на царство. Его отец патриарх Филарет возглавил православную церковь. Таким образом, на русской земле власть была восстановлена в форме самодержавной монархии.

Характер и последствия смуты. Борьба за власть и за царский престол, начатая московским боярством, привела впоследствии к полному крушению государственного порядка, к междоусобной борьбе "всех против всех" и к страшной деморализации, которая нашла особенно яркое выражение в тушинских "переплетах" и в тех диких и бессмысленных зверствах и насилиях над мирным населением, которые совершали шайки "воровских людей".

Нет сомнения, что в середине смутного времени (начиная с 1606 года) мы наблюдаем элементы "классовой борьбы", или восстания бедных против богатых, но в большей мере это было всеобщее междоусобие.

Современники точно и правильно пишут: "воры из всяких чинов", т.е. из всех сословий и классов общества. Тушинский лагерь второго Лжедмитрия считается характерным "воровским" лагерем, а между тем "у Вора были представители очень высоких слоев московской знати". "Воровские люди" - это была отнюдь не экономическая, но морально-психологическая категория - люди без всяких морально-религиозных устоев и правовых принципов, а таковых нашлось немало во всех классах общества (все же они составляли меньшинство населения). А кто были те "земские люди", которые поднялись против домашних "воров" и иноземных неприятелей и восстановили разрушенное "ворами" и внешними врагами национальное государство? Это были троицкие монахи, посадские и деревенские, торговые и пашенные мужики центральных и северных областей, средние служилые люди и значительная часть донских казаков - союз весьма пестрый в классовом отношении.

В период так называемого междуцарствия (1610-1613 годы) положение Московского государства казалось совершенно безвыходным. Поляки занимали Москву и Смоленск, шведы - Великий Новгород, шайки иноземных авантюристов и своих "воров" разоряли несчастную страну, убивали и грабили мирное население. Когда земля стала "безгосударной", политические связи между отдельными областями порвались, но все же общество не распалось: его спасли связи национальные и религиозные. Городские общества центральных и северных областей, возглавляемые своими выборными властями, становятся носителями и проповедниками национального сознания и общественной солидарности.

Смутное время было не столько революцией, сколько тяжелым потрясением жизни Московского государства. Первым, непосредственным и наиболее тяжелым его следствием было страшное разорение и запустение страны: в описях сельских местностей при царе Михаиле упоминается множество пустых деревень, из которых крестьяне "сбежали", или "сошли безвестно куды", или же были побиты "литовскими людьми" и "воровскими людьми". В социальном составе общества смута произвела дальнейшее ослабление силы и влияния старого родовитого боярства, которое в бурях смутного времени частью погибло или было разорено, а частью морально деградировало и дискредитировало себя своими интригами, "шалостью" и своим союзом с врагами государства.

В отношении политическом смутное время - когда земля, собравшись с силами, сама восстановила разрушенное государство, - показало воочию, что Московское государство не было созданием и "вотчиною" своего "хозяина" - государя, но было общим делом и общим созданием "всех городов и всяких чинов людей всего великого Российского Царствия".

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.