Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Действия советской артиллерии против огневых точек финнов

Первая разведка в направлении Симола — Метсяпиртти

Лейтенант Т. Сычев

К началу войны против белофиннов я командовал взводом. В первый день боевых действий мне была поставлена задача — вести разведку в направлении Симола — Метсяпиртти.

В сумеречное утро 30 ноября ударила наша артиллерия. Мой взвод стоял на опушке леса, у самой границы. Все мои бойцы переживали подъем, радостное волнение. Предстояло сражаться за Родину, за безопасность советских границ и города Ленина. Кроме того, было радостно сознавать мощь нашей техники. От артиллерийской стрельбы стоял сплошной гул, было светло, как днем.

После окончания артподготовки я подал команду:

— Вперед!

И взвод перешел границу. Впереди, справа, слева и сзади у меня двигались дозоры.

Перед нами километров на семь-восемь тянулась невеселая местность: заросли мелкого кустарника, поля под снегом, сосновые рощи.

Взвод шел вдоль дороги на деревню Ванхаяма. В придорожных канавах валялись велосипеды, противогазы, снаряжение, серые куртки и шинели. Белофинны только что удрали отсюда.

Перед деревней Ванхаяма дозорные Базян и Головин заметили справа от дороги, в саду около дома два станковых пулемета. Дозорные видели, что пулеметы маскировались, к ним подносили патроны. Заметив дозорных, белофинны открыли огонь с дистанции метров в двести — беспорядочными длинными очередями.

Базян и Головин отползли в сторону, притаились, стали наблюдать. Условными сигналами — штык вверх и взмах рукой в сторону противника — сообщили мне о замеченном.

Я тоже слышал выстрелы. Сразу же положил взвод. И, оставив за себя командира 1-го отделения Минасяна, ползком пробрался к дозору в кусты. Дозорные показали мне врага. В заборе сада были выбиты доски, торчали дула пулеметов. Вправо был овраг с кустами, он тянулся в сторону сада и домика, обходя его справа. Влево была высотка. Белофинны могли вести огонь вдоль высотки и по высотке.

Я послал командира отделения Павлова по оврагу в тыл врага с задачей забросать белофиннов гранатами и выставил в кусты к дороге за укрытие два ручных пулемета. Они начали постреливать, отвлекая белофиннов.

Тем временем Павлов со своим отделением пробрался по оврагу и напоролся на колючую проволоку. Не теряя времени, он приказал бойцу Головину с его автоматом выползти из оврага и уничтожить прислугу двух финских пулеметов. Отважный красноармеец Головин, ловко маскируясь, выбрался из оврага и открыл огонь. Трое белофиннов были убиты на месте, двое успели убежать. Нам достался один станковый пулемет, а от другого — только станок, тело враги утащили.

Захватив всю высоту с домиком, я послал донесение комбату. Он приказал двигаться вперед. Я тоже понимал, что надо двигаться вперед, притом как можно быстрее: противник в панике убегает, и эти два пулемета выставил как прикрытие.

Я быстро продвинулся со взводом километра на три. Тут комбат приказал остановиться. Я выставил боевое охранение и стал наблюдать.

Двинулся я дальше уже после того, как подошел батальон, выставивший сторожевое охранение и остановившийся пообедать.

Перед деревней Симола дозорные донесли мне, что они заметили на открытом поле каменные надолбы в четыре ряда. Я положил взвод, а сам выдвинулся к дозору.

Впереди я разглядел и надолбы и проволоку в несколько кольев, а на ровной высотке — снежные бугры. Я подумал, что это белофинские дзоты. Надо было выявить огневые точки врага. Я выставил вперед ручной пулемет, определил дистанцию — до 700 метров.

С первой же очереди пулеметчик Базян попал в снежный бугор. Оттуда, видимо, из блиндажа ответил станковый пулемет. Я определил это и по звуку, и по тому, что на снегу у бугра появилось черное пятно — это от копоти.

Меняя положение, мы обстреляли бугры и выявили два станковых пулемета, стрелковые окопы. Я донес об этом комбату капитану Заломкину, который находился от меня в километре. Он поставил задачу батарее полковой артиллерии разбить блиндажи.

Батарея стала бить прямой наводкой. И отсюда белофиннам пришлось удирать, побросав снаряжение, много патронов и даже котелки с кашей.

На другой день, рано утром, мой взвод опять пошел в разведку впереди батальона. Мы двигались мелким сосняком. Мне бросилось в глаза, что стволы сосенок снизу от земли и на высоту до полутора метров — голые. Присмотрелся. Сучья срезаны недавно. Значит, противник недалеко. Это он подготовил для себя и наблюдение и обстрел. Я остановил взвод в укрытии и с отделением Минасяна осторожно двинулся вперед. Смотрю — лес стал реже. Снег был неглубокий. Я приказал разрыть снег и осмотреть, нет ли пеньков. Пеньки нашлись. Мне стало ясно, что здесь противник вырубил, проредил лес.

Вскоре впереди показалась поляна шириной метров в двести. Я подумал, что тут уж наверняка встречу белофиннов.

Подняв руку, подал сигнал, и взвод быстро, ползком двинулся ко мне. В 150 метрах от поляны я положил взвод. И все быстро окопались. Еще до войны, готовя свой взвод, я на все обращал самое серьезное внимание. И сейчас с удовлетворением видел, что взвод зарылся в землю за две минуты.

Отделение Минасяна двинулось ползком вперед, на опушку леса — разведать врага.

Красноармейцы Базян и Головин заметили, как на противоположной опушке леса из домика пробежали и скрылись за деревьями два белофинна.

Я прополз на опушку к Минасяну. Со мной был ручной пулемет.

На поляне валялись срубленные сосенки, некоторые даже с необрубленными сучьями. Ясно, что противник очистил, подготовил полосу обстрела. Я разглядел на той стороне занесенные снегом блиндажи. Но амбразуру увидел только одну. Вправо виднелись каменные надолбы. Через поляну тянулись рядком колышки в четверть метра над снегом. Что это за колышки? Базян и Головин разведали ползком — это, оказывается, были сосновые колья — крепление, чтобы песок не осыпался со стенки противотанкового рва. Самого-то рва нам с земли не было видно.

Двигаться вперед нельзя. И я принял решение разведать противника огнем. Выбрал себе в канаве на опушке леса наблюдательный пункт, голову в куст — отсюда хорошо наблюдать. Ручному пулеметчику Базяну показал несколько рубежей, приказал ему переползать быстро с одного рубежа на другой и с каждого обстрелять короткой очередью белофинские блиндажи.

Как только Базян дал первую очередь, белофинны открыли ураганный огонь из винтовок и пулеметов.

Я очень хорошо видел, как из одной амбразуры бил станковый пулемет противника. Неустрашимый пулеметчик Базян с нового рубежа послал в ту амбразуру меткую очередь, и вражеский пулемет замолк.

Мне теперь стало ясно, что передо мной — не менее усиленной роты противника в блиндажах, прикрытых проволокой, надолбами и противотанковым рвом.

Свою задачу я выполнил. Товарища Базяна я отозвал в укрытие. Комбату послал донесение.

Наш батальон захватил здесь два станковых пулемета, одно орудие (оно было далеко на опушке леса, я обнаружил его уже в бою). Несколько белофиннов было убито, остальные побросали снаряжение, десятки винтовок, патроны и убежали.

В эту первую разведку Красноармейцы Базян и Головин показали себя замечательными патриотами, смелыми разведчиками. И потом они дрались геройски. По заслугам наградило их правительство: Базяна орденом Красного Знамени, а Головина — орденом Ленина.

Для меня же первая разведка была серьезным экзаменом.

Многому научился я в день моего боевого крещения.

Действия советской артиллерии против огневых точек финнов

Лейтенант Н. Сизов

Батарея противотанковых орудий, которой я командовал, была придана 2-му батальону. 1 декабря в 10 часов утра батальон получил задачу наступать на местечко Палкеала.

Противотанковые орудия на огневой позиции

Противотанковые орудия на огневой позиции

5-я рота под командой младшего лейтенанта Николаева получила задачу — обойти противника слева и ударить с тыла. Два взвода моей батареи оставались с основными силами батальона, а 3-й взвод двинулся с 5-й ротой. Впереди лежало поле, пересеченное глубоким противотанковым рвом, а за ним начинались высоты и овраги, покрытые лесом. Противник огня не вел, и рота, быстро преодолев ров и поле, подошла к лесу. Орудия, встретив на пути ров, немного задержались и отстали от роты. В это время на командном пункте батальона, где я находился, было получено донесение, что 5-я рота натолкнулась в лесу на сильный пулеметный огонь с высоты, лежавшей перед ней.

Получив это донесение, я решил во что бы то ни стало выдвинуть орудия вперед, так как они отстали и не могли вести огня: мешал лес, а роте нужна немедленная помощь. Доложил командиру батальона. Он одобрил мое решение. Вскоре мне удалось с одним орудием пробраться в роту. Впереди находилась небольшая высота с лесом, рота залегла на скате высоты. Огонь противника не давал двигаться, пули сыпались сплошным дождем. Я оставил орудие в лощине, а сам, натянув на себя белый халат, вместе с наблюдателем ползком пробрался между деревьями на высоту. Ко мне подполз политрук роты, и мы вместе стали наблюдать, откуда бьет противник. Впереди лежала лощина, а за ней поднималась вторая высота с лесом. Все кругом было занесено снегом.

На скате высоты я заметил подозрительную насыпь с небольшим черным отверстием, похожим на амбразуру. Услышав сухую очередь пулемета и заметив дымок, я окончательно убедился, что это скрытая огневая точка противника. Я подал сигнал орудию продвинуться вперед.

Расчет, укрываясь за щит орудия, выкатил орудие на гребень высоты. Противник орудия не замечал, несмотря на то, что оно было только в 200 метрах от него, потому что на орудие был натянут белый чехол. Я стал указывать наводчику цель, но ни командир орудия, ни наводчик не смогли ее увидеть: мешали густые ветви деревьев. Тогда я прыгнул к орудию и встал на место наводчика. Стволы деревьев заслоняли цель. Я навел орудие в цель в промежуток между деревьями, расчет зарядил орудие осколочным снарядом. Выстрел. Снаряд ударил в ствол дерева, стоявшего впереди метров на восемьдесят от орудия, и сбил его.

Цель была теперь хорошо видна. Я выстрелил второй раз; снаряд с резким лязгом разорвался около амбразуры, не причинив ей вреда. Противник заметил теперь орудие и перенес огонь на него.

Длинная очередь ударила по щиту, и пули с визгом отскочили в сторону. Был ранен подносчик Матвеев. Я снова дернул рукоять спуска. Снаряд ударил перед самой амбразурой и закрыл ее пылью и дымом. Пулемет противника смолк, но через несколько секунд снова открыл огонь по орудию. Пули на этот раз лишь взрыли снег впереди орудия.

По резкому звуку разрывов и по тому, что снаряд рвется на поверхности, не зарываясь в землю, я определил, что имею дело с каменным или железобетонным укреплением. Я приказал зарядить орудие бронебойным снарядом и произвел выстрел. Снаряд, ударившись в стенку амбразуры, разрушил ее. Большая каменная глыба скатилась вниз с насыпи. Амбразура стала шире. За этим снарядом последовал следующий, он попал прямо в амбразуру и разворотил ее.

На огневой позиции

На огневой позиции

Но рота все еще не могла продвигаться, так как слева из сарая, находившегося метрах в четырехстах от нас, бил второй пулемет. Я решил перенести огонь туда, но густой лес мешал стрелять. В это время уже подошло мое второе орудие с командиром отделения Вовненко. Оно выдвинулось на 50 метров левее первого, на высоту, откуда был хорошо виден сарай. Я приказал командиру орудия открыть огонь по сараю. Несколько снарядов разорвалось в стене сарая, но пулемет не прекращал огня. Тогда я приказал вести огонь по крыше сарая и разрушить его. После нескольких снарядов соломенная крыша загорелась, и пулемет смолк. Рота начала продвигаться и с успехом выполнила свою задачу. Противник был выбит и быстро откатился. Батальон занял Палкеалу. Проходя мимо разбитой мною первой огневой точки, я решил ее осмотреть. Там оказался глубокий блиндаж, стороны которого были обложены крупными камнями, а сверху сделан накат из толстого соснового леса, на котором был слой земли и крупных камней. Внутри у амбразуры лежал убитый офицер и разбитый пулемет. Мой снаряд разорвался прямо под пулеметом. В блиндаже белофинны оставили 18 ранцев, несколько шинелей и 10 тысяч патронов.

Обнаружение наблюдательного пункта белофиннов

Отделенный командир П. Головин

Во взводе связи 3-го батальона я был отделенным командиром.

1 декабря 1939 года наш батальон наступал на местечко Метсяпиртти.

Старший лейтенант Сидоренко приказал мне проложить связь на командный пункт артиллеристов и передать приказ о подавлении артиллерии противника, которая обстреливала батальон из-за реки Тайпален-йоки.

В течение нескольких минут вместе со старшим телефонистом товарищем Васильевым мы провели связь и передали приказ.

Наша артиллерия открыла огонь и заставила белофинские орудия замолчать.

Ночью линия связи была перебита осколками вражеских снарядов. Мне было приказано восстановить линию, и я это выполнил. Тут же я обнаружил телефонный провод противника. Дело было так. Я шел по своей линии — сначала лесом, кустами, потом открытым местом. Вскоре я спустился к речке. Наш провод лежал на снегу. Я стал подвешивать его над тропой. И тут наткнулся на связь белофиннов, — их провод, тонкий и черный, был как раз подвешен в этом же месте. Я немедленно подключил телефонный аппарат. Подслушиваю — да ведь это же белофинны болтают?

Тогда я отключил телефон от линии противника и, включившись в свой провод, доложил обо всем командиру батальона. Он приказал мне проследить, куда идет линия противника. При этом он предупредил меня, чтобы я был осторожнее и не попал в лапы белофиннам.

Я пошел по линии противника, предварительно вырезав кусок провода — метра два-три: пусть больше не болтают.

По вражескому проводу я добрался до местечка Метсяпиртти. От пожара было светло, как днем.

Тщательно маскируясь, я продолжал двигаться по местечку, не упуская из виду провод. И вот я увидел, что провод поднялся на колокольню церкви. Я стал наблюдать за колокольней и тотчас заметил, что наверху мигает огонек. Для меня стало ясно, что на колокольне — белофинский наблюдательный пункт и что наблюдатель сигнализирует светом: провод-то его я ведь обрезал!

Поспешно вернувшись, я доложил об этом командиру батальона.

По колокольне ударили наши снаряды, и она запылала...

Штурм линии Маннергейма в Советско-Финском конфликте

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.