Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Солдаты на лыжах в финской кампании

Лыжный боевой отряд

Старший политрук В. Вавашкин

Наш отдельный сводный лыжный батальон занимал позиции в районе хутора Ретец, прикрывая правый фланг стрелковой дивизии. Нашей задачей была охрана маршрута наступления батальона тов. Мокшеева и ведение разведки.

Разведав фланги противника, командование решило прощупать и его тылы. С этой целью был выделен небольшой лыжный отряд в 36 человек.

Задача, возложенная на отряд, была очень сложная, и мы тщательно готовились к выступлению.

 Пулеметчики на лыжах

Пулеметчики на лыжах

Ненужное в бою обмундирование и снаряжение мы оставили на базе. Мы надели только белье, ватные куртки и брюки, валенки и поверх перчаток меховые рукавицы.

Нам было тепло и в то же время легко и удобно. Бойцы взяли с собой, кроме оружия, по одному санитарному пакету и трехдневный запас сухого и концентрированного продовольствия.

Небольшой запас патронов находился в вещевых мешках, по 50 штук в карманах и остальные на лыжной установке.

Было известно, что по ночам противник вел огонь по лыжам, четко выделяющимся на снегу. Поэтому лыжи мы окрасили в белый цвет и. конечно, надели белые халаты и капюшоны.

Закончив подготовку, мы еще раз проверили снаряжение, дождались темноты и выступили в направлении хутора Хури.

Отряд шел без дороги лесом по снегу, избегая открытых мест. Впереди в полной тишине двигался дозор. За ним на расстоянии 20 — 30 метров следовало ядро отряда, разбитое на две группы: группу стрелков-автоматчиков и группу пулеметчиков. Пулеметчики были вооружены ручными пулеметами и автоматическими винтовками.

Между стрелками и пулеметчиками шел командир отряда с двумя наблюдателями-ориентировщиками. Они контролировали и наносили на карту все движение отряда. Замыкал отряд тыловой дозор под командой заместителя командира отряда.

С обоих флангов на расстоянии 20 — 30 метров шли дозорные наблюдатели. Расстояния между группами были рассчитаны так, чтобы при внезапном нападении противника группы могли взаимно поддержать друг друга огнем.

Часам к двум ночи отряд подошел к хутору. У лесу и на хуторе была абсолютная тишина. Никаких признаков жизни. Только свежие лыжни доказывали, что совсем недавно здесь были люди.

Мы осмотрели хутор снаружи. Никого. Может быть, двери минированы? Внимательно осмотрев избу. мы вдвоем вошли в помещение. Внутри пусто. Лежат окурки. Мы потрогали их. Они еще теплые. Противник только недавно оставил хутор. Сосчитали лыжни. Здесь было примерно человек десять-двенадцать. По лыжням же определили направление. Люди шли из наших тылов на северо-запад.

Нам стало ясно, что это диверсионная или разведывательная группа противника. Необходимо было во что бы то ни стало нагнать ее и уничтожить, не дав донести до штаба разведанные сведения.

Ни секунды не медля, мы пустились в погоню. Бойцы шли быстро и ровно, внимательно вглядываясь в темноту. Перед нами бежал совсем свежий след. Прошел час, полтора часа. Впереди нас никого. Мы уже стали терять надежду, как вдруг головной дозор замедлил движение. Бойцы показывали вперед.

В полукилометре от нас вдоль опушки леса спокойно двигались 13 лыжников. Они нас не заметили.

Командир отряда приказал первой группе автоматчиков обойти противника и устроить на его пути засаду. Оставшаяся группа пулеметчиков и дозоры, тщательно скрываясь, продолжали следовать за противником.

Финны спокойно двигались вдоль опушки. Но вот в лесу раздались автоматные очереди. Это стреляли наши автоматчики.

Мы бросились вперед. Молниеносно было закончено окружение противника. Ни один из белофиннов не сумел ускользнуть в лес.

Маскируясь за стволами ельника, финны отчаянно защищались. Ни одного не удалось взять живым. Все были уничтожены. При обыске убитых нашли карту и немедленно отправили ее в штаб. Других документов не оказалось.

Отряд продолжал идти в глубокий тыл противника. Мы боем разведали и определили силы финнов, их огневые точки на межболотном дефиле. Этим мы оказали большую помощь батальону Мокшеева. К северу от Уомя наш отряд даже немного пощипал врага.

Вернулись мы после двухдневных действий, добыв много сведений.

Это один из многих боевых эпизодов нашего отряда. Во время войны мы не раз пробирались в тыл противника, наводя панику и добывая важные сведения о силах врага.

Утро солдат

 

Ночная разведка

Младший лейтенант П. Шалашов

Наш батальон стоял в местечке Мелола. В ночь на 11 января командир батальона майор Котик вызвал меня и еще двух командиров и приказал отправиться в ночную разведку в расположение противника в районе Сеппяля.

Район этот был мне уже немного знаком. Я побывал там днем.

Мы занимали северный берег озера. Впереди, неподалеку от нас, тянулась линия белофинских надолб, а за ними, по середине озера, — сеть колючей проволоки. Дальше, на другом берегу, на маленьких поросших лесом высотах, расположились финны.

Услышав малейший шорох, финны открывали стрельбу. Так как до их позиций было далеко, мы не могли точно установить, где же расположены их огневые точки. А тратить снаряды на ветер не хотелось. Вот мне и приказали ночью точно разведать, где стоят пулеметы и минометы противника и, если удастся, добыть “языка”.

Вышли мы около полуночи. В дымке морозного воздуха светила луна. Я повел бойцов лесом, по вдающемуся в озеро мыску. Когда подошли к опушке, увидели покрытое снегом тихое озеро. Чуть-чуть виднелись очертания надолб.

Сбоку, по обеим сторонам лесистого мыска, шли две группы бойцов. Одной командовал младший командир Архипов, другой — младший командир Лаптев. Я со своими бойцами двигался в центре и поддерживал связь с соседями. Мы заранее условились: встретил противника — действуй самостоятельно.

Мне доложили, что группа, которая двигалась справа, залегла, обнаружив на пути подозрительные кочки. Позже мы узнали, что это чернела вырытая дневными взрывами земля. Архипов, который двигался слева, тоже замедлил движение, потому что дальше перед ним был открытый и освещаемый луной скат.

Таким образом, я со своими бойцами очутился впереди. Высылаю к надолбам головной дозор. Старшим назначаю младшего командира Фуркина, одного из самых смелых наших командиров, рабочего ленинградского завода. Мы с ним до армии были соседями, жили в Ленинграде, за Невской заставой — я на Железнодорожной, он на Варфоломеевской. Вместе с Фуркиным я послал еще бойца Охапкина.

Прошло минут пять, получаю через связного донесение: “Достигли надолб. Залегли”.

Подтягиваю к опушке ядро группы. Только я решил двигаться дальше, как позади, на правом фланге, раздался взрыв. Я мигом обернулся и еще успел увидеть, как на фоне красноватого отсвета взрыва отлетел в сторону человек и как упали, залегая в снег, бойцы лаптевской группы. И почти одновременно со взрывом мины, на которую, как оказалось позже, неосторожно наткнулся боец Васильев, со всех финских укреплений понесся в нашу сторону шквал ураганного огня.

Что делать?

“Языка” теперь, конечно, добыть не удастся.

Но финны с перепугу обнаружили себя. Я тотчас вспоминаю основную задачу, поставленную командиром.

— Самое главное, — говорил он, — выяснить, где находятся белофинские огневые точки.

Под градом пуль тщательно слежу за полем боя. Отчетливо слышу, как на правой высотке, такой тихой и безмолвной днем, раздаются гулкие хлопки минометов и как оттуда в нашу сторону со свистом летят мины.

Значит, там минометы. Запомним. А вот прямо передо мной, на холмике, возле двух едва заметных елей, видны частые вспышки пулемета. И слева то же самое. И еще левее. Где-то рядом и над головой свистят пули. Рвутся мины. Кажется” весь темный лес, что напротив, проснулся и поливает нас огнем. Но в этом грохоте стараюсь различить главное: откуда стреляют?

Все тщательно запоминаю. Затем пускаю в морозное небо, по направлению тех холмов, откуда кучно сыплются в нашу сторону пулеметные очереди, красную ракету: это я даю сигнал нашим артиллеристам, чтобы они как следует угостили финнов. Перед выходом в разведку я так и договорился с ними: пущу красную ракету — открывает огонь артиллерия и с флангов — пулеметы.

Не успела еще ракета разорваться и рассыпать над лесом пучок ярких искр, как загрохотали наши орудия и на вражеские высоты понеслись снаряды.

Финны сбавляют огонь. Вскоре они совсем замолчали. Ко мне прибыл связной и доложил, что в группе командира Лаптева двое тяжело раненых: бойцы Васильев и Никифоров. И к тому же Никифоров отказывается без разрешения уйти с поля боя.

Я подошел к нему, говорю:

— Идите в тыл!

Его подхватили бойцы и повели, а Васильева, который сам идти не мог, понесли на руках.

Когда раненые были отправлены, я повел назад всю свою группу. По пути осмотрел место, где произошел взрыв, и мне стало понятно, в чем дело. Под этим плетнем, где теперь чернела воронка взрыва, мы ходили в дневное время. Враги, как видно, заметили наши следы и ухитрились здесь заложить мину.

В полутора километрах нас ожидали сани. Мы поехали в Мелолу, где стоял батальон. Приезжаем, а товарищи еще не спят, дожидаются нас. Каждую ночь они поджидали своих разведчиков. Пошли расспросы:

— Кого ранили? Что обнаружили?

Рассказываем.

Утром, при дневном свете, артиллерия начала громить те высотки, на которых ночью мы обнаружили огневые точки белофиннов. Добытыми в разведке сведениями мы могли точно определить, где проходит передний край обороны противника.

Штурм линии Маннергейма в Советско-Финском конфликте

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.