Рубрикатор
 
Города
Области
Документы
Статьи
О сайте
Почтовые индексы
Контакты

 
 

Борьба Ленина за власть

Роль диктатуры пролетариата

Взяв политическую власть в свои руки, большевики приступили к постройке, по определению Ленина, «пролетарского социалистического государства».

Вероятно, в процессе социалистического строительства все собственники должны быть превращены в наемных рабочих-пролетариев.

Практическое исполнение марксистско-ленинских теоретических выводов представлялось крайне затруднительным, ибо еще не было какого-либо опыта социалистического строительства, да и члены Совнаркома были в основном политиками, а не экономистами. «Наше положение было трудным до чрезвычайности, — писал первый нарком юстиции Г.И.Оппоков (Партийная кличка Ломов). — Среди нас было много прекраснейших, высококвалифицированных работников, было много преданнейших революционеров, исколесивших Россию по всем направлениям, в кандалах прошедших от Петербурга, Варшавы, Москвы весь крестный путь до Якутии, Верхоянска, но всем надо было еще учиться управлять государством».

Наркому просвещения А.В.Луначарскому казалось, что слишком велико было несоответствие между гигантскими задачами и людьми, которым предстояло их решать, тогда как они не имели для этого специальной подготовки. По мнению Ленина, высказанному на заседании Петросовета 4(17) ноября 1917 г., «всему народу следует учиться управлять».

В.И.Ленин считал, что главным и необходимым условием социалистического строительства должна стать диктатура пролетариата. «Диктатура пролетариата, — писал он, — если перевести это латинское, научное, историко-философское выражение на более простой язык, означает вот что: ...только определенный класс, именно городские и вообще фабрично-заводские, промышленные рабочие в состоянии руководить всей массой трудящихся и эксплуатируемых в борьбе за свержение ига капитала, в ходе самого свержения, в борьбе за удержание и укрепление победы, в деле созидания нового, социалистического, общественного строя, во всей борьбе за полное уничтожение классов».

О разработке В.И.Лениным вопроса о государстве диктатуры пролетариата в период борьбы за Октябрь и упрочение его завоеваний (март 1917—март 1918 г.) подробно говорится во многих монографиях советских и зарубежных исследователей, хотя интерпретация фактологического материала порой противоположна1.

Вопрос о роли диктатуры в создании светлого будущего или всеобщего благосостояния волновал многих мыслителей в мире, Наиболее образно и доходчиво ставил его великий русский писатель Ф.М.Достоевский. В романе «Братья Карамазовы» средний брат Иван очень остро и радикально ставит вопрос своему младшему брату Алеше, посвятившему себя служению богу: «Скажи мне сам прямо, я зову тебя, отвечай: представь, что это ты сам возводишь здание судьбы человеческой с целью в финале осчастливить людей, дать им, наконец, мир и покой, но для того необходимо и неминуемо предстояло бы замучить всего лишь одно только крохотное созданьице, вот того самого ребеночка, бившего себя кулачком в грудь, и на неотмщенных слезках его основать это здание; согласился бы ты быть архитектором на этих условиях?»

1. См.: Городецкий Е.Н. Рождение Советского государства 1917—1918. М., 1987; Минц И.И. Год 1918-й. М., 1982; Мухина Г.З. Социалистическая революция и государство. М., 1975; Хесин С.С. Становление пролетарской диктатуры. М., 1975.; Карр Э. История Советской России. Кн. 1. Большевистская революция 1917-1923. М., 1990.

Итак, в который раз был поднят вопрос о цене истории, о допустимости тех жертв и страданий, которыми покупается создание государства и возможности при этом всеобщего благополучия. В этом большом, но неразрешимом вопросе теория ФДостоев-ского тождественна библейской — непротивление злу насилием.

Иного взгляда придерживался В.И.Ленин. «Без насилий, — считал он, — по отношению к насильникам, имеющим в руках орудия и органы власти, нельзя избавить народ от насильников». «Диктатура, — утверждал Ленин, — есть государственная власть, опирающаяся непосредственно на насилие».

В.И.Ленин изложил свою точку зрения на этот вопрос в июле 1918 г. делегатам V Всероссийского съезда Советов: «Плох тот революционер, который в острый момент борьбы останавливается перед незыблемостью закона. Законы в переходное время имеют временное значение. И если закон препятствует развитию революции, он отменяется или исправляется...»

Марксизм признает высшим критерием истины общественную практику.

Это может быть как заблуждение большинства, так и правдивость меньшинства. По нашему разумению, критерий истины может определить лишь время — история.

«Чтобы победить, — открывал свою истину Ленин, — пролетариат должен уничтожать беспощадно своих врагов».

 

Ультиматум Викжеля

С первых шагов большевистского правительства начинают нарастать кризисные явления. Политическим проявлением сложившейся конфронтации общественных сил стал ультиматум Всероссийского исполкома железнодорожного профсоюза (Вик-жель). Викжель, в котором ведущую роль играли умеренные социалисты, угрожая всеобщей забастовкой железнодорожников, требовал создания однородного социалистического правительства, включая представителей всех социалистических групп — от правых до левых, т.е. от народных социалистов до большевиков. «Железнодорожный союз, — говорилось в ультиматуме, — объявляет всех тех, кто будет продолжать решать споры внутри страны силой оружия, врагами демократии и предателями родины».

С 29 по 31 октября, когда существовала реальная угроза захвата столицы войсками Керенского—Краснова, большевики были готовы пойти на уступки по принципиальным требованиям Викжеля: отсутствие в правительстве Ленина и Троцкого; чтобы ни одна из партий не имела большинства в правительстве и основные министерские посты не были заняты большевиками, а министры не выражали политическое кредо какой-то партии. Правительство, по мнению умеренных социалистов, должно быть подотчетно не ВЦИК, а представительному собранию более широких масс, в котором не были бы в подавляющем большинстве большевики.

ЦК РСДРП(б), обсудив ультиматум Викжеля, принял два принципиальных пункта: во-первых, большевики не возражали и ЦК признал «необходимым расширение базы правительства и возможным изменение его состава»; второй пункт более принципиальный: «Правительство создается ЦИК и перед ним ответственно».

Таким образом, ЦК партии большевиков твердо настаивал на том, что правительство ответственно только перед ВЦИК, избранным II съездом Советов, и подчиняется его декретам," а главное — опирается на принципиальную основу советской власти — диктатуру пролетариата и беднейшего крестьянства.

В требованиях Викжеля, по мнению Троцкого, ясно «как партии, в восстании участия не принимавшие, хотят вырвать власть у тех, кто их сверг. Незачем было устраивать восстания, если мы не получим большинства... Ясно, что они не хотят нашей программы. Мы должны, — настаивал Трощдай, — иметь 75% в правительстве и во ВЦИК... мы не можем уступить председательства Ленина; ибо отказ от этого совершенно недопустим». Дзержинский дополняет: «...мы не допустим отвода Ленина и Троцкого». Урицкий и Луначарский, Рязанов и Сталин также считали обязательным большинство большевиков во ВЦИК и правительстве.

Ленин на заседании ЦК РСДРП(б) 1 ноября 1917 г. предложил резолюцию о Викжеле: «Викжель в Совет не входит, и его туда впускать нельзя; Советы — органы добровольные, а Викжель не имеет опоры в массах...» А главное, «переговоры должны были быть как дипломатическое прикрытие военных действий. Единственное решение, которое правильно, — подчеркивал Ленин, — это было бы уничтожить колебания колеблющихся и стать самыми решительными».

По мнению наркома внутренних дел Рыкова: «Если мы прекратим их (переговоры. — В.П.), то от нас отшатнутся и те группы, которые нас поддерживают, и мы не в состоянии будем удержать власть».

Его позицию поддержали нарком земледелия В.П.Милютин, заявив, что «длительную гражданскую войну мы выдержать не сможем»; Каменев: «Пока мы справимся с забастовкой (железнодорожников. — В.Щ, пройдет несколько недель... мы проиграем». «Бороться, — убежденно заявлял он, — можно только с Викжелем, но не против него...»

Ленин вновь настаивает на твердости. «Вопрос стоит основной, — подчеркивает он, — и пора покончить с колебаниями». «Ясно, — заключает он, — что Викжель стоит на стороне Калединых и Корниловых. Колебаться нельзя... мы должны апеллировать к массам...»

 

Разногласия в ЦК РСДРП(б)

В резолюции ЦК РСДРП(б) от 2 ноября 1917 г. отмечается, что оппозиция однородному советскому правительству «целиком отходит от всех основных позиций большевизма и пролетарской классовой борьбы вообще, повторяя глубоко немарксистские словечки о невозможности социалистической революции в России, о необходимости уступить ультиматумам и угрозам уйти со стороны заведомого меньшинства советской организации, срывая таким образом волю и решение П-го Всероссийского съезда Советов, саботируя таким образом начавшуюся диктатуру пролетариата и беднейшего крестьянства...

Центральный Комитет подтверждает, что без измены лозунгу Советской власти нельзя отказаться от чисто большевистского правительства, если большинство II Всероссийского съезда Советов, никого не исключая со съезда, вручило власть этому правительству».

Действительно, II Всероссийский съезд Советов никого не исключал, но и все партии, общественные организации, социальные слои населения не представлял, а посему избранное им однопартийное большевистское правительство должно было выполнять свои обязанности до Учредительного собрания.

2  ноября 1917 г. в день, когда Керенский сложил с себя все полномочия, состоялось заседание ВЦИК, которое фактически было правомерно решать судьбу правительства. Левые эсеры выступили с декларацией, обвинявшей большевиков в дикта-' торской политике.

3  ноября на расширенном заседании Викжеля меньшевик Мартов и другие потребовали от Совнаркома прекращения борьбы с Керенским, прекращения арестов контрреволюционеров, отмены декрета о закрытии ряда оппозиционных газет. Присутствовавшие от большевиков Л.Каменев, Г.Сокольников (Бриллиант) и И.Сталин на уступки не согласились, никакого решения о власти принято не было. На следующее заседание согласительной комиссии большевики не пришли.

Кроме того, ЦК партии большевиков от имени большинства в ультимативной форме обратился к меньшинству с заявлением: «...мы требуем категорического ответа в письменной форме на вопрос, обязуется ли меньшинство подчиниться партийной дисциплине и поводить ту политику, которая сформулирована в принятой ЦК резолюции товарища Ленина». Подписавшие это заявление члены ЦК РСДРП(б) Ленин, Троцкий, Сталин, Свердлов, Урицкий, Дзержинский, Иоффе, Бубнов, Сокольников, Муранов считали, что если ответ будет отрицательным или неопределенным, ЦК готов обратиться к партийным организациям и чрезвычайному съезду партии. Либо партия, по мнению ЦК большевиков, должна поручить сформировать оппозиции новую власть вместе с ее союзниками, либо она одобрит линию большинства как единственно возможную революционную линию. ЦК потребовал от «оппозиции» соблюдения партийной дисциплины и единства линии ЦК, пригрозив ей исключением «оппозиционеров» из партии. В знак протеста против ленинского давления Каменев, Зиновьев, Рыков, Ногин и Милютин вышли из Центрального Комитета.

В тот же день В.Ногин, А.Рыков, В.Милютин, И.Теодорович, Д.Рязанов, Н.Дербышев, ИАрбузов, К.Юренев, Г.Федоров, Ю.Ларин и А.Шляпников сделали заявление во ВЦИК: «Мы стоим на точке зрения необходимости образования социалистического правительства из всех советских партий. Мы считаем, что только образование такого правительства дало бы возможность закрепить плоды героической борьбы рабочего класса и революционной армии в октябрьско-ноябрьские дни.

Мы полагаем, что вне этого есть только один путь: сохранение чисто большевистского правительства средствами политического террора. На этот путь вступил Совет Народных Комиссаров. Мы на него не можем и не хотим вступать. Мы видим, что это ведет к отстранению массовых пролетарских организаций от руководства политической жизнью, к установлению безответственного режима и к разгрому революции и страны. Нести ответственность за эту политику мы не можем и поэтому слагаем с себя перед ЦИК звание народных комиссаров».

Из состава Совнаркома вышли: В.Ногин (нарком торговли и промышленности), А.Рыков (нарком внутренних дел), В.Милютин (нарком земледелия), И.Теодорович (нарком по делам продовольствия), А.Шляпников (нарком труда).

7 ноября «Правда» опубликовала обращение ЦК РСДРП(б) «Ко всем членам партии и ко всем трудящимся классам России», в котором говорилось: «В России не должно быть иного правительства, кроме Советского Правительства. В России завоевана Советская власть, и переход правительства из рук одной советской партии в руки другой партии обеспечен без всякой революции, простым решением Советов, простым перевыбором депутатов в Советы...

...Мы твердо стоим на принципе Советской власти, т.е. власти большинства, получившего на последнем съезде Советов, мы были согласны и остаемся согласны разделить власть с меньшинством Советов, при условии лояльного, честного обязательства этого меньшинства подчиняться большинству и проводить программу, одобренную всем Всероссийским Вторым съездом Советов и состоящую в постепенных, но твердых и неуклонных шагах к социализму».

Таким образом, большевистский ЦК внушал массам, что единственным выразителем их интересов является советское правительство, состоящее из представителей одной партии, которая не пойдет ни на какие компромиссы, так как они «равносильны подчинению анархии и повторению ультиматумов со стороны любого меньшинства».

В этот же день Зиновьев обратился в ЦК партии большевиков с письмом, в котором забирал назад свое заявление об уходе с партийных постов и обязался подчиняться партийной дисциплине. Ненадолго хватило принципиального Зиновьева. Ну, а тех, кто не желал покориться большинству, большевистский ЦК отстранял от всех постов, ибо они были не способны выполнять его решения, его диктат.

Из протокола заседания ЦК РСДРП(б) от 8 ноября 1917 г.: «С принципиальной мотивировкой (основной мотив — несоответствие между линией ЦК и большинства фракции с линией Каменева) отстраняется от председательства в ЦИК тов. Каменев».

Таково было решение партии большевиков, что еще не имело юридической силы, которой обладал лишь В ЦИК. Однако его решение было предрешено постановлением ЦК РСДРП(б), ибо большинство во ВЦИК принадлежало большевикам. «Тов. Каменев, — говорилось в протоколе ВЦИК, — слагает с себя звание председателя ЦИК. Фракция левых с.-ров высказывает свое сожаление. Тов. Свердлов — 19 "за", "против" — 14, избран председателем ЦИК».

Так закончилось самое короткое правление первого советского председателя ВЦИК большевика Л.Б.Каменева за свое несогласие подчиниться большинству ЦК своей партии в вопросе образования советского правительства из всех советских партий.

Главное же заключалось в том, что вопрос о правительстве решался не широким народным представительством и даже не Советами, а партиями, точнее большевиками, а еще точнее Лениным, который считал иную позицию своих коллег равносильной «полному отречению не только от Советской власти, но и от демократизма...». Вот так отождествлял свою позицию большевистский вождь со всей советской властью и даже шире — с демократизмом.

 

Блок большевиков с левыми эсерами

Большевистские лозунги, отражающие народные желания, способствовали «триумфальному шествию Советской власти», большевизации органов управления, дискредитации меньшевиков и эсеров. В ноябре 1917 г. левые эсеры, оформившиеся в самостоятельную партию, пошли на блок с большевиками, а 9 декабря вошли в состав Совнаркома. На начало 1918 г. в работе СНК участвовало 15 большевиков и 5 наркомов — левых эсеров: юстиции; почт и телеграфов; земледелия; местного самоуправления; имуществ Российской Республики. Лидер большевиков Ленин справедливо отмечал в ноябре 1917 г., что союз этот может быть «честной коалицией», честным союзом, «ибо коренного расхождения интересов наемных рабочих с интересами трудящихся и эксплуатируемых крестьян нет». Все это так, но при условии честного и справедливого руководства, без ущемления прав и повышения благосостояния одного за счет другого, без добровольного согласия ущемляемого.

С непокорным, хотя и умеренным руководством Викжеля большевики поступили традиционно: в декабре после выступления Ленина на Чрезвычайном Всероссийском съезде Союза железнодорожных рабочих и мастеровых Викжелю было высказано недоверие. В феврале его левое крыло и представители съезда избрали ВИКжедор, а в июне 1918 г. ВИКжедор был распущен за «контрреволюционную деятельность».

Таким образом, бескомпромиссная политика большевиков все более и более обостряла политический кризис, постепенно превращаясь в диктат большевистского руководства, претендующего на непогрешимость и компетентность во всех вопросах государственного строительства.

 

Разгон Учредительного собрания

Идея созыва Учредительного собрания, представлявшего все слои населения и политические партии России, пользовалась популярностью большинства населения. Оно должно было сосредоточить всю полноту законодательной власти в стране, что гарантировало российским гражданам соблюдение их прав и свобод.

5(18) января в 18 час. 1918 г. в Таврическом дворце Председатель ВЦИК Я.М.Свердлов открыл заседание Учредительного собрания. Однако член Учредительного собрания, представитель фракции эсеров Лордкипанидзе предложил избрать Председателем Учредительного собрания В.М.Чернова, другой же член Учредительного собрания, Скворцов (Степанов И.И.) от фракции социал-демократов, большевиков и левых эсеров предложил М.А.Спиридонову. 244 члена были за Чернова, 153 — за Спиридонову. Тем самым Учредительное собрание выразило поддержку эсерам и их программе более демократичных социально-экономических преобразований.

Основным вопросом Учредительного собрания Чернов считал аграрный, полагая, что «всеобщая передвижка земельного пользования не делается одним росчерком пера, не делается никакими плакатами, какими бы громкими именами эти плакаты ни назывались». Предлагая земельную реформу, а не простое выполнение Декрета о земле, Чернов подчеркивал, что «Социализм не есть скороспелое приближение к равенству и нищете, не есть азартные и рискованные опыты на почве общего упадка, лишь ускоряющие разложение и разруху».

Выборы в Учредительное собрание были назначены на 12 ноября 1917 г., т.е. срок, определенный еще Временным правительством. В целом по стране большевики получили 25% голосов, эсеры и меньшевики — 62, помещичье-буржуазные партии — 13%. Такое положение объяснялось тем, что выборы проходили по партийным спискам, составленным еще до октябрьского переворота. В.И.Ленин писал по этому поводу, что «крестьянство не могло еще знать правды о земле и о мире, не могло отличить своих друзей от врагов, от волков, одетых в овечьих шкурах».

Ну, не знало крестьянство, кого выбирало, большевики же знали, и все же обещали через день после взятия власти: «Никаких колебаний не допустит новая революционная власть, — писала газета "Правда", — которая одна, в условиях социальной гегемонии интересов широких народных масс способна довести страну до Учредительного собрания».

Накануне открытия Учредительного собрания, 3 января 1918 г., ВЦИК Советов рабочих и солдатских депутатов принял декрет, по которому «Вся власть в Российской республике принадлежит Советам и советским учреждениям. Поэтому всякая попытка со стороны кого бы то ни было или какого бы то ни было учреждения присвоить себе те или иные функции государственной власти будет рассматриваема как контрреволюционное действие. Всякая такая попытка будет подавляться всеми имеющимися в распоряжении Советской власти средствами, вплоть до применения вооруженной силы».

4 января 1918 г. Ленин приказал одному из руководителей ВРК большевику Н.Подвойскому ввести в Петрограде военное положение и запретить любые публичные демонстрации и собрания, вплоть до применения оружия. На следующий день манифестации в поддержку Учредительного собрания были расстреляны.

Взявший слово на собрании Н.Бухарин от имени партии большевиков предложил обсудить вопрос о принятии «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа», т.е. вопрос о власти. Вопрос ставился предельно ясно: «за социализм или против социализма». «За социализм» — это значит за решения большевистского II съезда Советов и большевистского правительства. «Против социализма» — все инакомыслящие и сомневающиеся в возможностях большевиков построить светлое будущее — коммунизм.

Церетели, выступавший от социал-демократической объединенной фракции, высказал сомнение в организации производства без буржуазии и предложил считать высшим законодательным органом народной воли Учредительное собрание.

Ф.Ф. Раскольников (Ильин) — фракция большевиков, — характеризуя партию правых эсеров, получивших большинство в Учредительном собрании, сказал: «Эта партия, называющая себя социалистической и революционной, руководить борьбой буржуазных элементов против рабочей и крестьянской революции и является наделе партией буржуазной и контрреволюционной...

Нынешнее контрреволюционное большинство Учредительного собрания... избранное по устаревшим партийным спискам, выражает вчерашний день революции и пытается стать поперек дороги рабочему и крестьянскому движению.

Прения в течение дня показали воочию, что партия правых с.р... кормит народ посулами..., но на деле решила бороться против... Советов, против передачи земель и всего инвентаря без выкупа крестьянам... Не желая ни минуты прикрывать преступления врагов народа, мы заявляем, что покидаем Учредительное Собрание с тем, чтобы передать советской власти окончательное решение вопроса об отношении к контрреволюционной части Учредительного Собрания».

В 5 часу утра 6 января к председательствующему эсеру В.Чернову подошел начальник караула матрос А.Железняков и заявил: «Караул устал!» Так, прозаседав 12 час, закончило свое существование Учредительное собрание.

«Ленин говорил мне, — вспоминал Троцкий, — разгон Учредительного собрания Советской властью есть полная и отрытая ликвидация формальной демократии во имя революционной диктатуры».

Ленин четко сформулировал большевистскую концепцию общественного управления: «Когда нас упрекают в диктатуре одной партии... мы говорим: Да, диктатура одной партии! Мы на ней стоим и с этой почвы сойти не можем». Противопоставляя парламентаризму, как форме демократии буржуазной, высшую «пролетарскую или советскую демократию», глава большевистской партии и советского правительства теоретически обосновал и старался внедрить практически ее суть — диктатуру пролетариата, пытаясь убедить, что это диктатура большинства над меньшинством.

Главное же, диктатуру осуществлял не пролетариат, а соратники Ленина, большевики, небольшая кучка революционных фанатиков, одержимых идеей мирового господства. «Научное понятие диктатуры, — утверждал Ленин, — означает не что иное, как ничем не ограниченную, никакими законами, никакими абсолютно правилами не стесненную, непосредственно на насилие опирающуюся власть».

Разгон Учредительного собрания явился еще одним шагом к подавлению демократии, политических и гражданских прав, узурпации власти большевиками.

 

Объединение Советов крестьянских депутатов

Несколько дней спустя после разгона Учредительного собрания в Петрограде состоялись два съезда Советов: 10 января — III Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов и 13 января — III Всероссийский съезд Советов крестьянских депутатов. В тот же день по взаимному согласию произошло слияние Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов в единую государственную систему, олицетворяющую собой власть рабочих и крестьян. «Россия, — говорилось в решении съезда, — объявляется Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам».

Открывая съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, секретарь ЦК партии большевиков председатель ВЦИК Я.М.Свердлов сказал: «Перед нами один из важнейших вопросов: строительство новой грядущей жизни и создание всероссийской власти. Мы должны здесь окончательно решить, будет ли эта власть иметь какую-либо связь с буржуазным строем, или окончательно и бесповоротно установится диктатура рабочих и крестьян».

Свердлов прекрасно понимал разницу и, говоря о диктатуре рабочих и крестьян, старался привлечь более широкие массы для утверждения диктатуры.

Во-первых, ее неизбежность заключалась в подавлении сопротивления и не только эксплуататорских классов. «Будьте тверды, — учил Ленин, — Если проявятся колебания среди социалистов, вчера примкнувшим к вам, к диктатуре пролетариата, или среди мелкой буржуазии, подавляйте колебания беспощадно». Во-вторых, по определению Ленина, «главная сущность ее в организованности и дисциплинированности передового отряда трудящихся, их авангарда, их единственного руководителя, пролетариата».

Вероятно, ответ на поставленный вопрос поможет определить задачи, стоящие перед большевиками, которые они решили выполнить диктатурой пролетариата.

В области социально-политической диктатура пролетариата должна была ликвидировать эксплуататорские классы капиталистов и помещиков, укрепить союз рабочих и крестьян, привлечь к управлению государством массы трудящихся, ввести социалистическую демократию, обеспечить полное равноправие всех национальностей.

В области экономической диктатура пролетариата должна была ликвидировать частную собственность на орудия и средства производства, заменив ее общественной, ввести планомерную организацию производства.

В области военной, должна создать свои вооруженные силы и обеспечить защиту завоеваний революции.

«Диктатура пролетариата, — отмечал В.И. Ленин, — есть упорная борьба, кровавая, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против силы и традиций старого общества».

Как показывает анализ действий пролетариата, а точнее его лишь части — партии большевиков, против большинства, идущего вразрез с программой ЦК большевиков, применялась диктатура — «упорная борьба... кровавая..- насильственная... военная, администраторская...».

Таким образом, демократия подменяется политическим произволом, тоталитаризмом, а насилие не применяется лишь к тем, кто полностью принимает программу большевиков по построению социалистического общества, не рассуждая и не думая даже о себе.

О последствиях диктатуры предупреждал К. Каутский в своей работе «Диктатура пролетариата». Однако В.И.Ленин в статье «Пролетарская демократия и ренегат Каутский» подверг его резкой критике.

Источники и литература

Бунин ИЛ. Окаянные дни. М, 1990.

Горький М. Несвоевременные мысли. М., 1990.

Звенья: Исторический альманах. М., 1991—1992. Вып. 1—2.

Киселев А.Ф. Профсоюзы и Советское государство: (Дискуссии 1917-1920 гг.). М, 1991.

Минувшее: Исторический альманах. М., 1990—1991. Т. 1—4.

Октябрь 1917: величайшее событие века или социальная катастрофа. М., 1991.

Первое советское правительство, окт. 1917—июль 1918 г. М, 1991.

Петроградская интеллигенция в 1917 г. М.; Л., 1990.

Политическая история России в партиях и лицах. М, 1993— 1995. Кн. 1-2.

История России

 

 Copyright © ProTown.ru 2008-2015
 При перепечатке ссылка на сайт обязательна. Связь с администрацией сайта.